Фантастика 2026-10 - Наталья Владимировна Игнатова

— Ой, да это было всего-то пару раз, — отмахивается Молот.

— Странно, — тру подбородок, — как мне показалось, она нарывалась чаще, чём два раза?

— Так он всё обещал девушке, обещал, а она всё ждала-ждала… Ай! — последний вскрик, это последствия подзатыльника, от насупленного Молота.

— Так, — чещу затылок, — вы свои постельные игрища давайте без меня, так что Мальвине потом что-нибудь придумаю. А пока пошли к кустам, посмотрим на трупака.

Ой! Мать моя — майор госбезопасности и отец полковник! Не успели пройти и десяти метров, как из-за ближайших кустов появился Пух. С добычей! Да! Он добыл нам бандита!

Представляете, пёсика, полтора метра в холке, который тащит за ногу, нашего разведчика-неудачника… Кажется, тут не только Мальвина виновата. Не она бандита спугнула…

— Пушок, а ну брось каку! — ору на этого раздолбая охотника. — Я же сказал, лови зайцев!

Пёс тут же выпустил из огромной пасти пожёванную ногу и сев на толстый зад, толкнул лапой труп, удивлённо уставившись на меня. Дескать, как, это разве не заяц? А чего тогда в кустах сидел?

— Молот, ходи сюда, — тыкаю пальцем перед собой, — согни руку, напряги бицуху. Во нормально, твёрдая.

И стянув с головы берет, а то там кокарда, начинаю биться головой об каменную мышцу друга.

— За что? За что мне это всё?

— Рраф?

— Пушок! — перестав самоистязаться, подхожу к этому недоразумению и начинаю объяснять. — Это человек! Заяц он пушистый и у него уши, — прислоняю руки к голове и шевелю ими. — Понял? Длинные уши! А это нельзя. Без команды нельзя, а так конечно можно. Ы-ы-ы… — хлопаю себя ладонью по лбу. — Иди, лови зайцев. Уйди, не зли меня! — Пушок обиженно шевельнув ушами и понурив голову, побрёл в кусты.

— Ну чего ты прям на него так? — философски замечает Степаныч. — Откуда он может знать, кто такие зайцы? Он же их никогда не видел.

— И что надо было похвалить? — огрызаюсь.

— Нет, конечно, — присаживается возле трупа. — А Мальвина то, прям снайпер, смотри, как нашпиговала. А одно перо прямо в затылок влетело.

— Да уж, — усмехаюсь, — то ли хвалить за меткость, то ли ругать за срыв задачи.

— Ну так и похвали, за одно, накажи за другое, — усмехается прапор.

— Да? Хм… Так, Мальвина, пока ты мне не подчинённая, так что выносить благодарность не буду, однако отмечу, хорошо пульнула.

— Ага, как благодарность, так не подчинённая, — возмущается красотка, — а как наказывать так подчинённая. Наряды вон какие-то…

— Это да, — кладу руку ей на плечо. — Наказать это всегда, пожалуйста. Но ты можешь отказаться, — и добро улыбаюсь.

— Ага, а ты меня Локи сплавишь, — смотрин на меня исподлобья.

— Ну что ты, что ты, — развожу руками. — Поверь, я парень добрый, всегда найду, как сделать гадость. Вон у нас Балагур, очень боится, что его две близняшки изнасилуют, а потом скажут, что он их обесчестил, и жениться заставят. Ведь так? Боишься, Вован, — подмигиваю ему.

На что любитель приколов тут же поддерживает:

— Да вообще спать не могу, двери стулом подпираю.

— Вот! — вздёргиваю палец вверх. — Надо думаю, к нему Молота подселить, чтоб отгонял, — и слегка повожу бровью, давая сигнал Балагуру.

— А что? Точно, — воодушевляется Вован. — Да и парень он у нас видный, глядишь, его совратят, — и начинает радостно ржать.

Молот едва заметно улыбается, при этом стараясь выглядеть серьёзным. И тут ещё масла в огонь подливает Степаныч, кажется понявший, что я делаю:

— Да сто пудово, как пить дать, соблазнят.

— Стойте, — Мальвина аж подпрыгивает на месте. — При чём тут Олег, если я виновата?

— Так ведь ты заговорила о правомочности нарядов, и ты права, конечно. Но отправить Молота, охранять целомудрие Балагура, это как раз в моей компетенции.

Твою дивизию, что я несу? И главное зачем? Да всё просто, я в растерянности. И под трёпом, прячу работу мысли. Вот только нету её. Мысли этой.

— Не надо Олега отправлять. Лучше наряд…

— На кухне куча котлов грязных, — сообщает подошедшая Пума. — По моему, вполне адекватно.

— Согласен, не хочу Балагура охранять, пусть женится, — Олежа обнимает свою красотку, — а то взял манию спасать девиц от падения, да на твёрдую землю. Спас жизнь женись. Вот, — и злорадно скалится.

— Да нельзя же в песочнице разбиться, — возмущается Вован.

— А чего тогда прыгал? Да ещё и ускорялся? Неспроста это! — подтрунивает Лаки.

И началось, оказывается, подошли не только наши девчонки. Но близняшки, тоже примчались посмотреть, чего тут происходит. Так что началось. Девахи всей толпой, включая локисс, убеждали Балагура не ломаться. А вот парни при такой постановке вопроса все резко переметнулись на сторону Балагура утверждая, что нельзя ему жениться… В общем, всё как всегда.

А я смотрел на труп и пытался придумать, что делать? Как заставить посредников, протащить в песочницу всяких ништяков и побольше. Нам же ещё и выйти надо отсюда как-то, в большой мир в смысле. И там нам будут противостоять куда более серьёзные ребята.

И что ждать ещё одного разведчика? Нет уж. Хм… Кажется, есть мысль.

— Молот, как думаешь, у Посредников есть свитки воскрешения?

— Что? — Олег отвлекается от увлекательного спора. — Свитки? Должны быть. Только насколько я знаю, они очень дорогие. Так что вряд ли они станут тратить его на этого парня. Если я правильно понимаю твою мысль.

— Правильно, — киваю. — Мы их заставим его воскресить и хорошенько расспросить, о том, что за монстры на них напали.

— Монстры? — вздрогнув, Изи оглядывается по сторонам. — Где монстры?

— Тут, — бью себя кулаком в грудь, — ты не смотри, что я такой симпатичный, я ужасный тип.

— И при этом скромный, — добавляет Лаки. — Давай колись, чего придумал.

— Рраф! — из кустов появляется Пушок, повиливая хвостом, тащит к нам… Оленя.

— Пух, — приходится ещё раз стукнуть себя по лбу. — Это не заяц!

— Рраф! — выпустив из пасти добычу, пёс радостно стучит лапой по рогам. Дескать, смотри какие уши. Большие!

— Пух, — подойдя к псине, треплю его за стоящие торчком треугольники. — Вот у тебя уши, вот у оленя уши, видишь мягкие, а это рога. Молот, Балагур, а тут вообще есть зайцы? А то может, гоняю парня почём зря?

— Есть, — кивает Балагур. — Во-о-от такие, — показывает тушку в полметра длиной.

— Да это же крокодил какой-то! — удивляюсь.

— Ага, у них и зубы не слабые…

— Рраф! — огорчённый Пух, разворачивается, чтоб отправиться на поиски зайцев, но я останавливаю его.

— Стой, сейчас мы оленя распотрошим, ты, как предпочитаешь, жареное мясо или сырое?

Судя по тому, что на все варианты Пух реагировал одинаково положительно, ему