"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 - Максим Игоревич Крынов

Капитан Дымов на этом выступление закончил. Я скомандовал разойтись, и парни пошли в казарму. Дымов, Лев Яковлевич с портфелем, Серёжа с автоматом и я сначала поднялись в бывшую учительскую.

У дверей в очереди стояли танкисты в комбинезонах. Парни решили, что успеют переодеться, сначала надо получить марки. В учительской я поставил Серёжу с автоматом у стола охранять, а Дымов усадил за стол Льва Яковлевича.

Тот вынул из портфеля конторскую книгу, ручку и несколько пачек марок. Я подошёл первым и представился. Лев Яковлевич строго предупредил, что это довольствие за неделю вперёд, записал меня, вывел прописью: «две тысячи марок», и велел расписаться.

Расписавшись и приняв деньги, я заметил, что многовато дают. Дымов пояснил, что это нормально. Мне полагается за звание, за должность и за постоянное нахождение в осаждённом городе. Город считается осажденным, если хотя бы раз в неделю ведутся бои не далее, чем в двадцати километрах от него.

Я прикинул свои действия и работу танков Серёгина и важно кивнул. Капитан громко позвал следующего и тише предложил пройтись пока в мой кабинет. Оказывается, отвели мне кабинет директора.

Располагался он рядом с учительской. С кабинетом я получил стол с креслом, несколько стульев, шкаф и диванчик. Я прошёл к креслу за столом, Алёша уселся на стульчик и сокрушённо заговорил:

— Бедный Лев Яковлевич, предстоит выдать довольствие почти тысяче танкистов! И до этого моим выдавал!

— А откуда марки? — спросил я.

— Захватили казначейство армии, — небрежно сказал капитан. — Больше десяти миллионов трофейных денег.

— Странно, что европейцы с ними не удрали под шумок, — заметил я.

— А они не знали, что город захвачен, — грустно сказал Дымов.

— Тебе европейцев жалко? — не понял я.

— Себя мне жалко, — вздохнул Лёша. — Теперь все знают, что город у нас. Немецкого генерала из штаба фронта по телефону очень стыдили, а тот послал их в задницу. Отправили его уже под охраной соседям.

— А как европеец догадался? — спросил я с интересом.

— Да направили они в город резервы. Пушки и лошади ехали по железной дороге, а солдатики пешком шли, — Алёша снова печально вздохнул. — Ну, мои танкисты их у самого города в поле расстреляли.

— А пленные? — сказал я.

— Большинство всё равно расстреляли, — молвил он. — А пленных взяли даже лишних, ещё и Серёгин зачем-то притащил. Половину отослали к соседям, остальные работают.

— Гм, — решил я уйти от неприятной темы. — Капитан, а что делать с европейскими лошадьми?

— Отправили на мясокомбинат, — ответил Алёша.

— Зачем? — спросил я глуповато.

— Ну, зачем ещё лошадей туда отправляют! — раздражённо сказал Дымов. — Лошади не пленные, их можно и на мясо.

Я грустно воззрился на капитана, и он сварливо проговорил:

— Ты лучше спроси, нафига я с тобой тут сижу!

— Допустим, спросил, — сказал я.

— А я, допустим, отвечаю, что ты боярин и командир отдельного батальона. И я, допустим, ставлю тебя в курс ситуации, чтобы ты как бы понимал маневр, — назидательно молвил Лёша.

— Ну, как бы ставь, — лениво ответил я.

— Значит, со своих танков я приказал снять с крыш пулемёты, навесные гранатомёты. Потом из них выгрузили боезапас, оставив лишь по пять фугасных снарядов, и слили почти всё горючее, чтоб только хватило доехать до соседей, — заговорил он. — Отправил под прикрытием темноты сопровождать пленных и трофеи и приказал возвращаться.

— Предполагается, что они как честные люди заправят танки? — удивился я. — Или ты надеешься, что взамен пришлют солдат?

— Ни на что я не надеюсь, — с улыбкой махнул ладонью Лёша. — Просто предполагаю. Сидит сейчас пехота на новых позициях, фронт удлинили, а у них почти ничего нет. И тут приезжают танки. Их, конечно, заправят и снарядят, командиры всю ночь будут лично ездить в автобаты. К утру управятся.

Он печально вздохнул и доверительно сказал:

— Ну, не могу я кому-то передать вверенные машины. Все это знают, и европеец тоже. А он сегодня повидал мои танки у города.

— Ага, — улыбнулся я. — Врагу надо сбить пехоту с новых позиций, чтобы деблокировать свои дивизии и окружить город. Затягивать с этим нельзя, мы же можем уже сию секунду слать пехоте подкрепления…

— Не будет подкреплений, — мрачно сказал Дымов. — Но враг в этом не может быть уверенным, станет действовать второпях. А на позициях вдруг танки.

— Ну, поубивают там европейца, — задумчиво молвил я. — Это вообще хорошо, но нам-то какой прок?

— Пока атакуют пехоту, не лезут к нам, — строго сказал капитан. — И я же приказал танкистам вернуться. То есть отступать они под вражеским напором будут к городу, а с ними увяжется какая-то часть пехоты.

— Манёвр понял, — скромно я улыбнулся. — Теперь скажи, что будем делать мы?

— А я разве не сказал? — удивился Дымов. — Говорю же, что если мои прогнозы верны, спокойный денёк у нас есть. Всё время используем на подготовку города к уличным боям в полной изоляции. Завтра к восьми утра жду тебя в штабе с идеями.

— Кстати! — сказал я веско. — А почему нас убрали от вокзала, мясокомбината и молокозавода на кирпичный завод?

— Враг рано или поздно начнёт по городу стрельбу, — ответил капитан. — Какие цели он накроет сразу?

— Ага, — сообразил я и сварливо проговорил. — Тогда дальше сам думай, а мне ещё бельё надо, потом вымыться в душе и ужинать.

— Ну, не буду мешать, — сказал Лёша, вставая.

* * *

Выспался чистым в чистой постели! А ещё говорят, что нет счастья на войне! Гм…

Утром после завтрака личный состав побежал к матчасти ждать приказаний, а я сел в джип и поехал к Дымову. Водитель Серёжа с автоматом сидел на заднем сиденье. Типа охрана. Вообще парнишка молодец, не побоялся приехать на «Виллисе». Хотя бер Стёпа может уговорить кого угодно…

Не! Серёгу точно не пришлось уговаривать. Он же сначала сам приехал на захваченные позиции и, как только пехота получила информацию, рванул в город. Приписан парень солдатом к моему