"Фантастика 2026-97". Компиляция. Книги 1-35 - Ольга Кобзева

– Не исключено, – ответила я, получив за это яростный взгляд недородственника и, нахально ему подмигнув, побежала по берегу прочь от этой пошлой сцены, устроенной пустышкой.

Конец вечера прошел не так волнующе и романтично. Мы гуляли по берегу вчетвером, перешучиваясь по поводу представления, устроенного Лорией. Позже Керем отвез меня домой. Стоя на подъездной дорожке, он держал меня за руку и прямо глядел в глаза:

– Син, извини за драку. Я не хотел.

– Хотел! – рассмеялась я.

– Не хотел испортить НАШ вечер, – уточнил парень.

– Извиняю! – улыбнулась я.

– Спасибо! – Керем потянулся ко мне и легко поцеловал в щеку.

– За что? – замерла от нежности, но собрав мысли в логическую кучку, все же спросила.

– За то, что с тобой так легко, – ответил парень, а потом, развернувшись, сел в машину и уехал.

Глава 24

Явуз

Отделаться от Лории оказалось не простым делом. Я уже давным-давно пожалел, что связался с ней, поддавшись желанию уколоть малолетку. Отпоить красотку шампанским и утешить добрым словом для нее оказалось недостаточным. Ей требовалась в качестве моральной компенсации близость, причем заядлая поборница морали нашего университета пыталась залезть мне в штаны, не особо смущаясь общественных мест. Отказ заняться с ней сексом в машине, магазине под камерами, общественном туалете, и в переулке за закусочной, мотивированный заботой о ее физическом состоянии и репутации, она посчитала слабой отмазкой, и была права, но все же уступила и позволила отвезти себя домой. Выгрузив в умат пьяную девицу у входной двери ее дома и позвонив в дверной звонок, я поцеловал ее в лоб и рванул на всех парах домой устраивать засаду на мелкую. Охотничий азарт гнал меня во весь опор.

Было уже достаточно поздно, когда Керем привез маленькую домой. Они недолго постояли у машины, держась за руки, потом этот выскочка поцеловал ее в щеку и уехал, а она еще некоторое время стояла на улице и, улыбаясь, смотрела вслед уехавшей машине. В моей груди клокотала злость. Как он посмел до нее дотрагиваться! Как она посмела так поздно разгуливать без присмотра! И тут Син, словно очнувшись, резко перевела взгляд на меня. Ее зеленые, пронзительные глаза смотрели мне прямо в сердце и укоряли меня в моей неправоте. Да, когда я вижу их с Керемом вместе, я теряю контроль, и поговорить с ней так и не удается. Мелкая права, она мне не сестра, и я не имею права навязывать ей свою заботу. Она мне не сестра. Как ни странно, но меня этот факт больше радовал, чем огорчал. ОНА МНЕ НЕ СЕСТРА!!! Я вновь посмотрел в окно, маленькой там уже не было. Что ж, пришло время начать мирные переговоры, хотя мы с ребятами потихоньку стали привыкать к розовой гамме нашей одежды и моих апартаментов. Я вышел из своих комнат и направился к Син.

Мелкая обнаружилась у себя в комнатах. В ванной шумела вода, и я решил подождать в гостиной. Ее апартаменты отличались аскетичностью и логичностью. Несмотря на ее желание перекрасить все и всех вокруг меня в розовый цвет, ни одного розового предмета я не обнаружил. У нее вообще было мало личных вещей, комната выглядела так, будто в ней никто не живет. Все предметы мебели стояли на своих местах: стулья задвинуты к столу, покрывала на диванах и креслах натянуты, занавески расправлены аккуратными одинаковыми волнами. Лишь на столе лежала старая потрепанная книга. Это оказалось раритетное издание императорской библиотеки, единственный экземпляр в стране «Волны, потоки, их влияние на восстановление жизненного источника».

– Удивлен моему чтиву на ночь? Могу одолжить, когда закончу, – голос мелкой звенел сарказмом.

– Нет, спасибо. Я предпочитаю что-нибудь более устрашающее, – пытался я отшутиться.

– Пытки, новые методики ведения допроса? – язвила малолетка.

Я повернулся к девчонке, чтобы ответить на шутку и замер. Она стояла мокрая, босая, обернув свое гибкое тело в махровое полотенце.

– Не часто ли ты сегодня предстаешь передо мной в обнаженном виде?

– Не часто ли ты врываешься сегодня ко мне без стука и разрешения? – тут же отбрила меня мелкая.

Син, абсолютно не смущаясь, подошла ко мне и, закрыв книгу, аккуратно вложила ее в чехол и бережно убрала в книжный шкаф за стекло.

– Что привело тебя ко мне и без группы поддержки? – не стесняясь своего облачения, спросила мелкая.

– А мне есть чего опасаться? – насмешливо спросил я.

На мой вопрос Син лишь пожала плечами, отчего полотенце слегка сползло вниз. Оно сползло буквально на полсантиметра, но осознание этого возбудило мое, скажем так, воображение, отчего в штанах стало тесно.

– Может, ты оденешься? – просипел я.

– Зачем? – логика девчонки манила.

– Чтобы поговорить, – собрался с мыслями я.

– Я не хочу, – она не капризничала, просто озвучила свое решение.

– Почему? – я даже растерялся от такой откровенности.

Мелкая, не торопясь, подошла по мне и, обойдя меня кругом, громко втянула носом воздух, при этом ее ноздри трепетали, а глаза были слегка закрыты. Я стоял как вкопанный, боясь пошевелиться и, не отрывая глаз от маленькой полуобнаженной феи, впитывал ее образ, который, казалось, навсегда впечатался в мою память. От нее пахло полевыми цветами, капли воды падали на хрупкие плечи с мокрых волос. Бледная кожа светилась, и хотелось наклониться к ней, и, так же, как и маленькая, глубоко втянуть носом ее чудесный запах.

– От тебя воняет этой пустоголовой блондинкой с гипертрофированной самооценкой, – мелкая брезгливо сморщила нос и отошла от меня на два шага. – Поэтому я не расположена с тобой сегодня вести светские беседы.

Ответ мелкой не удивил меня, он меня шокировал. От меня воняет Лорией? Как она могла это почувствовать? Но я собрался и продолжил настаивать.

– Хорошо, тогда я скажу, что хотел и уйду, – четко проговорил я.

На это Син лишь вновь пожала плечами, отчего полотенце еще сползло вниз на полсантиметра. Говорить становилось все сложнее.

– Я пришел извиниться. У меня было время подумать, и ты умеешь мотивировать людей на активацию мозговой деятельности, – говоря это, я обеими руками взял майку на груди, намекая на ее розовый цвет, – ты права, в тот момент, когда я говорил тебе обидные слова о твоей семье, я хотел тебя обидеть, и у меня это получилось. Твой педагогический талант доходчиво убедил меня, что терять родных – это больно и насмехаться над этим нельзя. А мои намеки на корыстность абсолютно беспочвенны. Знаю, главная лекарка военного госпиталя – это безмерное уважение со стороны