Фантастика 2026-10 - Наталья Владимировна Игнатова

— с ужасом смотрю на эту ненормальную. — Ты хоть понимаешь, на что подписываешься? Ты не орала когда Эдем на вас гнев свой изливал. Что мне нужно сделать, чтоб ты заорала от боли? Что? Ты же упёртая! Мне что зад тебе хлестать до тех пор кости не покажутся, ещё и солью присыпать?

— Как вариант, — кивает эта ненормальная.

— Нет, — психанув, толкаю её, так что она отлетает и падает на кровать.

Но Лиза отпружинив от ложа, ловко вскакивает на ноги. И вынув кинжал, спокойно так произносит:

— В задании не сказано, что меня должен бить именно ты. Только про боль, — и приставила кинжал вертикально к правой груди.

Честно я даже подумать не мог, что последует вслед за этим. Потому что это бред. Резкое нажатие и острая сталь пробивает молочную железу насквозь, сверху вниз.

— У-у-у… — скулит, падая на колени. Бросаюсь к ней, но эта психованная проворачивает кинжал в ране. Левой ладошкой стучит по полу и подвывает от боли…

Подскочив вырываю из раскуроченной раны кинжал, с удивлением замечая, что кровь не бежит, а плоть прямо на глазах заживает.

— Ты что творишь, дура! — очень хочется влепить ей пощёчину, чтоб очухалась, но она ведь именно этого добивается.

— Отдай, — стоя на коленях, пытается схватить мою руку, но не тут то было. Кинжал уже валяется у стены. Приходится ещё и ловить её, после прыжка вслед за оружием.

— Угомонись, — схватив за плечи, трясу как куклу. — Лиза так нельзя, я не могу допустить этого. Ты не заслуживаешь такого.

— А чего я заслуживаю? — лицо мокрое от слёз. — Любви? Скажи, любви я заслуживаю?

— Конечно, — обалдев от такого перехода, тупо киваю.

— Тогда не мешай мне за неё бороться, — впивается зубами мне в запястье. Но не тут то было. Вырвав руку, прокушенную почти до кости, второй перехватываю её за шкирку, когда она рванула к кинжалу. А сам с удивлением замечаю, что рана на руке тоже затягивается, как и у Лизы.

— Стой, подожди, давай поговорим, — и, встряхнув девушку на весу, рявкнул: — Это приказ.

— Ладно, — престаёт трепыхаться. — Говори.

— Лиза, что ты за бред несёшь? За какую любовь ты тут бороться собралась?

— За твою, — в глазах разгорается фанатичный блеск. — Я знаю, ты мне не веришь, но я тебе докажу, — и пнула меня по самому драгоценному, что есть у мужчины. От боли и неожиданности выпускаю безумную локиссу и она бросается к кинжалу валяющемуся у стены.

И пока я, находился в состоянии шока от её поступка, воткнула кинжал себе уже в левую грудь и подвывая от боли, и корчась на полу, принялась крутить его в ране. Ну как? Как можно коверкать такую красоту? Мне даже в страшном сне не могло такое присниться. Максимум на что я согласен, это нежно кусать её «вишенки».

— Хорошо я согласен, — цежу сквозь зубы. — Только перестань тыкать себя кинжалом.

— Ы-ы-ы, — бросает оружие на пол и, размазывая слёзы по лицу, пытается улыбнуться. — Любимый…

— Лизка, ты псих… Но я знаю, что делать…

— Что? — с надеждой смотрит на меня.

Ну, слава богу. А то я уже подумал, что она мазохистка и ей нравится боль. Вот чего не надо, того не надо.

— Максимальная боль, за короткий промежуток времени, тогда ты потеряешь сознание и задание будет выполнено.

— Да-да, — кивает, — я верю, ты сможешь. Ведь ты всё можешь, — в глазах вновь появляется нездоровый блеск.

— Лиз, — помогаю ей встать, — я прям боюсь тебя, что за фанатизм?

— Потому что вся эта боль ничто, по сравнения с тем, что я могу лишиться тебя, — губы дрожат. — Олег, поцелуй меня. Сам. Тебе ведь это нравится, я же чувствую. Я даже знаю, что ты тоже меня любишь, но боишься признаться даже себе. Поцелуй, прошу.

Знает она. Вот бабы всегда знают, а потом крутят мужиками, как хотят. А чёрт с ним… Я ведь и правда хочу, и не только поцеловать. Эх… Завалить бы её на кровать, и вовсе не затем чтоб сделать больно…

Стягиваю с головы Лизы шапочку-маску, за спиной появляются чёрно-белые крылья:

— Никогда не целовал ангела, — грустная улыбка появляется на губах.

— Я больше не ангел, я локисса.

— Красивая локисса, — соглашаюсь, сливаясь с ней в поцелуе.

И тут по крыльям Лизы начинают бегать огоньки, яростно посверкивая и мигая.

— Взаимная любовь, — выдыхает крылатая девушка, — ну вот, а ты сопротивлялся, — на губах красавицы счастливая улыбка и слезы радости.

Прижавшись, к моей груди рыдает:

— Я знала, я знала…

Знала она. Вот ведь подстава. Оказывается, то, что у меня нет крыльев, никого не волнует. У Лизки есть. Так она за двоих может «посверкать».

И как быть то теперь? Ну не могу я сделать того, что хочет Локи. Не могу. Одно дело наказать, за провинность. Адекватно наказать. Это ведь не врага пытать, ради информации. От меня же требуют издеваться. Делать больно, просто ради того чтоб сделать больно. Тем более близкому человеку. Смогу ли я остаться самим собой после такого?

Думай, Олег, вот что бы сделал, на твоём месте Джинн? Без понятия. Зато знаю, как бы поступил Мажор. Причём уже давно, наплевав на всякие сомнения. Хм… а ведь это мысль… Как там было в задании? Лиза не должна кричать осознанно, ради того чтоб прекратить боль. Тут главное слово осознанно… Да, точно…

— Пора, — отстраняется от меня, — просто сделай это ради меня. Помнишь, про взаимную любовь? Я просто умру теперь без тебя. По настоящему, совсем…

— Хорошо, — вздыхаю, одеваю ей на голову шапочку-маску, чтоб скрыть крылья и достаю ремень. — Задирай юбку… В общем, как в прошлый раз.

— Но ведь это не так уж и больно, — смущается, — ну по сравнению, с тем, что вот сейчас было. Может, что-то другое придумать?

— Не боись, — хмыкаю, — я знаю, что делаю, доверься мне, — и, положив руку на плечо, слегка вдавливаю палец под ключицу.

— Ой-ой, — дёргается от боли. Вот ведь. То она себе в титьки кинжалом тычет и крутит его там. То прямо вся дёргается. Прости,