Фантастика 2026-48 - Svetlana Zorina

– Да очень просто. Пустые проёмы у нас в доме, вот туда и поставим стёкла, теплее будет. Хоть и не очень хорошее стекло, но всё же лучше такое, чем никакое. Как его поставить, покажу. Здесь уже должны поработать Тумна и Житко.

Оба тут же протиснулись поближе через обступившую меня толпу и стали спрашивать, что им надо делать. Объяснив, что стекло очень хрупкий предмет, и его очень легко разбить или повредить руки, убрал получившийся лист подальше. Тумна и Житко шли за мной как привязанные, пришлось идти к дому и показывать, как сделать оконную раму и как её закрепить. Могута и Путята, да почти все жители, толпились за моей спиной и жадно слушали мои объяснения.

Объяснил, что в готовый дом стёкла придётся ставить по месту, поэтому там сначала надо будет сделать нужные формы. Услышав про формы, ещё ближе протиснулся Путята, сразу начав интересоваться, что нужно делать.

Галка, сторонний наблюдатель

Теперь в общем представлении Витёк если не сам бог Электро, то пророк его точно. В последнее время все как-то привыкли к размеренной жизни и тому, что есть. Дом, доски, арбалеты и гранаты стали уже привычными, и все как-то позабыли про силу бога Электро. Даже порой ловила несколько недовольных и недоверчивых взглядов, особенно со стороны словен. Нет, ни Славики, ни мастера ничего не показывали, они по-прежнему полностью верили Витьку, но вот воины начинали вести себя как-то не так. Чувствуется в них что-то, не враждебность, нет, не отчуждение, а какая-то неприятная настороженность.

И даже деревянная посуда, как демонстрация возможностей бога Электро, не смогла поколебать эту настороженность. Но зато сегодня всё стало на свои места. Витёк в очередной раз показал, кто есть кто в городе. На что уж Славики и мастера начали чувствовать себя если не равными, то по крайнем мере значимыми фигурами в городе, и всё из-за слишком простецкой манеры поведения Витька, теперь сразу резко сменили свою манеру поведения на внимательно-почтительную.

Так держать, капитан! Я чувствую, что меня впереди ждёт еще не одна такая картинка. И я уже заранее потираю от наслаждения ручонки, представляя, как это будет выглядеть.

Глава 7. Стекло и новые чудеса

В общем-то, все работы проходили под впечатлением, оставленным стеклом. Житко и Тумна прикидывали, какие рамы надо делать, Путята озаботился созданием новых форм для отливки, а меня больше всего волновали уголь и дрова. Уголь для производства и дрова для отопления домов. Если дрова ещё можно было заготавливать, то наступающие холода, скорее всего, приведут к тому, что гнать смолу и получать при этом уголь будет невозможно. Так что, пока была возможность, я основное время тратил на смолокурение и заготовку дров. Ни на что другое пока не хватало сил.

И это притом, что мы с Вышеславом несколько сократили время тренировок, а освободившихся мужиков привлекли к строительству щитов. В конце концов решили делать их из досок, используя для этого пятидесятку. Щиты получались переносными, за одним могло спрятаться три-четыре человека, так что с их помощью можно было достаточно быстро организовать защиту в любом месте. Скорее, это были даже не щиты, а невысокий переносной забор с козырьком сверху, выполнявшим роль защиты в случае навесной стрельбы.

Имеющиеся амбразуры позволяли вести стрельбу из укрытия, доступно было метание гранат, но только через щит по навесной траектории. Этим сейчас занимались на тренировках бойцы, отрабатывая именно такие элементы.

И надо сказать, что результаты получались вполне приличные. Были, конечно, и стрелки, отличавшиеся высокой точностью попадания, но главной являлась скорострельность на расстоянии до пятидесяти метров и точность метания гранат на заданное расстояние из укрытия. Достаточно сказать, что муляжи гранат летели точно и на двадцать, и на сорок метров, расстояние броска задавалось подаваемой командой.

Вот для таких заборов пилились доски и собирались сами щиты. В непосредственной близости лес уже вырубили, так что приходилось его валить уже достаточно далеко и транспортировать брёвна «уазиком». А леса шло много, на строительство дома, на лесопилку, на дрова. Пни выкорчёвывались, разделывались и укладывались на сушку, на пережог шло уже несколько подсохшее сырьё, полученное ранее.

И только после того, как были восстановлены запасы угля, а это заняло по времени несколько недель, я опять принялся за стекло. За это время пацаны, которых я привлёк к этому делу, получили вполне достаточное количество поташа, натаскали, промыли и просушили запас песка, которого должно было хватить для работы на всю зиму.

Для меня пока главным оставалось получить оконное стекло и хоть какие-нибудь стеклянные абажуры для светильников. Образование и наука – вот залог выживания в здешнем мире, а для этого необходимо освещение и бумага. Моей задачей на ближайшую зиму было начать этот процесс и вести его максимально быстро.

Надо постараться сохранить те знания, которые стали доступны благодаря переносу. Всё, что раньше читал, теперь мог вспомнить, и листы книг и учебников буквально стояли перед глазами. Было опасение, что со временем это исчезнет, а такая потеря будет просто невосполнимой. Поэтому после того, как худо-бедно наладилась военная подготовка, появилась возможность пережить зиму, я все силы и время по возможности тратил на выполнение триады – свет, бумага, образование.

После недели экспериментов по работе со стеклом мне удалось создать что-то отдалённо напоминающее бутылку, которую при достаточно богатом воображении можно было использовать в качестве стекла для скипидарно-спиртовой лампы. Первое такое стекло я отнёс к Путяте и объяснил, что мне необходимо. После долгих объяснений он понял, что я хочу и пообещал, что через три дня этот светильник он сделает. Быстрее просто глина не высохнет. И вот через три дня с не меньшим волнением, чем при спуске лодки, я зажёг эту лампу. Конечно, полученный свет ни в какое сравнение не шёл с привычным для меня освещением, но было намного лучше, чем при лучине.

Стекло, несмотря на свое достаточно низкое качество, отлично защищало пламя и создавало тягу, благодаря чему горение происходило более интенсивно и давало больше света. Путята и Могута опять долго ходили вокруг светильника и что-то шептали про себя, скорее всего, про бога Электро. Путята сразу стал требовать себе такую же, мол, он теперь и ночью сможет работать, и горшков сделает в два раза больше.

Могута молчал и только с обидой смотрел в мою сторону, а