Учитель Особого Назначения. Том 9 - Илья Игоревич Савич

— Ага, крыши, — скрестил руки Слава. — Заставят ещё старые матрасы перетаскивать. Ну его на фиг!

— Блин, Слава, — буркнул Даня. — Ты чего такой недовольный? Сам же пошёл, никто тебя силком не тянул.

— Да я просто… — смутился Владислав. — Ничего, забей. Просто нервничаю. А вы уверены, что нас пропустят? Там вроде только с восемнадцати…

— О, слышите? — улыбнулся Саня, прервав вопрос.

БУМЦ-БУМЦ-БУМЦ…

За углом раздались приглушённые звуки музыки, и от предвкушения все волнения забылись. Ребята невольно ускорили шаг.

— Точно, мы уже совсем близко, — осклабился Даня.

— Хм, я ещё никогда не была в клубе, — нахмурилась Алиса. — Надеюсь, там весело.

— Да весело, весело, — заулыбался Антон. — Музыка громкая, танцы-шманцы, обниманцы… Тебе понравится.

— Обниманцы, говоришь? — прищурилась в его сторону Алиса. — И танцы-шманцы… А ты, я так понимаю, уже отлично всё это знаешь, да?

— Эм… ну… э-э-э… — замялся Антон.

— А-ха-ха-ха, — засмеялся Даня.

— Чё ржёшь, Ермаков? — буркнул в его сторону Антон.

— Да так, ничего, — заметно повеселел Данила. — Говоришь обниманцы, шманцы и всё такое? Это мне нравится!

Ребята подошли к городскому клубу, где уже столпилась небольшая очередь. Ребята построились позади и, ведя лёгкие беседы, начали ждать своей очереди. Когда уже они подошли к охраннику на входе, вдруг на тротуаре громко и резко припарковался огромный внедорожник. Его дверцы распахнулись, и оттуда вывалилась громкая, весёлая компания.

— Нам билет на… — не успела Алиса договорить, как эта компания грубо вклинилась между ними и охранником.

— Кыш, чернь! — явно нетрезвым голосом отмахнулся высокий русоволосый парень.

На вид ему было лет за двадцать, и всем видом он показывал своё аристократическое происхождение. Он, видно, был главарём этой компашки из трёх человек, таких же высокомерных, наглых и подпитых.

— Вип-ложа! — высокомерно кинул русоволосый охраннику и показал какую-то карточку.

Охраннику такое обращение явно не понравилось. Он нахмурился, поджал губы и отошёл в сторону, пропуская компанию.

Но они не успели скрыться внутри.

— Э! Слышь, козлы! — крикнул им в спину Данила. — Стопэ!

Компания резко остановилась. Русоволосый с явной улыбкой, будто только этого и жаждал, медленно обернулся в сторону ребят.

— Что ты сказал? Ну-ка, повтори!

— Козлы! — прорычал Антон, вставая рядом с Данилой.

— А по зубам не хотите ли? — хлопнул кулаком по ладони Саня.

— Бесята скучно не живут, да? — хищно оскалился Владислав, присоединяясь к парням.

— Эй, ребят! — устало буркнул в рацию охранник. — Нужна поддержка. Походу, тут будет драка…

В руке русоволосого сверкнуло опасное мерцание.

— Походу, драться будут маги, — настороженно добавил охранник и сделал шаг назад.

Глава 7

А вот чем, интересно, можно заниматься в двенадцать часов ночи? Ну, вариант первый — лечь спать. Классно, удобно, способствует здоровью! Однако это слишком скучно, не правда ли?

Ну, чем ещё можно заняться… Хм, допустим, посмотреть фильм, сериал или типа того. Вообще это самое частое времяпрепровождение в этот период суток. Да-да — фильм, игра или сериальчик. В двенадцать часов они только-только набирают свой интерес, на экране происходит самое интересное, и та-а-ак не хочется покидать пленяющие объятия увеселительного контента!

Ну что ещё можно придумать? Ах да, почитать книжку! Не, я понимаю, что это может показаться одним и тем же с предыдущим пунктом, но это всё-таки несколько иное. Хотя бы потому, что когда ты смотришь фильм, сериал или играешь в игру, тебе не нужно ничего представлять — всё представили за тебя, и ты просто вовлечён в происходящее. А вот когда ты читаешь книжку, мозг работает этаким графическим процессором. Ну, или как-то называется по компьютерному? Надо будет у Венедикта уточнить… Кхм, так о чём это я?

Так вот, когда ты читаешь книжку, воображение рисует все детали мира, в который ты погружён. Когда ты читаешь книжку, буквы, слова и предложения исчезают, и ты видишь фильм, который больше никто не сможет увидеть. У тебя уникальные лица персонажей, их мелкие детали, такие, каких не сможет представить даже сам автор этого произведения. Ты буквально «производишь» собственную историю, со своими смыслами, образами, впечатлениями. Это сложнее для мозга, но и награда куда выше.

В общем, это всё, конечно, лирика…

Ах да, в двенадцать часов ночи можно ещё и поесть! Да-да, ночной жор! Несомненно, это не очень полезно, но иногда так ведь хочется насладиться, а! Да и отказывать своему организму в мелких приятностях время от времени ещё вреднее, чем есть на ночь.

Можно ещё прогуляться. Активный отдых как он есть. Ночью очень приятно гулять, особенно если погода хорошая. Летом, допустим, очень жарким, ночь — это вообще единственное время суток, когда можно спокойно, не задыхаясь от жары, шаркать по дорожке и наслаждаться природой и свежим воздухом. Можно ещё затусить с друзьями, можно как-нибудь провести время с любимой женщиной… Ну а как проводить время с любимой женщиной в двенадцать ночи — каждый как-нибудь разберётся сам.

Так, что ещё? Что ещё можно делать в двенадцать ночи после тяжёлого рабочего дня, когда ты только-только приехал домой после двухчасовой поездки… Хм-м-м…

Ах да!

Точно! Как же я не подумал сразу?

Несомненно, можно посадить свою задницу обратно на водительское сиденье фургона и отправиться в замечательный город Мирный. А если быть точнее — к полицейскому участку в этом славном городе.

Поэтому я сидел теперь в кабинете следователя «Елисеева Елисея Елисеевича», как гласила табличка на двери, и ожидал подробностей случившегося. По телефону мне ничего толком не рассказали, но очень попросили прибыть в отдел.

— Сергей Викторович, — тяжело вздохнул полноватый мужчина лет сорока с уставшим лицом, тот самый Елисеев. — У нас тут сложилась очень непростая и крайне неприятная ситуация.

— Да, я уже понял, — буркнул я. — Вряд ли бы меня вызвали в отделение, чтобы сообщить какую-то радостную новость.

— Подскажите, пожалуйста, — не обратил внимания на подколку следователь, — вам знакомы некие Савельев Александр, Ермаков Данила, Свиридов Антон…

— Ох, блин, — вздохнул я. — И что эти трое там учудили?

— Трое? — нахмурился следователь. — Вообще-то это ещё не все, кхм, нарушители.

— Не все? — округлил я глаза. — И сколько их там всего было?

— Шестеро, — ответил следователь.

— Шестеро⁈ — округлил я глаза ещё сильнее.

Савельев, Ермаков и Свиридов! Да эта троица уже сама по себе могла навести такого шороху, что не только вся академия, в перспективе — вся Империя будет стоять на ушах. И честно говоря, я надеялся, что дело ограничится этими тремя пакостниками.

— И кто ещё с ними? — чуть ли не прорычал я.

— Ещё Добрынин Владислав, — продолжил следователь, — Калугина Виктория