Огни Эйнара. (не)настоящая - Магда Макушева

— Зачем? — спросила я, когда она потребовала прогулку.

— Тебе разве не любопытно, как здесь всё устроено? — искренне удивилась девочка.

— Нет, — честно ответила я.

Мисси нахмурилась, помолчала, а затем выдала так, словно просто констатировала факт:

— Ты скучная.

Простая вроде бы фраза, детская и банальная, а меня сказанное будто ударило под дых.

"Ты скучная и черствая" — именно так закончилась моя последняя попытка наладить личную жизнь. И нет, я не жила все эти годы в добровольном одиночестве. Я пробовала. Просто каждый раз упиралась в один и тот же вывод со стороны потенциального: со мной сложно, я неудобная, негибкая, закрытая и контролирующая.

"Ты мне не доверяешь. Я так не могу", — бросил мне на прощание все тот же партнер.

Хотелось сказать ему тогда: "Я чем ты заслужил мое доверие?".

Да и верданский ящер с ними, теми, чьих лиц я даже уже не помнила, но от ребёнка слышать подобное оказалось неожиданно больно.

— Идём, маленькая манипуляторша, — буркнула я, направляясь к выходу, но уже у двери остановилась и развернулась. — И если хочешь, чтобы мы с тобой подружились, не нужно…

И прикусила язык, осознавая, что девочка своими словами не хотела меня оскорбить или обидить. Да и вынудить к действию, возможно, тоже не хотела, выдав обычную реакцию обычного ребенка.

Или хотела?

Ох, как же все это сложно...

Мы вышли в широкий белый коридор, залитый приглушённой холодной иллюминацией, по обе стороны которого тянулись одинаковые створки кают эконом-класса.

Без напоминаний Мисси ухватилась за мою ладонь, а затем, немного подумав, уверенно потянула меня влево, туда, где коридор выходил в просторный общий холл.

Я вспомнила слова стюарда при посадке: правый коридор — жилой сектор, левый — общая зона.

— Куда ты хочешь пойти? — спросила я, машинально сжимая ее пальцы в ответ. — В столовую, в тренировочную зону, в игровую?

— В столовую, — ответила Мисси, внимательно оглядываясь по сторонам. — Сейчас как раз время завтрака.

Ответ был слишком… взрослым, к чему мне, впрочем, уже пора было бы привыкнуть. Ни намёка на интерес к игровой зоне, ни капли детского любопытства, только собственная логика, которую я порой тоже не могу просчитать.

Я вздохнула и последовала за девочкой в нужную сторону, понимая, что первый выход в большой мир может стать для нас обеих тем еще испытанием.

Глава 11: Столовая

Межпланетный пассажирский паром "Фирос-Эйнар"

Майя Бриг

После тесноты каюты общий отсек казался не просто огромным, а по-настоящему необъятным.

Высокий потолок растворялся в мягком свете, льющемся из встроенных панелей, а стены были оформлены динамическими гало-полотнами, транслирующими виды Грола: бескрайний океан, сияющий под яркими лучами солнечной звезды, узкие полосы песчаных пляжей, покрытые растительностью светлые здания единственного на планете города над толщей воды, Гролариса.

Изображения медленно сменялись медленно, сопровождаясь тихой музыкой и словно подстраиваясь под расслабленное настроение пассажиров.

Гул голосов был плотным и многослойным. Смех, разговоры, детские выкрики, звон посуды, шорохи шагов — всё это сливалось в единый давящий, но не агрессивный фон.

Столовая оказалась заполнена почти полностью. Гости парома сидели близко друг к другу, иногда задевая соседей локтями, переговариваясь через столы, делясь впечатлениями и планами на предстоящий отдых.

Почти все они летели на Грол.

Я замедлила шаг и сильнее сжала ладонь Мисси. Пальцы девочки напряглись в ответ, плечи слегка приподнялись, а взгляд стал внимательным и сосредоточенным.

Она не пряталась и не прижималась ко мне, но выглядела не расслабленной, а скорее, собранной, как маленький боец перед важным поединком. Будто Мисси сама назначила подобное испытание и теперь убеждала себя пройти его до конца.

— Слишком шумно? — спросила я малышку, наклоняясь к ней.

— Уровень звукового фона повышен, — ответила Мисси после короткой паузы. — Но предсказуем.

"Предсказуем". Не то описание происходящего, которое ожидаешь услышать из уст пятилетнего ребенка.

— Если станет плохо — скажи, — произнесла я. — Или просто сожми мою руку.

Малышка кивнула, как если бы зафиксирова в голове выданную ей инструкцию. И я бы, наверное, не удивилась, если бы девочка дополнила этот жест привычным и буквально вбитым мне в подкорку: "Так точно!".

Мы двинулись дальше, лавируя между столами. Я ощущала на себе мимолётные взгляды окружающих, но не чувствовала от них особого интереса, что не могло не радовать.

Видимо, мы действительно со стороны казались просто матерью с ребенком, а не бывшей женщиной-солдатом с девочкой, которую та знает от силы несколько дней.

Чем ближе мы подходили к зоне раздачи, тем сильнее ощущалось общее возбуждение. Разумные переговаривались о курорте, спорили о маршрутах, бронировали экскурсии прямо через браслеты, смеялись. Уже через несколько суток бо́льшая часть пассажиров покинет паром, и дальше, до Данара, а потом и Эйнара, корабль полетит почти пустым.

Грол…

Откуда-то из глубины памяти поднялось смутное, щемящее чувство, почти лишённое образов.

Я была там. Отдыхала вместе с семьей когда-то очень давно.

Мне было не больше восьми лет.

Родители еще живы.

Мы играем у берега, заходя в воду по колено...

Аромат океана, солёный и свежий...

Смех матери, звонкий, искренний...

Прохладные брызги на моей темной от загара коже...

Сильные руки отца, поднимающие меня над накатывающей на берег волной...

Вот и всё.

Ни одного цельного воспоминания.

Я вдруг поймала себя на вопросе: почему за все годы службы, увольнительных, коротких отпусков я ни разу не вернулась на Грол?

Наверное, потому, что в космическом кадетском корпусе из нас выбивали не только страх и слабость, но и всё тёплое, нерациональное... лишнее, выжигая его из сердца и разума дисциплиной, режимом, муштрой.

Приучали терпеть боль и лишения. Отучали плакать и жаловаться. Воспоминания не запрещали, просто делали ненужными, создавая их нас машин для боя, элиту военных сил Содружества.

Зачем машине эмоции, прошлое, чувства? Они будут только мешать.

А потом воспоминания о доме и родителях исчезали сами, естественно и неотвратимо. Стали лишь эхом, далеким миражом, фантазией, которой будто бы никогда и не существовало в моей реальности.

Пальцы Мисси снова напряглись, а тело слегка сместилось ближе ко мне, почти незаметно, но осознанно. Девочка не пряталась, но я чувствовала, как она ищет укрытие. Опору, которую