"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 - Максим Игоревич Крынов

— Для колдовского обряда надо рисовать кровью!

— С обеих сторон! — добавил ротный Володя.

В дверь кабинета постучались, и вошёл Дымов. Капитан сказал:

— Добрый вечер.

Я ему ответил:

— Добрый. Постой пока, у нас колдовской опыт.

Ладонью стер с полировки стола следы карандаша. Взялся за рукоять ножа левой рукой и кончиком проколол палец на правой. Аккуратно нанёс на лезвие алые линии.

— А нам что делать? — спросил ротный Коля.

— Сейчас подсохнет, — проговорил я. — А вообще вы должны встать в круг, взяться за руки и по команде направить рунам силу.

— Так чего там сидишь⁈ — сказал маг Вася. — Иди сюда!

Я подумал, что стол в данном случае необязателен, встал с ножом в руке и подошёл к парням. Они обступили меня, взялись за руки, и Вася молвил:

— Командуй.

— Ещё не высохло, — возразил я.

— Да командуй давай! — поддержал его Вова.

— Ладно, — согласился я. — Секундочку.

Парни смотрели на меня, большинство я знал с Корпуса, и каждого узнал на войне. Я представил себе их, ощутил, сфокусировался. Поднял нож над головой и напряжённо проговорил:

— Начали!

Ребята серьёзно уставились на нож в моей руке, а я ощутил их нарастающую силу. Мне стало вдруг тепло и весело, и я всё отдавал ножу. Я почувствовал жар и бешеное веселье. Лезвие засветилось белым, а символы фиолетовым. Жар уже сжигал, и уносил сумасшедший кураж — я расмеялся. Сталь ярко вспыхнула, руны на ней загорелись… и стали медленно гаснуть.

— Уф! — ворчливо проговорил Саня. — Вот ты монстр! Всё из меня вытянул!

— Я вытянул⁈ — поразился я.

— Тут главное, что всё вытянул, — заметил Паша. — Это точно должно сказаться.

Я провёл по лезвию пальцем, бледные линии казались размытыми. Они не стирались, и словно это фиолетовые разводы на стали.

— Надо проверить, — сказал я и поднял от ножа лицо. — Серёжа! Принеси с кухни большую тару с водой.

Рядовой охотно побежал исполнять, настала томительная пауза. Вскоре снаружи дверь пнули. Дымов стоял ближе всех, он и открыл. Вошёл торжественный Серёжа с большой кастрюлей воды в руках. Он прошёл к столу и важно её поставил. Я сказал:

— Спасибо, — подошёл к кастрюле и опустил в воду нож.

Тот сразу утонул. Парни подошли ближе, с интересом глядя в кастрюлю. Паша серьёзно спросил:

— И что?

Я опустил в воду левую руку, вынул нож за ручку и, пока с него стекало, правой рукой вытащил из кармана платок. Вытирая ножик, грустно ответил Паше:

— Что-что! Утонул нож!

На меня удивлённо посмотрели. Саша сказал:

— А разве так и не должно случиться?

— Он должен плавать после опыта, — мрачно проговорил я. — Руны значат «непотопляемость».

— Гм, точно непотопляемость? — смущённо произнёс Вова. — Мне послышалось «непотупляемость».

— Мне тоже, — признался Коля.

— Да по логике они должны значить «непотупляемость»! — недовольно сказал маг Вася. — Чтоб нож не тупился!

Я грустно на него посмотрел. Нет, ну, с кем приходится служить! Вытерев ножик, хотел сначала убрать в карман платок, однако его половинка отчего-то упала на пол.

Парни проследили глазами за полётом лоскутка, и Паша спросил:

— А ты ножик давно точил?

— Давно, — сказал я.

— У тебя есть ненужная бумага? — уточнил Саня.

Я открыл ящик стола и сразу нашёл исписанный лист. Держа его в левой руке, попробовал лезвие. Лоскуты любой ширины легко отделялись от листа.

— Можешь больше не точить, — проговорил маг Вася. — Всё работает.

Я смущённо спрятал нож в ножны. Молчание прервал капитан Дымов:

— А тут собрались маги батальона?

— Угу, — сказал я.

— Тогда я за вами, — радостно проговорил Лёша. — Все идут со мной смотреть подземелье.

* * *

Гулять запланировали до утра, капитан позволил собрать в вещмешки перекусить. Автомобили все отдали, пошли к Тимофею Александровичу пешком. Серёга перестал быть водителем, однако пошёл со мной.

Одна половина новеньких отправились по вчерашним маршрутам с капитаном, другая с Тимофеем Александровичем знакомились со следующими галереями.

Всё чаще приходилось проходить по тоннелям канализации в жиже по щиколотку, выручали сапоги. Жутко воняло. И я повторял себе, что здесь ничего не надо ронять, потом не найду.

В прочем всё стало ясно даже водителю Серёге. Капитан не напрасно позвал под землю только магов. Мы станем проводниками и командирами штурмовых групп. Мага труднее убить, и в неожиданном столкновении или в нападении из-под земли магия особенно эффективна.

Ну, а что все маги танкисты, можно считать осложнением. А я понял, что как танкисты мы нужны будем лишь в боях на окраинах, в каменном городе маневренные танковые бои закончатся, и мы спустимся в галереи.

Утром простились пока с капитаном и Тимофеем Александровичем и притопали в казарму. Сначала вымыли сапоги, далее по распорядку. Спали в танках по местам.

Ближе к обеду Дымов по рации приказал батальону идти встречать свои отходящие части. Первая рота со мной идёт севернее, а вторая и третья южнее. Оно в принципе правильно, северное направление нам известно хуже, там нужен командир, а количество танков в этом случае большой роли не играет.

Неприятель препятствовал пехоте отходить формально, а, получив от нас в зубы, отнёсся ещё формальнее. Европейцам ведь не приказывали уничтожить группировку русских. Им велели занять позиции и выйти на соединение с окружёнными дивизиями.

Русские это хорошо понимали, тем более им опять не прислали подкреплений. Трое суток подряд! Некому стало отбиваться, а погибнуть по чьей-то дурости они ещё успеют.

Кольцо вокруг города замкнулось. Правда, ближе всего европеец подошёл с западной стороны. С севера, востока и юга противник высокой активности не демонстрировал.

Во-первых, из-за логистики, слишком далеко идти вокруг осажденного города. Во-вторых, они готовились к возможным ударам русских с востока. Если честно, европеец сам не совсем понимал, отчего войска Гардарики ещё не прорвали фронт и не деблокировали город. А, в-третьих, у русских в городе ещё есть танки, и лезть под их выстрелы без приказа европейцам не хотелось.

Зато с запада противник накапливал силы. Подходили пехотные части, и по ним без продыха лупили трофейные полевые пушки от здания паровозного депо. В ответ по ним стрелять не пытались.

В небе над нами постоянно шли яростные воздушные схватки, и наши артиллеристы