Обслуживание избирателей - Джон Скальци

— Плюс уголовное преступление за обращение с инопланетным животным, — напомнила я ему.

— Это тоже, — согласился Дженсен. — Так что каждый из них отвечает примерно по сотне обвинений, для начала. Если они не умны, они заговорят, чтобы спасти свою шкуру. Если они очень умны, они будут молчать и платить за адвокатов. Будем надеяться, что они не настолько умны.

— Ты поговорил с кем-нибудь об инопланетных экскрементах в канализации?

— Я говорил со своим другом в городском Департаменте водоснабжения и канализации вчера. Он сказал, что поднимет это на ежедневном совещании, но не думает, что это то, о чем они будут беспокоиться. Он сказал, что они уже работают над проблемами канализации в Третьем округе, и у них уже есть теория насчет них.

— Какая?

— Жироберги.

— Жиро-что?

— Жироберги, — повторил Дженсен. — Люди выливают жир в раковины и смывают влажные салфетки в туалеты и тому подобное. Делай это достаточно, и все накапливается и начинает забивать стоки и трубы, вызывая всевозможные головные боли.

— В Париже нет жиробергов, — сказала я.

— Неправда, — сказал Дженсен. — Они, по-видимому, есть в любой крупной канализационной системе.

— Не порть мне Париж, — предупредила я Дженсена.

— Прости. Также мой приятель говорит, что Третий округ — местная столица жиробергов, потому что ему приходится обрабатывать канализационные нужды десятков различных видов, каждый со своими, эээ, конечными продуктами и способами их утилизации. Мне сказали, что твой начальник проведет пресс-конференцию по этому поводу в начале следующей недели. Они собираются провести обследование в ближайшие пару месяцев, чтобы выяснить, что именно засоряет систему. Так что все придется подождать до тех пор.

— У меня неоднозначные чувства по поводу того, что я узнаю эту действительно уместную информацию от Департамента контроля за животными.

— Понимаю, — сказал Дженсен. — И тем не менее, вот мы здесь.

— Значит, ни твой приятель, ни Департамент водоснабжения и канализации не беспокоятся об экскрементах мундагов.

— Он сказал: «Чем они функционально отличаются от экскрементов любого другого инопланетянина?» Что является разумным вопросом.

И это был разумный вопрос. До следующего дня, во всяком случае.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

— ОНИ ЗАБРАЛИ КЛАРКУОРД! — рыдала Генриетта Данлоп, ворвавшись в офис и пытаясь пройти мимо Оуигин ко мне. Когда это с треском провалилось, она крикнула мне из-за стойки. — Они забрали Кларкуорд! — сказала она сквозь рыдания.

— Все в порядке, — сказала я Оуигин, которая пропустила Генриетту. Та плюхнулась на свободный стул, который Лор поспешно освободила, и пару минут гипервентилировала.

— Я принесу ей воды, — сказала Лор и умчалась быстрее, чем я когда-либо видела.

— Ладно, — сказала я Генриетте и дала ей чашку воды, которую принесла Лор. Она пила ее между рыданиями и в конце концов успокоилась.

— Что случилось с Кларкуорд? — спросила я, когда она была готова.

— Они забрали ее, — сказала Генриетта.

— Кто забрал?

— Ты же знаешь! Они.

Я решила пойти другим путем. — Где вы были, когда забрали Кларкуорд?

— Мы были на Семнадцатой, ждали автобус 71, — сказала Генриетта, что, как я подозревала, было самым близким к признанию, что она и ее курица разводят аферу с автобусной системой. — Кларкуорд клевала кукурузную чипсу в сточной канаве, а я посмотрела вниз по улице, не видно ли автобуса, и тогда я услышала тихое кудахтанье, а когда оглянулась, Кларкуорд исчезла.

— Может, курица перешла дорогу, — сказала Лор.

Я посмотрела на нее, чтобы сказать «не сейчас», но Генриетта ответила на комментарий. — Кларкуорд никогда бы этого не сделала. Я приучила ее оставаться рядом со мной. Когда я бросаю ее под автобус, — тут она посмотрела прямо на меня, — она знает, как избежать травм, и знает, что нужно сразу возвращаться ко мне. Она не уйдет. Они забрали ее.

— Генриетта, — сказала я. — Ты же понимаешь, что только что призналась, что пытаешься развести город с помощью курицы.

— Очевидно, — ответила она.

— Так зачем ты пришла ко мне и призналась в этом?

— Потому что мне сейчас плевать на аферу, мне важна моя птица! — сказала Генриетта. — И потому что я не знаю, кому еще сказать.

— Ты могла сказать копу, — сказала я.

Генриетта бросила на меня взгляд.

— Да, ладно, глупый комментарий с моей стороны.

— Вы можете мне помочь? — спросила Генриетта.

Я внезапно осознала, что все в