Полукровка 1-5 - Василий Горъ

— К сожалению, да.

— А почему «к сожалению»?

— Да потому, что недоумки, пытающиеся самоутвердиться за чужой счет, не понимают, что Империя воюет, а значит, каждая травма, полученная курсантами, замедляет их развитие! — гневно рявкнула Даша, нехотя оторвала взгляд от съежившегося парня, заставила себя успокоиться и уставилась мне в глаза: — Скажите, пожалуйста, а как добиться права изучать дополнительные дисциплины?

— Подать рапорт на имя командира учебного взвода. Через последнюю вкладку тактических комплексов, которые вам имплантируют либо сегодня, либо завтра.

— Спасибо… — довольно мурлыкнула она и посмотрела на Мальцеву. А та пожала плечами:

— У меня вопросов нет: я наводила справки об этой Академии у знающих людей и неплохо представляю, как все устроено. А вот за доставку благодарю. От всей души. Ибо знаю, как часто атакуют Индигирку, и как рискованно сюда добираться даже военными конвоями…

…Оставшуюся часть пути до академии трое «обычных» курсантов жили в боковом остеклении салона, а я переписывался с Дашей, Костей и Мариной. С Темниковой просто болтал. Синицыну отправил ее голографию и поставил задачу приглядывать за девчонкой. А Завадской сообщил о своем прилете, выяснил, какие приказы она получила, чуть-чуть скорректировал свои планы и попросил подготовиться к срочному вылету. Ибо допускал, что со «сдачей» подопечных дежурному по Академии могут возникнуть проблемы. Как вскоре выяснилось, зря: стоило мне доставить ребят в штаб, как дежурный отправил нас к полковнику Андрееву, а тот встретил нас в компании майора Фадеева и решил вопрос, что называется, с полпинка — поручил народ заботам особиста и «послал лесом» всех пятерых. Потом встал из-за стола, пожал мне руку, на полном серьезе поздравил со столь стремительным окончанием его академии, врубил «глушилку» и переключился на тему посерьезнее. В смысле, прислал мне коды доступа к ИИ «Морока», выделенного Завадской, описание алгоритма «прямого подключения» к ее ТК и архив видеозаписей учебно-тренировочных задач, выполненных Карой на высший балл. После чего попросил ее поберечь и дал понять, что мы свободны, как рыба об лед.

Тут я, каюсь, немного похамил. В смысле, сказал, что Дарья Алексеевна Темникова — моя близкая подруга, и попросил зачислить ее в одну учебную роту с Синицей.

Полковник пошел навстречу намного энергичнее, чем я рассчитывал — пообещал, что они окажутся в одном отделении. А потом озадачил:

— Тор Ульфович, интерес к вашей персоне становится все острее и острее — только за эти выходные майор Фадеев засек сорок три попытки гражданских лиц вывести курсантов, находившихся в увольнении, на разговор о вас, ваших возможностях, друзьях и знакомых. По уверению контрразведчиков, сидящих на этой теме, абсолютное большинство интересантов — главы влиятельных дворянских родов, ваши родичи и некие Алефельды. Ну, а меньшая часть — как вы наверняка догадываетесь — спецслужбы наших заклятых «друзей». В общем, имейте это в виду и не подставляйтесь…

Я поблагодарил его за информацию, откланялся и потопал в ангар для личного транспорта преподавателей, в который предусмотрительно вызвал «Волну». По дороге достучался и до Завадской, так что подождал ее у входа, поздоровался, поднял к флаеру, помог усесться в кресло пассажира, сел в свое, поднял машину в воздух и вывел на оперативный простор.

Пока добивался разрешения покинуть территорию ИАССН и набирал высоту, о Марине не вспоминал. Зато после того, как добрался до безлимитки, засек периферическим зрением ее ножки и в сердцах хлопнул себя по лбу:

— Кара, я собираюсь заскочить домой. Буквально на пять-семь минут. Не возражаешь?

Она отрицательно помотала головой:

— Надо — заскакивай.

Всю дорогу до «Яра» о чем-то сосредоточенно думала. А там, как ни странно, согласилась составить мне компанию, выбралась из флаера и даже оперлась на автоматически подставленное предплечье. Пока спускались на мой этаж, задумчиво разглядывала свое отражение в зеркальной стене лифта. А после того, как переступила порог квартиры, поинтересовалась, есть ли у меня ЦСД, выслушала ответ и попросила разрешения «потерзать терминал».

Я, естественно, разрешил. Но подошел к лотку доставки первым, извлек на свет божий содержимое контейнера, приехавшего минут за двадцать до нашего прилета, избавился от транспортной упаковки и вручил растерявшейся девчонке роскошный букет:

— Поздравляю с честно заслуженным орденом. Уверен, что он будет не последним. И хотел бы отметить его получение в гипере, с тортиком и другими вкусняшками.

Тут Кара знакомо закусила губу, зарылась носиком в махровую темно-фиолетовую сирень и… прыснула:

— Значит, поможешь ими закупиться: я собиралась предложить тебе то же самое, но даже близко не представляю, что хранится в твоих загашниках…

Глава 27

3 декабря 2469 по ЕГК.

…Вопреки моим опасениям, в «двоечке», через которую я планировал свалить в Каганат, не обнаружилось даже самых завалящих минных кластеров. Поэтому я поручил Фениксу «подмять» Ариадну МРК Завадской, пристыковать «Морок» к нам, помочь Каре перебраться в наш трюм, отцентровать «связку» и рассчитать идеальный режим «тихого» ухода на струну. А сам встретил гостью на пороге рубки, жестом отправил в кресло оператора систем КТК, вернулся в свое, заблокировал замки и дал нужную тягу на антигравы. Потом собрался, было, промурлыкать что-нибудь успокаивающее, но Марина как-то почувствовала мой настрой и не позволила развернуться:

— Тор, я все. В смысле, перестала в тебе сомневаться. Так что работай, не отвлекаясь, а я попробую почувствовать струну этой категории. Само собой, если ты позволишь войти в пилотский интерфейс вторым темпом…

Позволил. Разогнал МДРК. Вырубил Феникса, в нужный момент завел гипердвигатель и на удивление спокойно затащил «связку» в гипер. Вернее, превозмогать — превозмогал. Только для вида. И чувствовал, что «тянуть» два корабля почти так же комфортно, как один. К слову, это отметила и Кара. Через считанные мгновения после того, как я «реанимировал» искин, сменил внутрикорабельный режим на зеленый, вернул в рубку воздух и снял шлем:

— Я в восторге: ты резал «пики» так, как будто тянул один-единственный борт! А