"Фантастика 2026-181. Компиляция. Книги 1-28 - Маргарита Блинова

придёт сегодня ночью. Меня интересует безопасность. Меня и моих близких. Греймоды могут заключить хоть сотню договоров о сотрудничестве, они всё равно останутся договорами. Но если мы станем частью вас, никаких договоров больше не понадобиться.

— Творить гадости от имени Греймодов я не позволю! — зло прорычала Розалин. — Учитель, он хочет получить официальное право творить беззаконие, прикрываясь нашим именем.

— Не просто именем, а именем будущего императора, — добавил довольный старик. Он даже не делал попытки заверить, что никаких гадостей не будет. Он знал, что продолжит творить то, что делал всегда. Розалин это знала. Да все это знали.

Мне не нужен был Аврелиус в роду. Совсем не нужен. Вот только мне требовалось усиление учениц. Близкое знакомство с отголоском хозяина разломов едва их не сломило. Почему? Дело, скорее всего, в том, что они не способны выдержать его ауру. Даже после появления узлов и превращения каналов связи с сплошную сталь, близость к отголоску хозяина разлома превратит их в киселёк. Просто из-за того, что тело не вывезет. Нет, можно, конечно, всё скинуть на Ру и его чудовищную силу, на Киринэ, в конце концов, но в одном глава культа древних прав — никто не знает, что будет нас ждать внутри радужного разлома.

— Люменар или Игниссар? — спросил я. — О том, что мы решили забрать трон, знали только они. Кто слил тебе информацию?

— У меня своя сеть информаторов, Соло, — ответил Аврелиус. — Обширная, зависимая, готовая ради меня совершить многое. Даже предать, если на то пойдёт. Я не просто так прихожу в твой род, принцесса. Я собираюсь войти вместе со всей своей семьёй и всеми нашими возможностями. Тайная служба по сравнению с моими возможностями — настоящие дети. Кем они, по сути, и являются.

— Учитель, я против! — Розалин сказала финальное слово. — Натали тоже говорит, что подобный тип нам пригодится, но она не видит ту мерзость, которую вижу я.

— Империю на одном добродушии нельзя строить, принцесса, — Аврелиус откровенно наслаждался ситуацией. — Хочешь быть сильной — готовься платить. Плата — поглощение Вердантов. Сделайте нас частью Греймодов со всеми вытекающими правами, и я сделаю вас сильнее.

Я посмотрел на Розалин. Ученицы явно полыхала злостью, но ничего уже не говорила. Всё, что хотела, она уже сказала. Решение принимать мне. Почему-то. Хотя глава рода — она.

— И не надо на меня так смотреть, — произнесла девушка, словно услышав мои мысли. — Это будет твоё решение, Соло! Я, как глава рода, против. Что ты решишь — будет…

— Если глава против, кто я такой, чтобы идти против её воли? — произнёс я и у меня словно камень с души упал. Это было правильное решение. Я перевёл взгляд на Аврелиуса, который резко перестал улыбаться и добавил: — Через две недели мы идём в радужный разлом. Идём без усилений и, скорее всего, мы там умрём. Просто из-за того, что мы оказались недостаточно готовы к этому походу. И тогда через два месяца наш мир исчезнет. Однако, Аврелиус, если мы каким-то чудом сумеем выжить и уничтожим угрозу, то вернёмся победителями и начнём задавать вопросы о том, кто и чем нам помог. И поверь — спрашивать будем строго. Это я тебе как будущий император обещаю. Так что выбирай осознано, Третий. Реши, что тебе важнее. Остаться в стороне, демонстрируя нам свою великую гордость и наказать нас за то, что мы не взяли тебя в род, либо проявить участие в грядущих событиях и сделать всё, что в твоих возможностях, чтобы мир не исчез. Ничего другого я тебе предложить уже не могу.

— Ты предлагал шесть кристаллов десятого ранга, — напомнил Аврелиус. — Я подумал, что это достойная цена за ритуал.

— Моё предложение действовало ровно до момента, пока ты не сказал, что кристаллы тебе не нужны, — парировал я. — Так что никаких кристаллов. Никакого золота. Ты не получишь ничего. Либо ты делаешь шесть ритуалов, усиливая моих учениц, либо мы с тобой поговорим сразу, как только вернёмся из радужного разлома. А сейчас у меня появилась дополнительная мотивация вернуться, Аврелиус. Основательная такая мотивация.

Я достал колокольчик и через мгновение двери кабинета открылись. Ястин хоть и стал частью рода, всё равно оставался нашим управляющим.

— Проводи гостя до портала, — попросил я. — Аврелиусу Верданту нужно основательно подумать о жизни.

Что-то отвечать маг природы прямо сейчас не стал. Это было вполне ожидаемо. Он явился сюда как хозяин положения, но мы вернули его на грешную землю. Теперь действительно ему придётся делать непростой выбор. Либо помогать, причём бесплатно, либо остаться верным своим убеждениям и ждать нашего возвращения.

И что-то мне подсказывает, что Аврелиус сделает правильный выбор. Потому что увидел, что шутить Греймоды не собираются. В род он решил вступить! Удачи ему в его непростом желании! Среди Греймодов гнили не будет!

— Спасибо, — произнесла Розалин, как только двери за Аврелиусом закрылись. — Учитель, ты даже не представляешь, насколько это гнилой человек. Будь моя воля — прибила бы его без малейших колебаний. Он заслуживает смерти куда больше, чем тот же Виллиан Хелсроуд.

— Убить человека — секундное дело, — произнёс я, неожиданно пустившись в философию. — Вот только что ты делать будешь, когда придёт необходимость усиливать уже наших дочерей? Аврелиус является единственным владельцем знаний о ритуале, способном усиливать тело. Найдите мне точное описание этого заклинания или техники, я первым встану в очередь на его уничтожение. Но пока у нас нет подобного — он нужен.

— Наши девочки будут развиваться гармонично, — не согласилась Розалин. — Мы проследим за этим.

— Гармонично? — я поднял бровь. — Ты хоть сама в это веришь? Они станут магами в двадцать лет. Уже к двадцати двум, максимум к двадцати трём получат десятый ранг. Потому что они Греймоды, мы иначе не умеем. Как их к двадцати не закаливай, тело всё равно окажется не готовым. И лучше сразу думать о том, что делать, чем потом экстренно искать костыли.

— Ты говоришь как Натали, — пробурчала Розалин. — Она вечно брюзжит, что нам нужно больше думать о будущем, не зацикливаясь на настоящем. Но весь живём мы здесь и сейчас, учитель! Какой смысл думать о будущем, если оно может никогда не наступить?

Я даже нахмурился — подобные слова от Розалин я не ожидал.