Ловец знаний 1-11 - Роман Романович

— Он дурак? — спросила девочка.

Её голос прозвучал неожиданно для меня. Кажется, эмоциональный шок куда серьезнее, чем мне казалось, а мои рассуждения — лишь попытка убежать от этого всего.

Пока я думал, никто не ждал. Сергиус всё же заглянул ко мне в повозку, осмотрел и перенёс часть вещей. Ничего особо ценного там не было. Так, походные вещи, которые пригодятся в дороге. Ещё набор тканей, ниток и иголок, с помощью которых Элиза шила.

Воспоминание о ней кольнуло. Неужели я успел привязаться к этой женщине? Или это чувство вины, потому что она погибла из-за меня и моего любопытства?

Останься я в доме…

— Точно дурак, — Сергиус вопрос проигнорировал, а вот Гермес высказаться не постеснялся.

— Сами вы дураки, — буркнул я.

Вот ещё. Буду я каким-то детишкам позволять себя оскорблять.

— Дурак-дурак, — покивала Кая. — Его по голове не били? А то взгляд пустой и замер надолго.

— Хватил болтать, — вышел к нам Сергиус, — Гермес, садись за вторую повозку, веди её за нами.

— Сделаю, — мальчишка мгновенно сжался и побежал исполнять приказ.

С дисциплиной у них идеально, — машинально отметил я и запрыгнул в свою же повозку. Так было привычнее.

Когда подходил к ней, поймал внимательный взгляд девочки. Она сидела на первой повозке, как вороненок. Злой вороненок. Со слишком внимательным и недобрым взглядом.

* * *

В ближайшие часы ничего не прояснилось. Да и, если честно, не хотелось прояснять. Память подкинула выжимку из ещё одной лекции. Нет ничего слаще для ловца, чем новое знание. Знание — понятие объёмное, включающее в себя любую новую информацию. Особенно ценно то, что пригодится нашему богу, но также ценится и то, что поможет выжить.

Узнать кто такой Сергиус, зачем ему дети — это вопрос выживания. Но на лекции нам рассказывали, что неопытный ловец может столкнуться с тем, что называется информационная передозировка. Ещё передозировка бывает эмоциональная.

Нервная система пятилетнего мальчика была в принципе не способна переваривать всё то, что случилось. Да и разум меня восемнадцатилетнего тоже. Я всегда жил в мире. Никакой борьбы за жизнь, никакого насилия. Сытная, беспечная жизнь. Которая мне сейчас кажется пустой тратой времени. Лучше бы на пару факультативов зашёл и научился драться. Но нет же, занимался чем угодно, кроме того, что действительно полезно. Оправдывал это тем, что времени у меня ещё полно, успею наверстать. Никто ведь не мешал уйти через озеро лет в пятьдесят, прожив хорошую жизнь перед этим. А потом вернуться молодым, если повезет. Но вон как вышло. Кто же знал.

Сижу в телеге, чувствую сырость раннего утра, слышу, как скрипят колеса и всхрапывает лошадь, как её погоняет Гермес и умом понимаю, что со мной что-то неладное, но опыта не хватает, чтобы определить — что именно.

Я в теле ребенка. Этому меня тоже учили. Другая биохимия тела, гормоны, нервная система, моторика. Иначе говоря, есть рассинхронизация между телом, разумом и духом. Я бы думал гораздо лучше, но неразвитый ум не позволяет. Мои эмоции скачут, как дикие лошади. Мир кажется большим, ужасным, пугающим. А ещё мне до боли хочется прицепиться к кому-нибудь и чтобы меня обняли.

Меня, который терпеть не может несанкционированные прикосновения.

Самое обидное, что я знаю, что с этим делать. Ждать. Взрослеть. Терпеть.

И постараться не влипнуть в неприятности ещё большие, чем есть сейчас.

Хорошие слова, жаль, что прямо сейчас толку не несут. Через силу, через сопротивление, я заставлял себя прокручивать ситуацию раз за разом, ища те действия, которые помогут мне выжить.

В первую очередь надо выяснить, к кому я попал. Благо, с этим проще всего. Уверен, в ближайшие сутки ситуация сама прояснится. Главное, чтобы не фатальным для меня образом. Можно подсесть к Гермесу и поспрашивать у него, но… Я и так еле удерживаю это маленькое тело от того, чтобы оно не разрыдалось. Мне нужно какое-то время побыть в одиночестве и прийти в себя. В чем, я уверен, поможет план действий. С первым шагом определились, надо со вторым.

С которым загвоздка. Нет смысла рассуждать про тактику, когда не знаешь, где ночевать будешь. Как узнаю, кто такой Сергиус, что он от нас хочет, чем предложит заниматься, тогда и буду думать.

Ещё надо бы разобраться с тем, что оставил тот древний старик. Он же явно заложил какие-то воспоминания и знания внутрь меня. Тот случай, когда столь желаемое находится буквально внутри, но с этим ничего поделать не можешь. Я понятия не имел, как извлечь эти знания. Теоретически, если поставить себя на грань смерти, то можно провалиться во внутренний мир, но… На подобные эксперименты я сейчас не готов.

По всему выходит, что единственное доступное сейчас — это ждать. Ждать, налаживать контакт с Сергиусом и другими ребятами, узнавать окружающий мир. Так себе план, не то, чтобы вдохновляет, но хоть убейте, не вижу шагов лучше. Не тогда, когда я маленький ребенок.

Как бы там не было, пусть и примитивный, но план, принёс толику облегчения и я сам не заметил, как отрубился.

* * *

К месту продажи повозки и лошади добрались к вечеру. Сергиус ушёл торговать, а я отправился наводить мосты и добывать информацию. Само поселение любопытства не вызвало. Стена из деревьев, да несколько десятков домов. Я подобное десяток раз видел.

Чувствовал я себя тоже лучше. Сон, как ни странно, помог прийти в себя. Произошедшее в деревни казалось чем-то далёким. Если не думать об этом, то нормально.

— Так ты Кая? — начать я решил с девочки, которая осталась в повозке.

— Чего надо? — спросила она недобро.

— Хочу разобраться, куда попал.

— Так разбирайся. — ответила она недовольно.

— Уверен, ты можешь мне в этом помочь.

— Тебе сколько лет?

— Пять.

— Больно складно говоришь, — её глаза так и сверкали подозрительностью.

— Как умею, так и говорю. Ты давно Сергиуса знаешь?

— Семь дней, — ответила она, подумав.

— А Гермес давно его знает?

— У него и спроси.

— Спрошу. Но ты-то знаешь?

— Он до меня попал к Сергиусу.

— А зачем мы ему?

— У него и спроси, — ответила эта общительная «дама».

— Спрошу, — вздохнул я, — Или ты сама не знаешь?

Маленькие девочки должны вестись на провокации, но эта смерила меня взглядом, будто я к ней в ухажеры набиваюсь, фыркнула и отвернулась.

— Так не знаешь?

— Отвали.

— Значит, не знаешь.

— Сейчас нос сломаю.

Я вздрогнул. Если мне третий раз