"Фантастика 2026-97". Компиляция. Книги 1-35 - Ольга Кобзева

— Паспорт когда меняли?

— Там написано! — начал дерзить Николай.

— Слушай, Коля, ты меня не зли! — я зло ощерился, шагнув к уголовнику: — Я спрашиваю, ты вежливо и подробно отвечаешь. Если что-то имеешь против такого порядка разговора — одевайся, будем в другом месте беседовать.

— Можно подумать, что если я с тобой сейчас поговорю начальник, т меня дома оставишь- показал стальные коронки левой половины рта гражданин Кузнецов.

— А зачем мне тебя куда-то тащить, тем более я человек неместный, кабинет для разговора с тобой в вашем управлении еще искать…

— А ты командир покажи мне еще свое удостоверение, а то мелькнуло перед глазами, я и понять не успел, откуда гость незваный пожаловал.

На этот раз Кузнецов внимательно читал мою должность и место работы, после чего совсем загрустил: — Значит, что-то серьезное мне шьют, раз из Города опера прискакали…

— Ты мне скажи лучше, когда и где паспорт потерял? — я начал терять терпение — переживание бывшего «зе-ка» меня волновали мало.

— Паспорт! — Николай с силой ударил себя кулаком по голове, так, что раздался костяной стук: — Это че, по моей бирке кто-то у вас дела крутит?

Ладно, одевайся, да выходи. — я махнул рукой Виктору и повернулся к выходу.

— Все таки, забираешь меня начальник? — разочарованно протянул мне в спину Кузнецов.

— Нет, в машине опрошу и поеду по своим делам.

Мне просто не хотелось садится на скрипучий, ветхий табурет в душной комнате, искать на столе не самое липкое место, чтобы положить свою папку и не замарать рукава одежды о подозрительные пятна на вытертой клеенке — чистоплотность сожительницы или жены гражданина Кузнецова вызывала у меня большое сомнение.

Я вытянул у, замершего в коридоре Николая, из руки, темно-красную книжицу, пока он собирался-одевался, успел заполнить шапку протокола допроса, кроме строки «судимости». В принципе, его историю я мог рассказать без его участия, кроме совсем уже интимных подробностей. Как я уже догадался, почти год назад, пьяный Никола потерял где-то на улице, или не на улице, свой паспорт, после чего восемь месяцев, жил вообще без документов, пока его до печенок не допек местный участковый. Заплатив штраф за утерю паспорта — воровской уклад не позволял старому уголовнику с шестью судимостями, уподобится всем нормальным гражданам, врать ментам о краже паспорта, лишь бы не платить, Николай Архипович, после месяца ожидания, получил новый паспорт. Я быстро опросил вора об обстоятельствах происшествия и, к его удивлению вора, отпустив его домой, поехал в местное управление внутренних дел, выяснять, подавал ли, четыре месяца назад, гражданин Кузнецов заявление о утери паспорта.

Глава 12

Глава двенадцатая.

Декабрь одна тысяча девятьсот девяносто второго года.

Как я и опасался, с господином Кузнецовым все было очень хорошо или очень плохо, смотря с какой стороны смотреть. То, что бывший уголовник, в озвученные им сроки, подал заявление о потере паспорта, подтвердилось — все чин по чину, заявление подано, штраф в размере двадцати пяти рублей уплачен, новый паспорт выдан, старый паспорт выставлен в розыск. То, что советский паспорт достаточно удобен, чтобы ловкий человек с твердой рукой переклеил фотографию владельца, тоже всем хорошо известно. Любого постового милиционера учат обращать внимание на фотографию владельца. Но, что обязательно для милиционера, необязательно для сотрудника автомобильной комиссионки и покупателя автомобиля, который, сторговав машину на несколько сотен долларов ниже «рынка», от радости, ни на что не обращает внимание.

Решив, что дальнейшая работа в направлении поисков продавца автомобилей с поддельным паспортом может быть отложена на потом, так как требует специальных возможностей, я решил сменить вид деятельности, тем более, что опера, бывший и действующий, очевидно, предаваясь ночью различным излишествам, клевали носами на заднем сидении автомашины, и к каким-то активным действиям были решительно не способны.

— Так, внимание! — я выпихнул пассивных помощников из машины на территории базы: — Сейчас делайте что хотите, трахайтесь, бухайте, но, чтобы ночью, с десяти часов вечера из вашей комнаты слышался только богатырский храп. Завтра выезжаем в семь часов утра. Если будете не готовы к работе, как и сегодня, то отправлю в Город и больше с вами, обоими, никаких дел иметь не буду, обещаю.

— Мы тоже будем этим же самым до вечера заниматься? — с легким разочарованием в голосе спросила Наташа.

— Нет, принцесса, у нас с тобой на сегодня запланирована романтическая прогулка. Сейчас, только вещи соберу.

У ворот базы отдыха с утра расположился небольшой табунок гнедых оседланных лошадок, под присмотром владельца, который без устали предлагал всем встречным поперечным часовую конную прогулку. По причине не сезона и отсутствия туристов, цены были очень демократичные.

— Здорово, двух лошадок возьмем часа на четыре. — обратился я к молодому алтайцу в старом малахае и потертой ушанке.

— Не, долго очень. — очевидно владелец не хотел уезжать надолго всего с двумя туристами.

— Нам не надо чтобы ты с нами ехал, мы сами прокатимся и сюда вернемся.

Вон наш домик и моя машина. — я ткнул пальцем на берег реки.

— Тогда давай. — мне озвучили цену, и я кивнул головой, протягивая деньги. Поняв, что ей предстоит, девушка побежала в домик переодеваться, заодно привела за собой соскучившегося Демона. Наконец мы собрались, я накинул за спину небольшой рюкзак, и мы выехали с территории базы, направившись в сторону столицы республики. Спокойные и выученные лошадки неторопливо бежали вдоль Чуйского тракта, не обращая внимания на проносящиеся мимо машины, а также табунки, таких же как они, лошадок, хозяева которых стерегли туристов возле работающих баз и кемпингов. Через некоторое время мы свернули на улицы частного сектора столицы Республики и поехали мимо заснеженных подворий. На нас никто не обращал внимания — зимой, в отличие от лета, с развлечениями было не особо, верховые прогулки были одним из не многих видов зимнего отдыха, и хотя в основном туристы не заезжали в город, но что них возьмешь, с этих бестолковых москвичей или иностранцев, которых бестолковые лошадки завезли куда глаза глядят.

— И куда мы приехали? — Наталья огляделась вокруг — мы стояли на обочине дороги, обозначенной на карте как улица Социальная, а под нами на многие километры раскинулись сотни частных домов, домиков