"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 - Максим Игоревич Крынов

— Держится, — ответил мне центральный маг из комитета. — Надеемся, что к выходным Клаву выпишут, и они смогут вернуться домой.

Я помотал головой и уточнил:

— А где Катя сейчас?

— Так в госпитале! — воскликнул маг из комитета слева от старшего. — Она и Надя сидят у Клавы по очереди.

— Там мы их и опросили, — заметил маг, что сидел справа.

— Я вижу, что можно рассказать тебе о ситуации в целом, — проговорил маг в центре. — Действия Григория Васильевича, Нади и Клавы признали оправданными и направленными на ликвидацию угрозы. Секундант твоего противника напал на Катю — он лишается всех привилегий и собственности в пользу княжества, наследники ничего не получат. Авдей и Мухаммед расстреляли охранников по инструкции, к ним нет претензий. Твой противник грубо нарушил правила дуэли и тем отказался от боярства. Все его земли отходят к княжеству, дружина распускается. Но ты закончил дуэль достойно, шпагой, не прибегая к нарушениям, тебе засчитывается эта победа. Правда, ещё неясно, действовал твой враг спонтанно или запланировал нарушить правила. Это будет решаться голосованием в думе.

— А что это меняет? — уточнил я с интересом.

— Если решат, что запланировал, всё его имущество конфискуют, — пояснил старый маг и сказал добродушно. — Ещё есть вопросы?

— Никак нет! — откозырял я.

— Тогда свободен, кадет, — разрешил ректор.

* * *

В остальном учёба пошла почти без изменений. О ней рассказывать нужно, или очень подробно, или почти не говорить. Слишком это важная штука, а большое видится на расстоянии.

В гимназии говорили, что поймём потом. А теперь у нас вырабатываются чувства, кое-что учимся предвидеть на месяцы вперёд, и нам сейчас без объяснений ясно — рано пока говорить. Вот собственно и вся с гимназией разница.

Скажете, в гимназии столько не бегали, не рыли окопов и не били? Так я отвечу, что эти глупости со временем сливаются с фоном. Человек ко всему привыкает и становится кадетом.

Перейду-ка я к чему-нибудь попроще. Например, к политике и к внешнему миру. В четверг после ужина знакомой уже тропой прошёл я в Красный уголок или в класс политзанятий и взял почитать «Московский еженедельник».

Сначала сделал самостоятельную работу. Лихо у меня стало получаться чертить…

Впрочем, учёбу пока в сторону. Беру я газету и на первой странице читаю, что редакция, снисходя к просьбе и оценив важность, помещает заявление князя. Ну и под текстом редакции само заявление.

Значит, Князь Москвы придерживается прежних позиций, только в чём-то выбрал не совсем верные слова. Он, видите ли, и раньше не блистал художественными талантами.

Однако, увидев и оценив мнение части боярства, дабы не вносить смуту и раздор, признаёт, что погорячился, и призывает бояр княжества к единству. Он всегда был резко против дуэлей между своими, а теперь лишний раз убедился в его необходимости.

Князь Москвы считает боярина Артёма Большого своим, хоть и не вошедшим ещё в полные боярские права. Князь Москвы думает, что Артёму Большову нужно дать возможность выучиться и посмотреть на своё мнение с высоты образования. А всякий, кто ему помешает, будет Князю Москвы врагом.

Под статьёй крупно фотография князя. Я смотрел на простецкое его лицо и думал, как, оказывается, легко стать князю врагом или другом! Он, вообще, придаёт этим словам какое-то значение? Впрочем, я и раньше считал Князя Москвы редким козлом — просто лишнее тому подтверждение. Смотрим далее…

Со второй страницы начиная, обязательные новости Гардарики и десять заявлений московских бояр, где они моего убийцу по-всякому обзывают и предлагают ему вызвать их на поединок.

Ещё и под каждым заявлением от редакции справочка на боярина: за сколько лет, сколько дуэлей, да из них, сколько на пистолетах. Статистически все эти люди предпочитают шпаги. Неудивительно, что газета показалась необычно толстой.

Перевернул я страницу и увидел себя, Григория Васильевича, Перунов камень, тела вокруг, одно уже безголовое, старые головы сверху камня и свеженькая крупно у основания. В фотографиях я легко узнал те, что наснимал убежавший в лес фотограф. Назывался материал «Подлое покушение во время дуэли».

Покушались, конечно, на Катеньку, вот и фото её, Нади и раненой Клавы в постели. В Катю же стреляли, вот и Клава поймала предназначенную ей пулю. А Надя убийце прострелила голову, хотя не очень ясно, отчего тот помер — от Надиной пули или от пробития виска футляром от шпаг, запущенным Григорием Васильевичем.

А я и так дрался на дуэли, проткнул врагу глаз шпагой и потом отрезал голову. Поймали всё-таки опера фотографа и быстро прикинули, кто точно купит фотографии. Раз в дело все эти трупы не пришить. Описание событий уж больно походило на протокол моего допроса.

На другой странице майор Бирюков начал отчитываться за зимнюю компанию. В снежне осталось всего неделя с хвостиком, а потом немного зимобора, и начнётся распутица.

Дружина зимой показала себя с хорошей стороны, хотя они всем штабом рассчитывали на лучшее. Достигнуто главное — ребята полностью осознали, что в зимних окопах можно не то, что долго жить, но и успешно воевать.

Вносятся изменения в амуницию бойцов, меняются схемы снабжения. Потребовало зимнего переосмысления практически всё — горячее питание, тёплая обувь, эвакуация раненых и устройство полевых лазаретов…

Подробно зимние вопросы будут разбираться в специальном листке общественного движения «Отечество», желающие смогут заказать рассылку. Самые животрепещущие темы рассмотрят на страницах газеты по своему вкусу и заявкам читателей.

Пока майор приводит общую статистику. Проведено учений всего столько-то. Личный состав принял участие в таких-то лыжных походах. В таких-то маневрах принимали участие танки и другая техника. Отрабатывались для начала две темы: быстрая, внезапная переброска и занятие обороны.

Случаев обморожения столько-то. Самовольных оставлений части столько-то. И столько бойцов за зиму написали рапорта о добровольном расторжении контрактов. Все не боевые потери в пределах, установленных Советом общей обороны.

Статей Кати не ожидалось, но я посмотрел, что дальше, и немного порадовался. Выступил Костя Гаев. Он попросил читателей не считать его юным психопатом, что-то там заявившем в порыве.

Будет ли война, не его ума дело, просто сама выбранная профессия вынуждает его к войне готовиться. Его боярские средства не позволяют получить в дружину танки, потому он сосредоточился на пехоте. Боярин Гаев пока кадет и может лишь созвониться со своими командирами, так они его поддерживают.

Костя приглашает в свою дружину делегацию движения «Отечество». Лично он и его дружина открыты для конструктивного обмена опытом. Со своей стороны