Наследник $$$ уровня - Андрей Еслер

Телефон на стене начал звенеть.

— Кого там еще…

Сняв трубку, он услышал своего бывшего начальника, Эмануэля дэ Фуэго.

— Габи! — голос в трубке был сытым и довольным, будто человек только что встал из-за хорошего стола. — Куда пропал, черт возьми? Я уже думал, что ты на меня обиделся.

Габино сидел у себя дома на кухне в грязной майке, мятых штанах и ел холодную курицу прямо из кастрюли. Но звонок его обрадовал, да так, что он едва не подавился.

— Сеньор Эмануэль! Нет-нет, что вы, я сам собирался позвонить, просто не решался беспокоить.

— Беспокоить? Да брось. Мы же с тобой не чужие люди. — Эмануэль бархатисто засмеялся. — Кстати, Роза и Долорес о тебе спрашивали. Помнишь тот вечер в «Атлантике»? Говорят, ты был в ударе.

Габино расплылся в улыбке. Тот вечер он помнил хорошо.

— Передайте им привет. Скажите, что я постоянно думаю о них. — Он помолчал и добавил осторожно. — Жаль, что теперь всё изменилось.

— Изменилось? — в голосе Эмануэля появилось ленивое любопытство. — А что такое? Как там твой заводик, кстати?

Габино скривился.

— Вот именно что уже не мой. — Голос у него сел. — Меня выставили, сеньор Эмануэль. Этот мальчишка, Виктор, пришёл и выставил меня прямо в тот же день. Даже вещи не дал забрать нормально.

Пауза.

— Да ты что, — Эмануэль произнес это без спешки, будто переваривал услышанное. — Ну надо же. Вот ведь наглец.

— Я сам не ожидал. — Габино поставил кастрюлю на стол и вытер руки о штаны. — Пришел, осмотрелся, нашёл мастера и назначил его вместо меня, будто я пустое место.

— Слушай, ты не принимай близко к сердцу. — Эмануэль понизил голос, будто говорил по секрету. — Я тебе скажу кое-что, только между нами. Виктора в семье никто не любит. Мальчик совсем не тот, на кого делают ставки. Его в Корсу потому и отправили, чтобы подальше от глаз. Отлучили от дел, от нормального общества. Сидит там, варится в собственном соку. Думает, что вершит судьбы, а на деле ему просто дали игрушку, чтобы не мешал взрослым.

Габино слушал, не перебивая.

— Старших не уважает, — продолжил Эмануэль. — Это у него с детства. Мы с братом пытались объяснять, да без толку. Тайрон тоже не особо привечает младшего из семьи.

— Это чувствуется, — осторожно сказал Габино. — У него манера такая, смотрит на тебя и будто цену определяет.

— Именно! Зелёный совсем, а туда же. — В голосе Эмануэля зазвучало что-то похожее на усталость. — Мальчик не понимает, как настоящая жизнь устроена. Думает, что известная фамилия сама по себе броня.

Габино помолчал секунду.

— А… нельзя ли ему объяснить? — произнёс он тихо, пытаясь зайти издалека. — Ну, так, чтобы понял, чтобы уважение появилось к людям постарше.

Эмануэль не ответил сразу. Слышно было, как он отпивает что-то из стакана.

— Идея неплохая, — сказал он наконец причмокнув. — Мальца и правда не мешало бы научить уму-разуму. Жизнь, она такая штука, понимаешь. Преподаёт уроки больно, но зато запоминается. — Он вздохнул. — Я бы и сам занялся, да дел невпроворот. Не доходят руки, Габи. Совсем не доходят.

Габино почувствовал, что почва под ногами стала чуть твёрже, а солнце ярче.

— У меня есть знакомые, — сказал он, понизив голос. — Серьёзные люди. Они могут провести для молодого господина что-то вроде… ознакомительной экскурсии. Покажут, как оно бывает за пределами виллы.

— Ах вот как, — Эмануэль произнёс это мягко и почти нейтрально. — Габи, ты человек деловой. Я всегда это ценил. Если такое случится само собой, и мальчик усвоит урок, я был бы искренне благодарен. И тебе, и твоему знакомому. Взаимное уважение, всё по-честному.

— Понимаю, — кивнул Габино, хотя его никто не видел.

— Только одно. — Голос Эмануэля стал чуть серьёзнее. — Если малец к папочке побежит с жалобами, это нужно правильно подать. Дескать, сам нарвался, вёл себя высокомерно, вот местные и не удержались. Я найду нужные слова для Тайрона. Брата я знаю хорошо.

— Всё понял, сеньор Эмануэль.

— Вот и прекрасно. — Эмануэль снова стал довольным. — Ну, не пропадай. И Розе привет передам от тебя, она будет рада.

Линия оборвалась.

Габино положил телефон на стол и долго смотрел на холодную курицу. Потом взял трубку снова, набрал нужный номер и произнес:

— Ты на месте? Скоро буду.

* * *

В восточной части Корсы.

Хорхе Наварро держал небольшой шиномонтаж на восточной окраине Корсы и был человеком широкого профиля. Шины он менял хорошо, но основным источником дохода это не являлось.

Габино нашёл его там, где всегда находил — в подсобке за стойкой, с сигарой и кружкой кофе.

— Дело есть, — сказал Габино, присаживаясь на ящик.

Хорхе посмотрел на него без лишнего интереса и сделал затяжку.

— Говори.

— Молодой парень. Из корпоратов. Семья дэ Фуэго. Живёт на вилле наверху, управляет заводом. — Габино сложил руки на животе. — Нужно показать мальчику, что Корса бывает опасным местом. Чтобы запомнил. Ничего лишнего, без крови и грязи. Просто урок.

Хорхе покрутил сигару в пальцах.

— Корпораты, — повторил он задумчиво. — Это опасно. Они такое в полицию не несут, сами голову открутят.

— Именно, — подтвердил Габино. — Но там всё схвачено. Помнишь Ману? Ну, которому ты привозил вес, чтобы взбодриться?

— Ну… — пригласил к продолжению собеседник.

— Это он просил. Разборки в семье. Поэтому и говорю. Аккуратно, без следов. Просто дать понять, кто хозяин на этих улицах.

Хорхе кивнул, раздумывая.

— А что за завод? Тот, что платы делает?

— Он самый.

— Я слышал, там новый хозяин порядки навел. — Хорхе посмотрел на Габино чуть внимательнее. — Ты ведь там работал раньше?

— Работал, — коротко ответил Габино. — Больше не работаю.

Хорхе помолчал, пуская дым в потолок.

— Понятно. — Он поставил кружку. — Слушай, раз такое дело, можно совместить приятное с полезным. Завод без защиты сейчас?

— Без. Раньше я сам решал такие вопросы, сейчас там другой управляющий. — Габино развел руками. — Я к этому заводу больше отношения не имею, так что договариваться придется напрямую.

— Это не страшно, — усмехнулся Хорхе. — Придём познакомимся. Объясним, что к чему. Процент стандартный, никого не разорим. Всё цивилизованно.

— Главное, без лишнего шума, — повторил Габино. — Мальчишку напугать, завод под контроль взять, и разойтись по-тихому. Аппетиты держи в разумных пределах, Хорхе. Это корпораты, не мясной рынок.

— Да понимаю я, понимаю. — Хорхе поднялся и протянул руку. — Сделаем. Парню твоему наука будет.

Они пожали руки.

Габино вышел на улицу. Послеобеденное солнце жарило нещадно. Он надел очки, вытер лоб платком и не спеша пошёл к своей машине.

На душе стало заметно легче.

* *