"Фантастика 2026-97". Компиляция. Книги 1-35 - Ольга Кобзева

сидели еще две девушки в форме — инспектора детской комнаты милиции, перед ними стояла небольшая кастрюлька и миски с каким-то варевом, типа рагу — зарплату в РОВД задерживали на два месяца, а когда выдавали, то шла она, в основном, на покрытие долгов, поэтому сотрудники экономили на всем.

— О, Паша, привет. Кушать хочешь? — шоколадку я выбирал «от души», мой презент оценили и ответно решили покормить опера, которые, обычно, были голодны, по определению.

— Пахнет замечательно! — я с силой втянул носом, действительно аппетитный, аромат, исходивший из-под неплотно прикрытой крышки кастрюльки: — Но, к сожалению, только что поел.

Я вопросительно посмотрел на хозяйку кабинета, дождался одобрительного кивка, спрятался за громоздким монитором и вошел в директорию.

Каждый запрос в информаторий областного УВД положено было записывать в тетрадку и если ты лезешь в, то место, куда тебя просили, или как Нинель Рыбкина сегодня, категорически требовали не лезть, то можно было нарваться на неприятности. У той-же Рыбкиной могло хватить ума поставить «сторожок» на запрос по месту жительства «мальчика» Глеба, которой он, скорее всего, приходился родственником. И, при срабатывании этого «сторожка», что кто-то, любопытный, интересовался местом жительства подопечного, то у начальника следствия хватила бы «боевого безумия» устроить скандал или еще какую пакость в мой адрес. А вот если в качестве запроса указать весь дом полностью, то «сторожок» не сработает, так как нужные мне данные я увижу в составе огромного массива сведений, касающихся всех квартир, и, по всем учетам. И адрес дома можно записать невразумительным, «докторским» почерком, что Рыбкина, буде она решит проверить темы моих запросов, не сможет разобрать, пятым или шестым домом я интересовался.

Если шустро двигать каучуковое колесико «мышки», не глядя пролистывая всех этих, бесчисленных, владельцев паспортов, охотников, домашних хулиганов и прочих, ранее судимых с автовладельцами, то и нужные сведения получишь быстро, так как они идут по номерам квартир. В очередной раз пожалев о отсутствии камеры на телефоне, да и вообще, любой цифровой камеры, я добросовестно переписал в ежедневник все данные на обитателей квартир. Ни машиной, ни оружием, ни наличием судимости обитатели квартиры, где был прописан Глеб, похвастаться не могли, и я изменил категорию поиска, забив в поиск номер паспорта «взрослой» гражданки, прописанной вместе с Глебом.

Тут уже выпало кое-что поинтересней — для этой дамы квартира в Нахаловке, была уже третьим адресом, известным милиции, и я последовательно начал забивать эти адреса.

А вот дальше вылезло нечто интересное. Пятнадцать лет назад дама, очевидно мать Глеба, проживала в одной квартире с неким гражданином, имевшим, кроме клички «Карась» и кучи судимостей, еще и имя Павлович. Я забил полные данные на «Карася» и получил три листа информации, которые я и распечатал. В довершении всего отчество Глеба, по странному совпадению, соответствовало имени, которое при рождении получил неоднократно-судимый вор –рецидивист с «погонялом» «Карась», что, с большой вероятностью говорило о том, что круг моих поисков успешно замкнулся.

Мне кажется, что за время моих поисков, обедавшие девушки уже забыли о моем присутствии, потому что, при звуке пулеметного треска матричного принтера, они дружно ойкнули и загремели посудой.

— Спасибо, барышни. — я поднялся, прихватив свои бумаги и двинулся к выходу, благо, что обеденный перерыв в РОВД уже заканчивался.

Следующий день. Локация — Общежитие Завода.

— Ты зачем пса с собой берешь? — Наташа, услышав звяканье поводка и ошейника, выглянула из комнаты, где, перед зеркалам она дополняла свою красоту, совершенно ненужными ей, штрихами: — Что-то опасное сегодня? Ты же говорил, что у тебя сейчас работа в кабинете?

Девушка в гневе, была чудо, как хороша. От злости ее глаза приобрели зеленый оттенок, и я задумался, что возможно, сегодня, можно и опоздать на службу…

— Громов, если я узнаю, что ты опять кого-то задерживал…

— Солнышко, ну кого я там задерживаю? — я изобразил полнейшее недоумение: — Ты почитай уголовный кодекс — мои статьи полнейшая чепуха, побои и оскорбления, да хищения из магазинов. Ко мне все жулики, по повестке, как миленькие приходят. Просто песику здесь до вечера скучно и тесно, особенно после нашего сада…

— Слушай, а давай на выходные на дачу съездим, шашлычный сезон закроем! — тут же переключилась на садовый домик Наташа: — Говорят, что на этой недели еще тепло и дождей не будет.

— Давай, только в воскресенье, а то я в субботу дежурю. — обрадовался я тому, что вопрос службы отошел на второй план.

— Ну сколько можно дежурить, по два раза в неделю… — Наташа надула, и без того, пухлые губы.

— Солнышко, а ты помнишь, что нас теперь в отделе всего четверо, и еще хорошо, что у девчонок дети не болеют. А мне, кстати…- я обвиняюще ткнул пальцем в блондинку: — Скоро еще у начальницы отпрашиваться на поездку в Москву на несколько дней, так как, кое кто, не будем показывать пальцем, стал богатой подмосквичкой… Или как правильно говорится?

— Грамотей. — Наташа навалилась на меня и махом вытолкнула нас с, повизгивающим от радости, псом, из маленького коридорчика в подъезд: — Иди, грей машину, я через три минуты выйду.

В комнате вахтера было по-утреннему, пусто — комендант пристроила на эту должность свою родственницу, которая работала, а вернее точила лясы с родной начальницей, пять дней в неделю, с десяти до шести, с перерывом на обед. Я приподнял дверь за ручку особым образом и распахнул запертую дверь. За дверью на столе стоял телефон «с выходом в город», посредством которого я и соединился с местным РУВД, попросив помощника дежурного передать оперу Виктору Брагину, что к нему утром приедут из дознания Дорожного РОВД.

Захлопнув дверь в служебное помещение я вышел на крыльцо и полюбовался делом рук своих, естественно, в иносказательном смысле –въезд во двор общежития чернел ямой, приготовленной вчера работниками АХЧ Завода под площадку для мусорных контейнеров.

Пользуясь своими полномочиями, я доказал директору, что если не ликвидировать, вечно забитый, мусоропровод в общежитии, то, рано или поздно, в нем вспыхнет мор или иная эпидемия, за которую будет отвечать кто? Но, точно не я.

Решающим аргументом для директора стало то, что после того, как мусоропровод будет заварен, мы смоем ликвидировать должность рабочего мусорной камеры, деньги по которой получала дежурная по общежитию и дворник — еще один родственник коменданта, а убирать мусор возле контейнеров после визита мусоровоза будет являться обязанностью дворника, без лишних доплат. В общем,