"Фантастика 2026-97". Компиляция. Книги 1-35 - Ольга Кобзева

в упаковке, чайных пакетиков: - Давай лучше порешаем, как нам с тобой твою работу организовать по восстановлению справедливости и взысканию задолженности перед моим клиентом. Как я понимаю, длительные командировки тебе не разрешены?

- Ну как сказать. – Руслан докурил сигарету, выхватил из моего стакана чайный пакетик и заварил им кипяток уже для себя: - Если я уеду на неделю, но привезу исполненное решение суда на миллиарды рублей, или по крайней мере, на сотри миллионов, то мне слова плохого никто не скажет. Особенно, если я не буду трясти с начальства командировочные и деньги на билеты, а сам решу эти вопросы. Но, опять, если это будет часто, то, сам понимаешь, люди пойдут к начальнику отдела, а то и к председателю суда и меня выгонят даже отсюда – лишние скандалы никому не нужны. А что ты хотел предложить?

- То есть, если на день –два тебя здесь не будет, то это нормально? – уточнил я.

- Да, нормально. – пожал плечами Руслан: - Повешу объявление, что день-два приема не будет и порядок, да начальство предупрежу, что буду отсутствовать.

- А как ты вообще с должниками работаешь, ну, я имею ввиду – крупные должники, заводы, шахты, конторы какие-то, кто миллионы должны?

- Да как, как… - пробормотал Руслан – очевидно, что тема была для него неприятна: - Приходишь на проходную, там охрана – хорошо, если пустят на территорию без скандала, а то могут и вообще, дверь закрыть. Идешь в бухгалтерию, а там справку из банка дают, что предприятие на «картотеке», на счетах ноль рублей ноль копеек. Обычно на этом все и заканчивается.

- Понятно. Значит тебе еще нужен, и разведчик…- я открыл ежедневник и сделал пометку.

- Какой разведчик? – не понял Конев.

- Незаметный паренек, который будет выезжать на место предварительно и выяснять, на что и как живет директор и прочая верхушка завода, что на «картотеке» сидит. Я, почему-то, пока не видел ни одного директора, чтобы от голода умер.

Глава 16

Глава шестнадцатая.

Сентябрь 1993 года.

Я сосредотачиваюсь.

Локация – Дорожный район, отдел судебных исполнителей.

- Мне тут звонили. – Руслан достал новую сигарету: - Попросили в госпиталь подъехать, помочь Князя перевезти. Его же уволили, поэтому из госпиталя попросили… В обычную, «гражданскую» больничку договорились положить, долечиваться.

Я повертел пальцем над головой и вопросительно посмотрел на своего собеседника, на что Руслан только болезненно сморщился, показывая, что их нищая служба пока не удостоена внимания «конторы глубокого бурения».

- И что ты?

- Да, наверное, съежу, помогу перенести товарища.

- Ну и правильно, врагов лучше держать рядом. Ну ладно, побегу я, дел еще много. Если что – звони. Но, наше с тобой общение, сам понимаешь, афишировать не стоит.

Стоило мне распахнуть входную дверь, как в кабинет, чуть не сбив меня с ног, ворвалась группа взыскателей, которые немедленно подняли гвалт, который полностью заглушал яростное рычание судебного исполнителя.

На роль разведчика у меня был кандидат, молодой разбитной парень, по имени Аркадий, с хорошо подвешенным языком, но простецкой рязанской физиономией, носящий фамилию Кондратьев, что прибился к СТО на территории базы профсоюза в Заречном районе, помаленьку крутил гайки, играл на гитаре в перерывах, знал тысячу анекдотов и, явно, был способен на многое. Одна беда только сопровождала этого, вечно улыбающегося парня – раз в неделю он доставал дурь и загонял ее себе в вену. Не знаю, сколько он был способен балансировать на этом уровне, но, пока, других кандидатов у меня не было.

В настоящее время у меня было два объекта, требующих работы разведки – Кемеровский псевдоинтеллигент, директор местного НИИ, получивший на Заводе ряд литейных изделий и простивший заводу свои долги. А чтобы не было недоразумений, руководитель ликвидировал свое НИИ, организовав на ее базе новое, чистое от прошлых долгов, предприятие. Вторым претендентом был владелец алтайской складской базы, «мутивший» дела со старым директором Завода и «забывший» передать нам несколько десятков легковых автомобилей. По обоим делам были пройдены две судебные инстанции и решения арбитража вступили в законную силу, были получены исполнительные листы, которыми, к сожалению, можно было только подтереться в туалете. Директор бывшего НИИ, в ответ на наши письма, сочувственно предлагал привлечь к ответственности трех пенсионеров из ликвидационной комиссии закрытого предприятия, которые «не заметили» долги пере заводом при подготовке ликвидационного баланса. Ну, а хитромудрый господин Семен Самуилович Флейшман, директор алтайского складского комплекса любезно прислал нам справку из банка о отсутствии на расчетном счету предприятия денежных средств – все расчеты с арендаторами и покупателями на базе шли «наличкой», а те, жалкие суммы, что иногда попадали в банк, списывалось со счета местными энергетиками в безакцептном порядке.

- Директор НИИ живет в доме напротив института, имеет молодую жену и ребенка лет четырех. Судя по информации адресного бюро, ранее в этой квартире была прописана еще одна женщина, ровесница директора, скорее всего, жена, ставшая бывшей. Здесь ее новый адрес. Через неделю возвращайся, доложишь о проделанной работе, там посмотрим, что будем делать дальше.

Кроме денег на проживание, Аркадий получил от меня трудовую книжку, оформленную на его имя, содержащую несколько записей о работе на различных предприятиях, скрепленные печатями. Главной проблемой при составлении такого документа было искусственно состарить документ, а печатей юридических лиц в моем доступе было достаточно.

Сунув в карман пачку «командировочных», достаточных, чтобы снять отдельную комнату в общежитии или квартире на окраине, Аркадий заверил меня, что все будет в порядке и двинулся в сторону выхода – ему предстояло доехать до автовокзала, откуда каждый час уходили автобусы в столицу горняцкого края.

Проводив доморощенного частного детектива без лицензии, имеющего склонность ко многим существующим порокам, я понял, что в суматохе сбора и инструктажа я сильно проголодался, да и время было самое обеденное. Идти в столовую санэпиднадзора с их правильной, но невкусной пищей, не хотелось, поэтому я двинулся в любимую операми чебуречную через дорогу, с их непритязательной, но острой и горячей пищей, и продажей холодной водки для успокоения измученных нервов. Идти сто шагов до светофора мне не хотелось, и я, под угрожающие жесты, стоящего в кустах, в засаде, районного гаишника старшины Орлова, я смело бросился через широкую улицу Полярников. Стоящие на углу, на запрещающем сигнале светофора, четырех колесные