"Фантастика 2026-97". Компиляция. Книги 1-35 - Ольга Кобзева

посоветуется с нашим юристом и напишет вам ответ. Если у вас все, то я займусь работой.Я на секунду "завис", раздумывая, как получить нужные мне сведения и, заодно, поставить на место наглую девицу. Первым желанием было выволочь ее из-за стойки, прямо так, в коротком медицинском халатике доставить в РОВД и держать там за неповиновение законным требованиям работника милиции, пока неведомый Анатолий Васильевич не привезет мне необходимые сведения. Но я преодолел в себе это прямолинейное желание, с улыбкой попрощался и вышел, чувствуя спиной торжествующий взгляд красотки.Сегодня на работу я взял с собой Демона, больно тоскливо он скулил, когда я выходил из дома. Вот его я притащил ко входу в медицинский центр и схоронившись в небольшом предбаннике, не просматриваемом со стороны ресепшена, начал стимулировать на поисковые мероприятия. - Демон, ай., хороший мальчик! Где кошка? Ищи, ищи кошку! – Демон равнодушен к соседским котам, приходящим на наш участок, пока они не начинают наглеть – вырывать растения или гадить по углам. Но, раз хозяин сказал искать кошку, будем искать кошку, ведь это такая увлекательная игра.

От толчка по холке, пес рванул вперед, скользя влажными с улицы лапами по свежевымытому линолеуму и чутко поводя носом в поиске кошачьего запаха.

- Ты куда, подлец по мытому! – выскочив на шум когтей из кабинета, разозленная уборщица попыталась ударить пса новомодной пластиковой шваброй, от чего Демон пришел в неописуемый восторг. Ухватив зубами за перекладину с мокрой модной тряпкой, черный кобель, уперевшись в пол лапами, с грозным рычанием потянул «палку» на себя. Уборщица, громко матерясь, попыталась вырвать свое орудие труда их крепких челюстей, но руки соскользнули с гладкого пластика, и дама шлепнулась на попу, а Демон торжествующе зажав свой трофей зубами, неспешно потрусил по длинному коридору, кося одним глазом назад, в ожидании погони и нового этапа увлекательной борьбы за «палку». Уборщица, матеря всю родню и хозяина четвероного твари, погналась за черным зверем, из-за стойки ресепции выскользнула стройная красотка и побежала ей на помощь, а из кабинетов выглядывали встревоженные врачи и пациенты.

Зная по совместным играм, когда мы с Демоном упорно боролись за обладание какой-нибудь коряги, найденной в лесу или на берегу речки Оружейки, что борьба будет долгой и упорной, я, никем не замеченный, прошел в ресепцию и взялся за оптическую «мышку» включенного компьютера.

Список клиентов медицинского центра я нашел почти сразу, вывел его на экран, ввел в поиск «-9.50», в результате чего получил результат из шести фамилий. который и отправил на печать. Когда я выходил из-за стойки с горячим листом бумаги в руке, борьба в дальнем конце коридора, судя по звукам, шла с переменным успехом. Я громко свистнул и вышел на улицу через входную дверь. Торжествующий Демон появился возле машины через пару минут, прыжком заскочил на заднее сидение через открытую дверь, рыча от возбуждения, попытался втащить в салон свой законный трофей – согнутую в середине ручки швабру, но не сумел, после моей команды «Фу!», с недовольством разжал зубы. Я захлопнул дверь, сел за руль и тронулся. С зеркало заднего вида успел заметить несколько фигур в белых халатах, растерянно стоящих на углу здания медицинского центра.

Следующее утро. Нахаловка. Улица Катерная.

- а нет его, паразита. – на наш стук из калитки высунулась худенькая женщина «без возраста», с пожелтевшим старым синяком под глазом. На руке, что теребила конец завязанного по-деревенски, платка, фиолетовые отпечатки чьих-то пальцев были совсем свежие. Судя по бумагам, Марина пыталась безуспешно допросить кухонного боксера, а перед нами стояла потерпевшая.

- Он на лодку пошел, на рыбалку собрался… - тем временем объясняла Марине, тревожно оглядывающаяся по сторонам, жертва домашнего насилия: - Вон, если в тот проулок свернете, доедете за кустов, а там тропинка на берег, там его лодка и стоит, синяя такая.

Проулок был совсем коротким и через минуту я уже остановился – перед мордой машины встала плотная стена молодой поросли.

Марина вылезла на улицу, а я начал разворачивать автомобиль – в таких местах лучше не терять время при необходимости быстро смыться. Поставив машину капотом в проулок, я вылез из салона, сделал пару шагов в сторону коллеге, нетерпеливо потоптавшись в узком проходе к реке, после чего почувствовал явный дискомфорт. Судя по вони, разлившейся в свежем, прибрежном воздухе, я умудрился наступить в чье-то гавно.

- Черт! –я приподнял вверх подошву: - Марина, подожди меня, мне тут надо…

- Догоняй! – девушка махнула рукой и исчезла из поля зрения, очевидно, стоять под моросящим дождем ей не нравилось, а я, чертыхаясь начал возить подошвой ботинка по прелым листьям. Мокрая листва помогала плохо, нога скользила по ним, так что пришлось воспользоваться веточкой, чтобы избавить глубокий рисунок протектора от вонючей субстанции.

- Сейчас в воду зайду и все остатки гавна смоет…- с этой мыслью я выбежал на песчаный берег…

От дикого пляжа медленно отходила синяя, потрепанная «Казанка». На передней лавке сидел худощавый мужик в телогрейке на голое, в синих наколках, тело, который обнимал за плечо съежившуюся Филатову, тиская ее пухлое плечо и что-то весело объяснял, широко разевая рот, полный стальных «фикс». На корме стоял угрюмый чернявый парень, тоже в телогрейке, но с зимней тельняшкой с черными полосами, что, с натугой, отталкивался от дна длинным веслом.

- Это этот что ли твой охранник? – широко разевая рот, как конь, заржал уголовник: - Ну пусть на бережку подождет, пока мы с тобой, красотка, покатаемся!

Филатова попыталась вскочить, но цепкие пальцы с силой впились в плечо, и дознаватель осела на лавку.

- Не скучай, мент! – махнул кепкой стальнозубый: - Мы тебе рыбки привезем!

- Ага! – согласно кивнул я: - Скучать не буду.

Хорошо, что я на днях выписал пистолет на «постоянку». Увесистая тушка «Макарова» привычно скользнула в руку, я присел на, широко расставленных ногах, подхватил руку с пистолетом, снизу, левой рукой.

- Не боись, Андрюха, он стрелять не…

Миллиметровый борт лодки, склепанный из дюралюминия, соприкосновения с девяти миллиметровой пулей не выдержал, и на крашенном борту, ближе к носу, появилась аккуратная дырочка.

Как два мужика умудрились спрятаться за невысокой Филатовой, я не знаю, но это они сделали, и теперь «фиксатый» истерично орал:

- Ты что творишь, сука! Ты же марамойку свою завалишь, сам сядешь.

Лодка медленно дрейфовала вдоль берега, грозя минут через десять удалится на стремнину, и надо было что-то