Фантастика 2026-194 - Мария Геррер

что мы по факту пешки, которыми просто играют. — человек покачал головой и пошёл вниз по холму. Судья с интересом наблюдала за ним. — Шелфай, ты же не любишь такое, да? Интересно быть под контролем Воли Хонкая, а? Из интереса могла бы направить свою ненависть на Бога.

— Хахахаха! Забавное предложение! — девушка пошла за ним.

— Но ты ведь не согласишься.

— У меня нет выбора.

— Ты сделала слишком многое.

— Много, очень много, Итан. Мне нет прощенья. Мне уготована самая страшная судьба как для той, кто с маниакальным наслаждением убивала людей. — беспечно ответила Херршер. Они спустились с холма, оказавшись рядом с Аструм Фареус и крайне молодой Шаллио. — Хм-хм, какая же я всё-таки милая!

Итан усмехнулся. Правду говорят. Держи друзей близко, а врагов ещё ближе. О нём, наверное, никто так хорошо не знает, кроме этого монстра. В свою же очередь он знает этого монстра как нельзя лучше других.

Странное противоречие. Странный закон мира. Из всех людей в мире — родственная душа прямо пред ним, в качестве чудовища, которое готово сражаться до самого конца без сомнений.

— Шелфай. Скажи, будь всё иначе… Ты бы стала моим другом? — спросил мужчина.

Девушка повернулась к нему. В её глазах будто бы что-то мелькнуло.

— Итан… Я же могу растрогаться.

— Я серьёзно.

Девушка подошла к нему поближе и тыкнула пальцем в грудь.

— Не чувствуй ко мне ничего тёплого. Поверь, я этого не заслуживаю. Даже сейчас я чувствую к тебе ненависть, самую чёрную, ужасную, сокрушающую. — улыбка судьи становилась шире. — Я говорю с тобой лишь исходя из своих соображений, взглядов, мировоззрения.

— Ты уходишь от ответа. — Итан оставался непреклонным. Его серьёзный взгляд встретился с её.

На секунду человек заметил красный глаз под чёлкой, который слабо сверкнул.

— Эхе-хе. Несомненно. Мы бы стали прекрасными друзьями или… — на щеках проявился румянец. — Д-даже любовниками… — слегка запнулась Шелфай.

Итан аж поперхнулся от этого. Что она творила?!

— Сумасшедшая, блять!

— Хахахахах! Я просто попыталась побыть обычной девушкой!

— Да пошла ты нахрен!

Пространство резко распалось на куски. Двое вновь оказались в чёрном пространстве. Шелфай уселась за белый стол.

— До моего прихода осталось семь дней, Итан. Ты приготовился?

— …

Их разговор резко перетёк в другое русло. Глава выдохнул. С такой личность тяжело разговаривать, но ничего не попишешь.

— Увидишь.

— Я взволнована!

— Не сомневайся. Мы тебя не разочаруем.

Шелфай хмыкнула.

— Сдержи своё слово обязательно, Итан. Скука в последнее время меня чуть ли не убила…

***

Итана выперли из того пространства. Он открыл глаза. Теперь видно полотно палатки. То место, где и заснул.

Сердце быстро билось от нахлынувшего адреналина. Такая встреча не прошла бесследно… В груди пылало множество чувств, они хотели вырваться, однако некуда.

Нужно успокоиться. Глава уселся на кровать и тяжело вздохнул. Его взгляд стал ожесточённей.

— Теперь можно смело сказать. Мои отношения с Шелфай… ВСЁ СЛОЖНО. — выпалил он и ударил кулаком по воздуху. — Мать твою! Проклятье!

Необъяснимая злость затмила разум. Его бесила вся эта ситуация. Настолько, что просто сидеть и вздыхать — не получится.

— Раздражает… Твою же! Блять!

Кулак хотел уже найти себе предмет для удара, однако остановился. Глава вдохнул поглубже. Спокойствие, только спокойствие.

Как его там учила Фу Хуа? Вдох. Выдох. Она достигла такой силы только за счёт спокойствия. В любой ситуации стоит думать трезво, потому что иначе могут произойти крайне печальные события.

Через пару минут удалось разобраться с буйством эмоций. Как раз в это время к нему кое-кто вошёл. Его взгляд переместился на гостя.

— Я не помешала? — спросила Хуа с мягкой улыбкой.

— Нет. Совсем нет. Я как раз проснулся.

— Тогда я рада. — девушка присела рядом с ним.

— Как было на обходе?

— Разобралась с несколькими группами хонкай зверей. Не особо большие, максимум пятнадцать за раз.

— Ну пятнадцать моего мастера вряд ли остановят. — слегка улыбнулся Итан.

— Я рада, что ученик уважает своего мастера.

— Да-да. Во всех смыслах.

Синие глаза с подозрением посмотрели на мужчину.

— Во всех?