Фантастика 2025-185 - Дмитрий Львович Казаков

Пластина… Она всё время там и лежала – в левом нагрудном кармане моего старого камуфлированного комбеза. Как раз перед сердцем, куда её и поместила сама Амрина.

Я вертел пластину Избранника в руке. Перебирал между пальцев. Оглаживал ровные поверхности и осторожно касался отточенных режущих кромок. Внешне она была стопроцентно похожа на сюрикен.* Шести сантиметров в диаметре. Серебристая звезда с девятью волнообразно утончающимися лучами.

«…это не просто знак Избранника… быть одним целым…», – эти слова сказала мне моя любимая, когда образ её возник во мне в минуты недавнего забытья.

Я восстановил пробелы! Неужели у меня стало получаться слышать сколько-нибудь связные ответы от собственной памяти?! Успешно обращаться с запросами в подсознание… Невероятно, но тем не менее.

Припомнились её слова, к которым я отнёсся тогда легкомысленно – мало ли что скажет влюблённая девушка!

«Это не только знак Избранника, но и возможность быть одним целым, поэтому сохрани его любой ценой…»

Она не договорила, помешали шаги по ступеням крыльца. К нам шёл Упырь – я увидел его профиль в окошке – и пара человек с ним. Должно быть, Амрина не хотела, чтобы посторонние видели её подарок. Несколько чётких движений – пластинка легла на ладонь, вторая ладонь прикрыла её, прижала, резкий круговой сдвиг в противоположных направлениях – и целое распалось на две половинки. Амрина подала одну из них мне, но я не успел взять – любимая сама положила её в мой нагрудный карман и застегнула клапан.

«Это не только знак Избранника, но и возможность быть одним целым». Вот она – ключевая фраза! Но, в чём её точный смысл? Быть ЦЕЛЫМ. Что она имела в виду?

«…девятью лепестками… на повязке… чуть выше лба… слышать меня…»

Девятью лепестками… Ну, конечно же, именно девять лепестков! Не случайно. Она, помнится, что-то рассказывала мне о Девятке. По её убеждениям выходило, что на самом деле – главное число Создателя не семь, а девять. Творцу, дескать, помешали, не дали довести созданный им мир до совершенства (признаться, я так и не понял кто)… КОНЧИЛОСЬ ВРЕМЯ. Потому-то всё и оборвалось в седьмой день… Вот и пластина имеет девять огненных лепестков-протуберанцев. Как напоминание о возможном совершенстве нашего мира. А может, как возможный ключ к этому самому совершенству?! ЧУШЬ! Какая связь между этой железякой и невероятными возможностями?! Такой большой вымахал, господин подполковник, а в магические артефакты веришь!

Ну, а по существу-то как? Судя по всему, Амрина просила, настаивала, умоляла – закрепить заветную пластину на повязке, которую, в свою очередь, повязать на голову, выше лба. Ну что ж… Мне не трудно.

Вскоре пластина заняла свое место на чёрной полоске ткани. Проверив, надёжно ли она закреплена, я туго повязал импровизированный хиповый «хайратник» вокруг головы.

«А во лбу – звезда горит!» – моментально съехидничал Антил.

«Я те дам звезда горит! Царевну-лебедь нашёл. – Пресёк я все попытки несерьёзного отношения оппонента к ситуации. – Классик из тебя, Ант, как… солдат из локосианина».

Я посмотрел на себя в зеркало и скривился.

«Славянский ниндзя, блин! Представляю, о чём промолчит Серая Звезда, когда узрит… Ант, не вздумай чего ляпнуть!»

Как бы там и тут ни было: я сердцем чуял, что исполнил далеко не прихоть и не каприз моей любимой. Что-то содержалось в этой пластине такое, что стоило неоднократных мысленных трансляций, забиравших немало сил у Амрины. Эх, если бы знать, ЧТО ИМЕННО стоит за всем этим?!

«Время влюблённых и сов», – так я ещё недавно говорил своей Амри…

Увы, всё в этом мире имеет обыкновение портиться, даже времена. Поэтому, пока что, и на необозримое будущее – только время сов.

Время всматриваться в безграничную темень космоса и собственных сомнений, тараща пронзительные глаза.

По совьи?!

Именно.

Что-то было не так!

Она, отшагав километров десять-двенадцать, сделала привал. И сразу же зазмеились, зашипели мысли. Те же самые: «Зачем я его убила? Почему я не поняла ни слова? ЗАЧЕМ? ПОЧЕМУ?»

Чтобы отвлечься, Амрина достала блокнот убитого. Перелистала, внимательно впитывая записи и пытаясь хоть что-то в них понять. Потом вспомнила-просмотрела визуальные памятки: внешний вид незнакомых воинов, особенности их обмундирования, нашивки, оружие. Ещё и ещё прокрутила в себе две незнакомые фразы… Только после этого расстегнула комбинезон и достала свой мобильный терминал «Спираль».

Был как раз тот случай, когда для осознания того, что происходит вокруг, просто необходимо было его использовать.

Ещё там, на Локосе, перед самым побегом – Амрина тщательно готовила себя к «дикой» жизни. В первую очередь – на уровне базовых мысленных установок. Это было своего рода индивидуальное самокодирование на запланированное поведение. И главным в нём являлась установка на минимальное использование «Спирали». Лишь в действительно экстренном случае. Уж кто-кто, а она, будучи скуффитом, знала – любое использование мобильного терминала, подключенного к внешней планетарной энергосистеме – сразу же обозначало его местонахождение. При этом точность вычисления находилось в прямой пропорциональной зависимости от времени контакта с системой и объёма потреблённой энергии.

Конечно, возможности «Спирали», особенно для одиночки, бредущей по враждебной местности, были поистине неисчерпаемы. Например, можно было выявлять близлежащие каналы общей информационной сети, входить в них и пребывать в курсе событий. Можно было усиливать психологическое воздействие на собеседников и просто встречных. Можно было… можно… Но – была ещё одна причина «минимизации».

Она хотела доказать всему миру Локос, Космосу, отцу, Дымову, Яспэ Тывгу и ещё многим и многому, а в первую очередь СЕБЕ… что сможет. Сможет выжить. Добиться. И стать. Сможет всё это сама, собственными организмом и разумом. Пройдёт к цели без помощи всяких «костылей», предоставленных в её распоряжение высокоразвитой цивилизацией…

Ну, ПОЧТИ без.

Амрина углубилась в мнемообъём. И активировала мобильный терминал. Три минуты активной работы, и «отбой». Вряд ли за это время кто-то обратит внимание на недолгую вспышку активности. Небольшая степень риска быть обнаруженной с лихвой окупилась результатами. Всё стало на свои места!

Нельзя сказать, что она была потрясена, но… Её неприятно уколол перевод предсмертных фраз. Оказывается, убитый сказал: «Баба?! Не может быть!», и добавил: «Сука конченная!»

«А чего ты ждала? Признания в любви?» – прикусила она губу.

Оказалось, что говорил он на одном из земных языков версии начала двадцать первого века по григорианскому летоисчислению. На своём родном языке. Все трое, судя по информационной справке, полученной с помощью «Спирали», были воинами регулярного мотострелкового подразделения армии Нидерландов, страны, входившей в Североатлантический блок НАТО.

Теперь бы уложить по