"Фантастика 2026-97". Компиляция. Книги 1-35 - Ольга Кобзева

моих шагов на площадке — ужасно давно, кажется, половину жизни назад, я приезжал вечером «на ужин», выгулять пса и перехватить пару бутербродов, потом была эта безумная ночь в расселенном доме, а ведь прошло всего пятнадцать часов — бедный пес терпел все это время. Когда кобель сделал круг по пустырю под окнами моей квартиры, и я решил отвести его домой, Демон начал так жалобно скулить что я не выдержал и запихнул его на заднее сиденье «Ниссана», заставив Кро… тьфу, товарища Клюквина испуганно сжаться у противоположной двери.

— Это ваша собака? — Мариам чуть шею себе не свернула, пытаясь рассмотреть, свернувшегося на заднем диване, счастливого, кобеля.

— Да. Малыша зовут Демон.

— Демон, Демон! Фью! — но пес только вежливо стукнул по переднему сиденью хвостом, не бросившись в объятия, старательно пытающейся посвистеть, дамочке.

— А он у вас все умеет?

— Конечно. Жрать, спать и гулять он обучен.

— Ну что вы надо мной издеваетесь… — судя по всему меня хотели стукнуть по ребрам локтем, но в последний момент остановились, очевидно, еще не та у нас стадия отношений: — Я же серьезно спрашиваю.

— Да, обучен. К сожалению, след экскаватора взять не сможет, а то бы мы давно вашу технику нашли.

— А почему — не сможет? Ведь экскаватор также следы оставляет?

— Судя по приподнявшимся уголкам губ, дамочка тоже решила пошутить, но я сделал вид, что шутку не понял:

— Пес след не взял потому, что по словам свидетеля, ваш экскаватор увезли на трейлере. — абсолютно серьезно говорю я и отворачиваюсь.

Проход на территорию механизированной колонны номер семь перегораживал, провисший, металлический трос, перевязанный засаленным обрывком красной тряпки.

— Вы куда, да еще и с собакой? — из помещения сторожки, на истерический лай двух дворняг, которым категорически не понравилось появление на их территории черного альфа-самца, выскочил мужик лет шестидесяти со кружкой в руке.

Разбираться с ним я отправил Клюквина, а сам, подхватив под локоток, чуть возвышающуюся надо мной, Мариам, двинулся в дальний ряд огромной, заасфальтированной площадки, где виднелся короткий ряд разномастных экскаваторов.

— Мариам… — с девушкой за час совместной дороги мы перешли на ты: — Обратите внимание на вон тот, желтый экскаватор, с которого что-то откручивают два подозрительных товарища. Это не ваш? Так то, по описанию, похож — старый, ржавый, на резиновом ходу…

— Правда, похож на мой… — женщина на минуту остановилась, а потом бросилась вперед почти вприпрыжку. Через пару минут, когда из двухэтажного, административно- бытового корпуса, на шум, прибежало начальство, картина была следующей — вокруг желтого старого экскаватора бегала кругами, что-то зло выкрикивая, холеная женщина на каблуках и вся в топазах, которая старалась достать дамской сумкой двух, забравшихся на моторный отсек, работяг, в замасленных спецовках.

— Это что тут происходит? — впереди группы людей, быстро двигающихся от корпуса АБК, почти бежал мужчина в недорогом сером костюме, с обширной лысиной на голове, которую он старательно прятал под остатки волос, растущих по бокам головы: — Шевцов, старый пень, что смотришь? Милицию вызывай! Сторож называется — ни украсть, ни покараулить.

— А милиция уже приехала! — я с удовольствием продемонстрировал раскрытое удостоверение: — Шелепов сразу нас вызвал. А вы кто такой будете, товарищ? Первое лицо, имеющее право подписи?

— Я директор мехколонны, Зеленцов Виталий Владимирович. — с достоинством отрекомендовался «серый костюм».

— Очень печально, что в такой обстановке происходит это знакомство, уважаемый Виталий Владимирович, но вот эта гражданка уверенно утверждает, что этот экскаватор, который разукомплектовывают ваши подчиненные, на самом деле принадлежит ее фирме — АОЗТ «Трубопровод».

— Что за чушь! — директора обвел глазами собравшихся за его спинной подчиненных, судя по всему, его «замов» и «помов»: — Фирму «Трубопровод» я знаю, мы, буквально на прошлой неделе, передали им в аренду гусеничный экскаватор «Хитачи» с машинистом, больше у нас с ними никаких взаимоотношений не было, и это чушь, что наша техника принадлежит не нам.

Чувствуя, что Мариам за такие слова сейчас переключится с работяг на директора, тем более, что на экскаватор он взобраться не сможет, я перехватил, уже шагнувшую вперед, девушка.

— Скажите, Виталий Владимирович, а документы у вас на этот экскаватор имеется?

— К сожалению, техника уже старая, мы ее уже списали и теперь разбирает на запчасти. Документы есть где-то в архиве, но искать надо не меньше недели. А у вас документы есть?

Я повернулся у «хозяйке» и она, склонив голову к моему уху, по-моему, очень громко, зашептала, что технику украли вместе с документами.

— Э-э-э… — я задумался, глядя в просветленные лица управленческой команды «механизаторов». Вдруг перед глазами пролетели какие-то кадры с оборванными стальными жилами троса крана, и солидный мужчина с скучным лицом и каким-то удостоверением и стопкой, казенного вида, бумаг в руке.

— А я правильно понимаю, что этот экскаватор должен стоять на учете в Ростехнадзоре? У них же должны быть сведенья, кому она принадлежала, до того, как вы, уважаемые, ее сняли с учета?

По потемневшему лицу Виталий Владимировича, я понял, что копаю в верном направлении.

— И еще… я обошел экскаватор с кормы: — Он же на пневматическом ходу, может сам передвигаться по улицам? Значит должен в ГАИ был регистрацию проходить. Значит так. Я выставляю здесь пост из вооруженного сотрудника уголовного розыска и служебной собаки…

Я размотал короткий поводок, обмотанный вокруг ошейника Демона и сунул его в руку ошарашенного Кролика.

— Сразу предупреждаю — кто подойдет ближе десяти метров к технике — потом не обижайтесь, что собака покусала и вам надо делать сорок уколов в живот в целях профилактики бешенства. А мы пока с заявительницей съездим в Ростехнадзор и МРЭУ ГАИ, выясним вопрос с регистрацией. Засим не прощаюсь, до окончания рабочего дня еще увидимся с многими из вас. Пойдемте, Мариам Степановна.

— Гхм… товарищ милиционер и вы… гхм, Мариам Степановна — можно с вами переговорит наедине. — директора мехколонны просто плющило от нежелания говорить с нами, но, очевидно, он не видел иного выхода.

— Мариам Степановна, видите ли в чем дело, голубушка, мы просто не хотим с вами ругаться и доказывать очевидное, тем более, что машина уже списана…

— Если вы не против, я переведу даме особо сложные технические термины. — я влез в разговор, чувствуя, что этот прожжённый, еще советской закваски, руководитель зальет тридцатилетней тетёхи уши сиропом