"Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 - Анна Чернышева

- Надеюсь, там говорится, что я сражался, как лев? - с интересом уточнил я.

- Смеешься? Там даже запись с камеры наблюдения фигурирует, - сказал Иваныч, возвращаясь за кассу.

- Иваныч, тут такое дело, мне сейчас мокрое дело шьют, и, вероятно, пока не закончится следствие, вряд ли позволят работать. Поэтому, если не возражаешь, сегодня я поеду домой.

- Да понимаю я все, лечись, поправляй здоровье, - сказал Иваныч. - Будем думать, шеф тебя в беде не бросит и поможет с адвокатом, ты же ничего не делал, а пули не делают тебя убийцей, просто то, что их нашли не там, где нужно, вот это осложняет дело.

- Тут я с тобой полностью согласен, но следователь, увы, не верит в совпадения, у него работа такая, сомневаться, - ответил я напарнику.

Я прошел мимо Иваныча в подсобку и забрал барсетку с документами.

- Ладно, поеду домой, надо продуктов купить и восстанавливать силы. Буду лежать, и читать книги, смотреть телевизор и набираться сил.

- Давай отдыхай, только вот я бы на твоем месте в церковь заехал и хотя бы свечку поставил. Тебя же явно ангел-хранитель спас, мужик же едва тебе горло не перехватил, - сказал Иваныч.

- Сам знаешь, я к церкви не очень отношусь, - пожал я плечами.

- Ну, отношение - дело такое, а лучше съезди, от тебя не убудет, - напарник хмыкнул и пошел куда-то в подсобку.

- Через минуту он вернулся, уже накинув себе на плечи куртку.

- Ладно, Иваныч, спасибо за совет, если что - я на связи. Звони, если что-то прояснится по этому психу.

- Да чего прояснится? Его когда осматривали, нашли у него на груди колотую рану, как от кинжала, непонятно, как он вообще двигался.

- Мистика, не иначе, - хмыкнул я.

- Тоже думаю, что тут замешана мистика, потому как с такими ранами обычно живут пять-десять минут, а он тут прыгал, как заведенный, - кивнул на мое замечание напарник.

- Ладно, пойду к машине, пока от снега очищу, прогрею, а то еще куча дел.

- Ну, пока ты будешь валяться на своем больничном, мы еще человека в смену поищем, а то одному без выходных мне будет тяжко, - сказал напарник после секундного размышления.

- Может, из Липецка кого-то пришлют? - предположил я.

Мы вышли на порог, и пока я очищал машину от снега, напарник курил. Выбросил окурок в урну и махнул рукой, подзывая к себе.

- На твоем месте, я бы перепрятал все твои находки, следователя очень интересовало это твое увлечение, поэтому лучше будет, если ты спрячешь свое добро в моем гараже, ключи от гаража я уже кинул в твою барсетку, - тихо сказал напарник.

- Ну а если решат и его обыскать? - спросил я.

- Не станут, а если что, перепрячем так, что с собаками не найдут.

- Поживем - увидим, рано еще панику наводить, но барахло я спрячу, а то, мало ли, - сказал я напарнику.

- Добро, - сказал он, и, пожав мне руку, вернулся в здание

Я же открыл деверь, вставил ключ в замок зажигания и повернул. Машина, не смотря на мороз, завелась с полуоборота. Включил обдув лобового стекла холодным воздухом, и принялся ждать, пока двигатель прогреется. Может, прав Иваныч, и нужно съездить в церковь? Все же, я крещеный, а значит, нужно поблагодарить ангела-хранителя за чудесное спасение. Хотя, шкуру мне знатно попортили, видимо, мой ангел в этот момент знатно налажал.

Выбросив из головы тревожные мысли, я немного расслабился. Через пару минут я включил заднюю передачу и выехал из сугроба. Я проехал метров двести, до перекрестка улиц Пушкарской и Ани Гайтеровой. Остановился перед знаком «уступи дорогу». Осмотрелся по сторонам, а затем повернул направо. Дорогу в нашем городе чистили зимой достаточно регулярно, обычно в день выборов или иных мероприятий, все остальное время дорогу просто накатывали десятки машин. Надо сказать, что, не смотря на то, что Елец город провинциальный и маленький, машин в нем предостаточно, а манера езды местных водителей просто восхищала: повернуть направо с левым поворотом, езда в оба направления по односторонней улице, это у нас в городе обычное явление. В России на дорогах нужно смотреть не только по сторонам, но еще на небо.

Наконец, я выехал на площадь Героев и, миновав ее, подъехал к мосту.

Небольшой затор из-за металлической сливной решетки был обычным делом.

Мост представлял собой жалкое зрелище и был постоянной темой дебатов местных активистов и администрации. Но, не смотря на мои опасения, до противоположного берега я доехал без особых проблем.

Засосенская часть города, была смесью из старинных зданий девятнадцатого и начала двадцатого века. Среди этих деревянных домов можно было встретить хрущевки, а также заброшенные долгострои девяностых. Выехал на улицу Орджоникидзе и на первом светофоре повернул налево и оставил машину в парковочном кармане. В собор я точно не поеду, а вот зайти в мелкую деревянную церковь у Засосенского рынка было можно. На улице был ощутимый мороз, но цыганка, со спящим ребенком на руках, тут же преградила дорогу, выпрашивая милостыню. Алкаш, сидевший на ступенях, ведущих к храму, держал замызганную картонку, на которой было кривым почерком выведено: «На лечение». Этому дал полтинник, ведь не соврал, явно собирает на опохмел, потому как только он забрал деньги, картонка была заботливо свернута и убрана в карман куртки. На водку ему вряд ли хватит, а вот на настойку боярышника или иной деликатес должно хватить. Я посмотрел вслед удаляющейся фигуре.

Цыганка что-то бормотала и пыталась загородить мне дорогу. Не обращая на нее внимания, я повернулся лицом к церкви и неловко перекрестился, морщась от боли в груди. Поднялся по ступенькам ко входу, открыл дверь и вошел в храм.

Порыв холодного зимнего ветра едва не погасил большую часть свечей, но, стоило мне закрыть дверь, как их пламя снова разгорелось.

- Чего тебе? - спросила старушка, появившаяся неизвестно откуда.

- Хотел бы поставить пару свечей, - сказал я, внутренне ожидая, что меня отправят в церковную лавку, но неожиданно раздался приятный голос.

- Антонина Николаевна, дайте молодому человеку несколько свечей.

Я оглянулся и увидел священника, который спускался по лестнице откуда-то сверху. На вид лет тридцать-тридцать пять, темные волосы заплетены в небольшую