"Фантастика 2026-97". Компиляция. Книги 1-35 - Ольга Кобзева

концов куском синей изоленты обмотал бы, но не пустил бы деньги на приобретение ножа. В голове Попа давно сложилась парадигма, что у денег другое предназначение. Нет, я не верю. Кстати, а Коля то как умер?

- А его эта педиатр одним ударом укокошила. У нее в руке скальпель был, она нападавшего умудрилась ткнуть в сонную артерию, и он от этого удара скончался.

- Так между ними расстояние было почти двадцать метров. У нее двенадцать ранений проникающих, у него артерия перерезана, как они расползлись?

- Ну, судя по всему, Попов пробежал несколько шагов, зажимая рану, после чего упал. Всю ночь дождь шел, кровь и следы смыло. Экспертизы еще не окончены, все это предварительно.

- Не знаю, как-то сомнительно это все. Такое ощущение, что плохой детектив кто-то снимает. Женщина эта, врач, она скальпель где носила – в сумке?

- Наверное. – Евгений пожал плечами.

- То есть без чехла, без футляра, просто в сумочке? А можно, еще раз дело, хочу фото скальпеля посмотреть.

Я пару минут рассматривал фототаблицы с места происшествия, после чего отодвинул папку.

- Женя, вот хоть убей меня, но, не складывается у меня в голове картинка. Я бы больше поверил, что этот старый, источенный скальпель где-то Коля нашел, а вот девочка-врач зашла в хозяйственный магазин и купила дешевый ножик для кухни, чтобы выбросить его в помойку, когда он затупится.

- Ты дело прочитал? – следователь явно разозлился: - Ну и давай, вали по своим делам, а мне некогда, надо следствие вести. В отличие от вас, оперов -бездельников, мне надо расследование в срок закончить, так что, давай, иди отсюда.

И хотя следователь прокуратуры разговаривал со смой шутливо, по-приятельски, после моего уходя, тревога появилась в Жениных глазах. Одно дело закрыть дело в связи с гибелью подозреваемого, и совсем другой коленкор, когда приятель Громов, полистав дело, начал задавать неудобные вопросы. А что будет на городском заслушивании, когда дело будут проверять не зеленый, в принципе, опер, а матерые следователи, у которых главная задача – «оказать тебе практическую помощь», такую, что после заслушиваний, как минимум, больно сидеть на стуле, а могут и уволить, слышал Евгений о таких случаях. Надо позвонить Олегу Князеву, старшему группы «тяжких» РОВД, он парень ушлый, может быть и подскажет, что сделать, чтобы не было таких вопросов

Глава 14

Глава четырнадцатая.

Загородные вояжи.

Апрель 1993 года.

Локация – квартира Поповых.

- Не знаю я с кем Коля общался…- мать Коли Попова механически терла тряпкой старую, выцветшую, изрезанную ножом клеенку на кухонном столе и смотрела в окно: - Те милиционеры, что обыск делали, тоже все про друзей спрашивали…

- И что милиционеры эти? Нашли что-то? – я сидел за кухонным столом, грея руки о чашку с бледным, «спитым» чаем, не решаясь сделать глоток.

- Нашли конечно. Вон, за батареей бумажка, скомканная лежала, а там две ампулы и два малюсеньких квадратика из фольги свернутые. Они сказали, что это сто процентов наркотики.

Ну да, конечно, кто-бы сомневался. У Коли, который вечно у всех клянчил дозу, а получив хоть какие-то деньги, бежал прочь в поисках таких же, как он, бедолаг, чтобы купить «дозу» хотя бы вскладчину, в квартире хранился почти недельный запас «дури»? Очень смешно. Очевидно, кто-то очень хочет привязать покойника к убийству врача так, что сунули пакетик с медицинскими ампулами, ну и, для надежности, двумя «чеками» эффект усилили.

- Скажите, Наталья Леонидовна, а про нож вас не спрашивали?

- Следователь спрашивал, ножи разные показывал, но я не один не узнала, у меня ножи вот…- женщина с грохотом открыла ящик комода, окрашенного синей масляной краской и достала оттуда три ножа – источенные, с самодельными, грубо вырезанными текстолитовыми рукоятками и большими медными заклепками: - Еще отец мой делал. Был столовый набор на шесть персон из мельхиора, с ножичками, на свадьбу мне дарили, так Колька, паразит куда-то уволок…

Мать всхлипнула, с силой бросила тряпку в оконное стекло и, упав на табуретку, очень тихо завыла, закрыв лицо ладонями с обветренной кожей.

Я больше всего ненавижу такие моменты и всегда не знаю, что делать, каждый раз испытывая просто физическую боль от того, что приходиться присутствовать при этих сценах. Я чуть помедлил, но, все-таки смог себя пересилить, подошел и положил руку на плечо.

- Ну, успокойтесь, Наталья Леонидовна. Коле, все равно, сейчас лучше стало.

- Пока жив был, каждый день готова была убить его, всю душу мою вымотал. А сейчас его не стала, и я не понимаю, зачем меня Господь на белом свете мучатся оставил?

- Не знаю я, да и, наверное, никто не знает. - я чуть-чуть сжал женское плечо рукой и вернулся на свою табуретку: - Может быть, чтобы вы пожили спокойно, за все годы, что с сыном страдания претерпевали. А может быть, чтобы вы сына встретили, когда его душу Господь в какого-то ребенка обратно на Землю отправит.

- А как же Страшный суд? – мать Николая подняла на меня заплаканное лицо: - Мне женщины в храме говорили, что мне надо каждый день в церковь ходить и за Коленьку молится, чтобы ему в аду чуть-чуть полегче было.

- Квартиру храму отписать не посоветовали еще? – я неожиданно разозлился: - Тогда вообще, наверное, Николаю на том свете послабление режима будет? Не надо никаких теток в храме слушать, они вам насоветуют. Тем более ну какой Николаю ад? Он же больной был, ни о чем, кроме наркотиков думать не мог. Смысл его в котел кипятить, если он последние несколько лет в аду жил? Да и вообще, я ад не особо верю. С сотворения мира сколько душ в Раю и Аду должно собраться, я даже представить не могу. Их же миллиарды и миллиарды. И нужны они на том свете, тысячи лет их содержать, пока конец света наступит. Так что, думаю, что возродиться Николай очень скоро в каком-либо ребенке, и вы вполне можете его встретить и почувствовать. В храм ходить, конечно надо, помолится за сына, но только теток местных не слушайте, не надо.

- Я еще про квартиру спросить хотела…- Наталья Леонидовна уже успокоилась и более насущные проблемы напомнили о себе: - Мне соседка сказала, что за то, что Колька врачиху эту убил, у меня квартиру могут отобрать, чтобы ущерб семье