Атланты 1-9 - Дмитрий Владимирович Колосов

— Вы упрямые ослы! — не выдержав, заорал Гиптий. — Вы безмозглые идиоты! Вы…

Слова его перекрыл лязг оружия. Совершенно не желая того, Гиптий оскорбил Бога и теперь должен был поплатиться за это. Толпа жрецов бросилась на атланта и тут же отхлынула назад, словно встретив невидимую стену. Двое служителей Сета остались лежать на каменной зелени пола. Омту процедил сквозь стиснутые зубы:

— Ты говорил, что пришел сюда с миром, жрец Солнца. Твой «мир» дорого обошелся нам. Четверо наших братьев уже не увидят прихода великого Бога. Мы отвергаем твои предложения. Ты вправе решить сам, как поступить с братьями, схваченными номархом Келастисом. А теперь покинь наш храм. Нам не о чем больше разговаривать с тобой. — Омту обернулся к жрецам. — Где проводник?

— Ждет у входа, — расцепил зубы один из жрецов, судорожно комкая рукоять кинжала.

— Выведите слугу Осириса из храма. И дайте ему факел. Пусть уйдет с миром.

Но мира не было. Мира не удалось достичь. Снова будут страх и кровь. Солнце будет бороться с мраком. Гиптий процедил:

— Глупцы, объединив наши силы, мы могли бы править миром. Будущее проклянет вас!

— Будущее?! — воскликнул Омту и зашептал. Тихо и скользко, словно ползущая по лабиринту змея: — Ты знаешь будущее? Хочешь, я покажу тебе будущее? Это во власти жрецов Сета.

— Попробуй! — криво усмехнулся Гиптий.

— Так смотри!

Омту разжал кулак, из него вырвался прозрачный зеленый луч, ударившийся в стену над головой атланта и отраженный назад. Пронзая пространство во всех направлениях, луч концентрировал свою сверхъестественную энергию в центре подземной залы — между Гиптием и жрецами. Острые края его оплывали желеобразным туманом, стягивающимся к центру. Внутри стремительно растущего осязаемого облака вихрились течения со смутными, становящимися все более и более отчетливыми фигурами.

— Смотри! — внезапно закричал Омту, и Гиптий увидел.

Пред ним предстал великий Город Солнца. Обожженный, со стекающей со стен краской великолепия. На улицах его бесновались оборванные, окровавленные, безобразные люди. Рушились стены, разевались в безмолвном крике рты насилуемых женщин, корчились в пламени пожаров детские фигурки.

— Смотри!

Гиптий видел, как на стены величественного Дворца Разума лезут тысячи обезумевших от ярости боя людей, как скрещиваются мечи, с треском лопаются головы, потоками хлещет кровь.

— Смотри!

Гиптий увидел массивную фигуру руководящего обороной Дворца Командора.

— Это дело рук вашего хозяина, шедшего вместе с вами и ведшего вас к погибели. Он ускользнет, а вы исчезнете, как будто вас никогда и не было! Смотри!

Облако растворилось, затем в нем появилось другое изображение — Кеельсее, шепчущий в микрофон какие-то слова.

— Смотри! Ваша гибель — дело и его рук, затеявших кровавую игру. Он думает выйти из нее победителем и завладеть миром, но это ему не удастся.

— Смотри!

В клубящемся экране появилось изображение декатера и копошащегося рядом с ним Зрунда.

— Смотри! Сейчас он уничтожит эту дьявольскую машину, а через мгновение его кинжал вонзится в сердце властолюбца Келастиса!

— Смотри!

Облако-прорицатель вдруг распалось яркой вспышкой.

Гиптий невольно зажмурился. Когда он открыл глаза, облака не было. Перед ним стояли лишь жрецы Сета. Омту смотрел на атланта. Глаза его светились.

