"Фантастика 2026-97". Компиляция. Книги 1-35 - Ольга Кобзева

там на ТЭЦ еще два котла рабочих. Оборудование, которое я изъял, согласно заявлению, принадлежит Заводу, имеет его инвентарные номера, а господин Пыльников Аркадий Борисович, который образовал АОЗТ и числится его директором, в недавнем прошлом, в бытность начальником цеха завода, похитил это оборудование и материалы, и кстати, контракт на ремонт котла у Завода перехватил, заявив меньшую цену. А когда я предложил господину Пыльникову предоставить журналы…

— Какие еще, на хрен журналы! — взвыл гость шефа, опять пойдя в разнос.

— Шеф, товарищ какой-то неадекватный, давайте я вам объясню. — я поднял телефонный аппарат, стоящий на столе: — Видите цифры, это инвентарный номер. У начальника тыла есть журнал, где этот аппарат под этим номером записан. В любом случае, любой казенный аппарат где-то записан. Правильно?

Александр Александрович молча кивнул, в инвентарных номерах он разбирался, да и его гость за моей спиной замолчал, прислушиваясь к моим объяснениям.

— Так вот, директору АОЗТ я предложил предоставить документы, подтверждающие принадлежность изымаемого оборудования его фирме, на что он ответил отказом, о чем у меня есть подписи понятых в протоколе изъятия.

— Павел, а протоколы изъятия с этим отказом ты можешь показать? — шеф решил заканчивать эти разбирательства и подводил меня к завершению.

— К сожалению, протокол изъятия, вместе со всеми материалами, уехал в Москву… — я понурил голову.

— Вот видишь, Александр Александрович, ни хрена у твоего опера нет! — торжествующе захихикал неведомый гость.

— Зато у меня есть видеосъемка процесса изъятия и осмотра, где директор на камеру сказал, что документов на оборудование и материалы у него нет. А еще он сказал, что у него есть высокий покровитель в правоохранительных органах, который у него «на подсосе», и в понедельник-вторник он мне устроит «кузькину мать». Это, кстати, случайно не вы?

Глава 9

Глава девятая.

Декабрь одна тысяча девятьсот девяносто второго года.

(Продолжение. Начало в гл.гл. 26,27,28 романа «Постовой». Извините, так получилось, музе не прикажешь.)

Конечно, хотя гость шефа был всего лишь начальником ОБЭП Старостинского РОВД, и отправкой материалов в Москву я себя обезопасил на длительное время от поползновений гражданина Пыльникова и его друзей в погонах, но хамить майору не стоило, поэтому мой начальник меня отругал при гости, и выгнал из кабинета, правда через полчаса вызвал к себе, и, посоветовав спрятать кассету с видеозаписью осмотра подальше, собираться в срочную командировку в Санкт- Петербург, которая привела меня к неожиданным последствиям. Эти последствия в виде платиновой анемичной блондинки по имени Наташа, в обнимку с двумя чемоданами сидит у меня в кабинете, в ожидании, когда я сдам в дежурную часть, привезенного из культурной столицы жулика, закончу формальности с шефом и увезу ее в какое-нибудь место, где, впервые за много суток, можно будет почувствовать себя в безопасности.

Тем временем, этажом выше.

— Павел, ты не вздумай завтра на службу не выйти… — начальник задумчиво водил авторучкой по странице ежедневника, очевидно, думая, на какой день поставить меня дежурить.

— Шеф, я двое суток не спал, можно я пойду, а завтра вы мне скажете все, что на сердце накипело.

— Ладно, иди отдыхать. — в глазах начальника даже мелькнуло какое-то сочувствие, которое исчезло ровно через пять минут, когда я, возбужденно блестя глазами, проволок мимо него изящную блондинку в элегантном сером пальто, легко помахивая чемоданами.

— Садись. — «Нива», простоявшая напротив окон дежурки неделю, послушно завелась, и Наташа в блаженстве вытянула ноги, уютно расположившись на пассажирском сидении, очевидно рассчитывая через несколько минут отказаться в кроватке, но не тут-то было. Сначала мы поехали прятать очередное оружие и доллары, вырванные с кровью у питерских бандитов в качестве компенсации морального ущерба и стоимости комнаты в коммуналке на Невском проспекте, отжимаемой у Наташи вооруженными «черными риэлторами», потом забрали Демона, проживавшего у моих родителей, и лишь после этого мы поехали в бывшую квартиру Аллы.

— Это же не та квартира, где ты жил прошлый раз? — Наташа, плохо помнившая дом, в котором она провела четверо суток несколько лет назад, но отличить мою холостякскую «малосемейку» от бывшей квартиры Аллы она смогла сразу.

— Проходи, раздевайся. Это наследство, получил на пару с дочерью в равных долях.

— У тебя есть дочь? — ровная спина, обтянутая серым драпом, мгновенная напряглась, руки перестали стаскивать перчатки.

— Ну да, так получилось.

— И где она?

— Кто?

— Дочь твоя где? И вообще, сколько ей лет?

— Она еще маленькая, в садик ходит. Вернее, ходила. А сейчас Кристина в детском доме…

— Что? — Наташа обернулась, ее серые глаза метали молнии: — Ты сдал своего ребенка в детский дом?

— Наташа, там сложная история, и я не хотел бы с тобой объяснятся в коридоре…

— Знаешь, Павел, я, наверное, пойду. Спасибо, что помог мне, но оставаться здесь я не могу — изящная кисть совершила легкий круг над платиновой головкой, что должно было означать невозможность ночевать в квартире, принадлежащей обманутому ребенку с таким чудовищем как я.

— Наташа, раздевайся, пройдем на кухню, я тебе все объясню…

— Нет, я не могу… — девушка, потерявшая веру в добро, подхватила чемоданы, и попыталась протиснутся мимо меня, но не тут то было. Я, наверное, нарушил все феминистские правила, но подхватив легкое, вырывающееся тело и встряхнув его, как грушу, так, что чемоданы полетели в разные стороны, я отволок, брыкающуюся Наташу на кухню, где усадил ее на стул.

— Хватит орать, все равно, я заставлю тебя меня выслушать, а потом можешь делать что хочешь, хоть бежать в ночь, сломя голову, препятствовать не стану. Кристина по документам ко мне никакого отношения не имеет, ее мать не желала дочь на меня записывать. Мы с ней несколько лет встречались только по вопросам бизнеса. Потом она нашла себя сожителя, парня из деревни, что у нее в магазине грузчиком работал, но, очевидно, что-то почувствовала, и написала завещание на меня и дочь в равных долях. А потом сожитель, на отдыхе, под Сочи, Аллу забил до смерти. Я его поймал, когда он в этой квартире пытался деньги и драгоценности забрать, сейчас он на зоне, ему десятку дали. Ребенка я сразу забрал себе, но я официально ей никто, мы только вместе владеем совместно общим имуществом. Сейчас Кристина в детском доме, у моей бывшей одноклассницы, она за ней приглядывает. Мне пришлось кучу денег отдать,