Фантастика 2026-47 - Алексей Анатольевич Евтушенко

— Ты думаешь, это началось здесь? — спросила Анна.

— Не знаю. Возможно, из посёлка. Возможно, дальше. Но животные — это серьёзно, — ответил Демьян.

— Ты веришь, что они могли заразиться от солдат? — уточнила она.

— Нет, — он сильнее сжал руль. — Скорее наоборот.

Грузовик качнуло на яме, кузов громыхнул. Из-под колёс вылетела грязь с крошками льда. Шофёр, хмурый и ссутуленный, курил молча, не вмешиваясь. Иногда он поглядывал в зеркало, но вопросов не задавал.

Дорога пошла вниз, под уклон. На обочине виднелась яма с корягами и мёртвым стволом дерева, похожим на вывихнутый палец. Дальше тянулись заборы, а затем показались дома. Посёлок.

Первые постройки были серыми, деревянными, с облезшей краской. В одном из окон вместо стекла был картон. Слева выстроились лавки: доски, ящики, поддоны. Люди в ватниках и рваных шарфах торговали рыбой, банками с соленьями и мясом на крючьях. Пахло керосином и дымом.

Демьян чуть приоткрыл окно. В лицо хлынул холодный воздух.

— Ты видишь это? — спросил он.

— Да, — ответила Анна. — Они будто не живые. Словно прячутся.

— Или боятся, — добавил Демьян.

Он посмотрел на солдат у угла рынка. Их было двое. Один курил, другой просто стоял с автоматом наперевес. Взгляд скользнул по кабине, задержался, но без реакции.

Шофёр затормозил у старой электроподстанции.

— Дальше сами, — сказал он, сплюнув в сторону.

— Спасибо, — ответил Демьян.

Они с Анной вышли. Асфальт под ногами трескался и был скользким. Туман сгущался у земли.

— Куда теперь? — прошептала Анна.

— К задним дворам. Там, где сараи. Мне сказали, что это возле канавы, за свалкой, — ответил Демьян.

Мимо прошёл мужчина с тележкой, подозрительно взглянул на них, но ничего не сказал. Где-то в тумане залаяла собака. Керосиновая лампа у одного прилавка горела тусклым жёлтым светом.

Свалка находилась за забором с проволокой, но часть забора уже обвалилась. Они перелезли тихо, стараясь не шуметь. Под ногами хрустели мокрые доски, стекло и ржавое железо. За сараями журчала талая вода. Пахло гнилью и чем-то металлическим.

— Там, — Анна указала вперёд. — Вон.

В канаве лежало тело. Собака. Большая, серая, вся в грязи. Но даже сквозь грязь было видно, что что-то не так.

— Подожди, не трогай, — Демьян достал резиновые перчатки из кармана и натянул их. Он присел.

Он раздвинул шерсть у шеи, затем у лапы, потом поднял веко.

— Господи, — Анна отступила назад. — Что это?

— Язвы. Капилляры будто раздуты. Словно под давлением, — сказал Демьян.

— Это инфекция? — спросила она.

— Это не похоже ни на что. Ни на бешенство, ни на сибирскую язву. Ни на что стандартное, — ответил он.

— Ты думаешь, это то же, что у солдат? — уточнила Анна.

— Симптомы похожи. Включая внутренние кровоизлияния. Реакция иммунитета неадекватная. Поражение мелких сосудов, — он запнулся. — Как будто организм атакует сам себя.

— Мутация? — предположила Анна.

— Неестественная. Это не спонтанно. Понимаешь? Это либо лабораторное, либо, — он замялся.

— Либо что? — спросила она.

— Либо принесённое. Извне, — закончил Демьян.

Он выпрямился и потряс головой.

— Это не природное. Это что-то созданное, — сказал он.

— То есть кто-то это сделал? Намеренно? — уточнила Анна.

— Или привёз, — ответил он.

Они замолчали.

— Что будем делать? — спросила она.

— Я должен взять образцы. Вернуться в лабораторию. Но аккуратно. Ни слова лишнего. Ни шага в сторону. Если они узнают, — начал Демьян.

— Я с тобой, — перебила Анна.

— Анна, нет. Если тебя задержат, скажешь, что не знала. Просто поехала со мной. Поняла? — сказал он.

— Нет. Я не брошу тебя одного. Ты сам говорил, что это уже не просто вирус. Это след, — возразила она.

Он посмотрел на неё.

— Ты понимаешь, что, если это подтвердится, мы уже не просто врачи. Мы свидетели, — сказал он.

— Лучше быть свидетелем, чем слепым, — ответила Анна.

Она коротко сжала его руку. Без слов.

За спиной снова залаяла собака. Затем щёлкнуло что-то металлическое. Далеко. Или совсем рядом.

Демьян вздрогнул.

— Пошли. Быстро. Пока не поздно, — сказал он.

Ржавые ворота закрылись за ними с глухим лязгом. Воздух внутри был влажным и тяжёлым, пахло старым деревом, плесенью и чем-то химическим, словно открыли старую консервную банку, но не до конца. Над головой качалась лампочка на проводе, её слабый дрожащий свет не доставал до дальних углов склада.

— Здесь жутко, — Анна остановилась рядом, пальцы сжали карман халата, голос был почти шёпотом. — Это не похоже на обычный склад.

— Это и не обычный склад, — Демьян шагнул вперёд, глаза привыкали к полутьме. — Смотри.

Ряды ящиков, деревянных и металлических, тянулись вглубь. На некоторых были обычные штампы: «сухпай», «медицинский», «учебный». На других — чёрные ленты поверх серой краски и надписи «СЕКРЕТНО» с выцветшими цифрами.

— Что мы ищем? — спросила Анна.

— Оно само найдётся. Если это не бред, — ответил Демьян.

— Ты про что? — уточнила она.

— Про Михаила, — сказал он.

Он двинулся вдоль ряда, касаясь пальцами поверхности ящиков — пыль оседала на кожу. Где-то в глубине послышался металлический скрежет, будто железо двигалось по бетону. Анна дёрнулась.

— Ты слышал? — спросила она.

— Соседний ангар, наверное. Или труба гудит. Не отставай, — ответил Демьян.

В конце третьего ряда стоял низкий металлический контейнер. Он выглядел новым по сравнению с остальными. Серая краска не облезла. Пломбы. И главное — маркировка.

— Стой, — Демьян присел и приблизился к углу. — Это не, — он выругался.

— Что? — спросила Анна.

Он выпрямился медленно, словно боялся, что контейнер оживёт.

— Это мой код. Я его знаю. Это маркировка нашей лаборатории. «Т-V-2403/B-K». Это идентификатор проекта. Биоконтейнер. Но он из 2025 года. Его не должно здесь быть. Вообще, — сказал он.

— Ты уверен? — спросила Анна.

— Абсолютно. Этого не могло быть, — ответил он.

— Может, совпадение? — предположила она.

— Нет. Видишь? Это синтаксис будущего. У них нет тире перед слешем. Это не их кодировка. Это наша. Сингапур. Я сам ставил её на документах. Это, — он замялся, — это Михаил. Это его работа.

Анна быстро переглянулась с ним, растерянно. Затем