— Иди, — сказал он. — Ты видел все. Дальнее Будущее не предназначено для твоего убогого Разума. Иди! И не возвращайся, а иначе…

— Я уйду! — воскликнул Гиптий. — Но знайте, я еще вернусь сюда с воинами, и стены мрака рухнут под ударами наших мечей!

Омту блекло улыбнулся.

— Пещеры Сета ждут тебя, жрец Осириса. Они сожрут тебя и твоих воинов. Наши мечи остудят горячие головы, а затем вас убьет страх подземелий.

Один из жрецов принес ярко пылающий факел.

— Вот твой факел, Гиптий. И я желаю тебе большого мужества, чтобы увидеть солнце.

Атлант взял протянутый ему факел, жрецы сомкнулись вокруг него и вытеснили за дверь. Заскрипели блоки, многотонная плита мягко въехала на свое место. Вне себя от бешенства, Гиптий ударил факелом в стену и завопил в никуда:

— Глаза ночного Бога горят в темноте, но, клянусь, они потухнут, когда я вытащу их на Солнце!

Он бил кулаком в стену до тех пор, пока не почувствовал, как горят разбитые фаланги пальцев. Тогда он опустил руки и, сгорбясь, повернулся к проводнику. Тот стоял рядом. На смуглой физиономии его не отражалось никаких эмоций. Проводник равнодушно осведомился:

— Ты жив? Тогда пойдем. И побыстрее. Путь к солнцу куда длиннее пути вниз.

И снова тишина окутала их. Лишь мерные шаги и потрескивание факела.

* * *

Тем временем в Святилище Омту отбивался от наседавших на него жрецов. Покорно, но настойчиво они требовали от него:

— Жрец Осириса проник во все наши тайны.

— Жрец Осириса видел карту Сета.

— Жрец Осириса убил слуг Сета.

— Он оскорбил Бога!

— Он оскорбил нас!

— Он оскорбил нас трижды!

— Убей его!

— Убей!!!

Первый помощник верховного жреца сладко нашептывал на ухо:

— Мы настигнем его в темноте. Мрак сожрет его червивое тело.

Назревал бунт, и Омту сдался.

— Хорошо. Пусть он умрет. Только дайте ему увидеть солнечный свет. Я не могу нарушить своей клятвы — он должен умереть лишь на земле. Идите и исполните волю Бога! Но помните, только на земле!

* * *

Факел начинал чадить. Лабиринт петлял, то вел вверх, то заставлял спускаться вниз.

— Ты не сбился с пути? — спросил Гиптий проводника. Тот, устав, видимо, повторять свое излюбленное «страх», прошептал:

— Нет, я знаю дорогу.

— Почему ты говоришь шепотом?

— Чудовища, — прошелестел голос проводника. — Я чувствую их. Они вышли на охоту.

— Чушь! — рассердился Гиптий и осекся. Из глубины коридора на него смотрели огромные желтые глаза.

Рука атланта нажала кнопку нейтронного маяка, пробившего сигналом тревоги многометровую каменную толщу.

* * *

Чудовища ночи не поддавались описанию. Они обладали когтистыми лапами, огромными клыками, зловонным дыханием — всем, что может вообразить изощренно-больная фантазия. То, что стояло сейчас пред атлантом и его спутником, трансформировало себе чешуйчатую непробиваемую шкуру, несколько щупальцев и огромные, извивающиеся присоски, чтобы насладиться горячей кровью. Оно не любило света и ждало, когда потухнет факел. А люди ждали, застыв в страхе.

Чудовище вздохнуло и облизало все четыре губы сразу.

* * *

— Они наткнулись на демона мрака, — сообщил шедший впереди жрец. Шестеро смуглых, вооруженных мечами и кинжалами людей столпились у поворота, внимательно следя за жрецом Осириса и его проводником.

— Это решает все проблемы, — заметил один из жрецов. — Пусть их убьет мрак.

— Нет, — возразил первый помощник верховного жреца. — Бог велел, чтобы жрец Осириса умер в лучах солнца. — Он посмотрел в светящиеся глаза