"Фантастика 2026-181. Компиляция. Книги 1-28 - Маргарита Блинова

— Ученик! — рёв Дорна был таким яростным, что смёл мою панику. — Ты нужен мне у входа в разлом! Живо!

Сжав рукоять Лунариса, готовясь поглощать тьмы, я практически ринулся вниз, но всё же на мгновение остановился. А что, собственно, происходит? Внизу работает магия одиннадцатого ранга. Точнее, работает магия тьмы одиннадцатого ранга. Опасная, смертоносная и неподвластная никому, кроме своего создателя, его противников и других существ одиннадцатого ранга. Так почему я мыслю старыми категориями? Почему сомневаюсь?

Я маг хаоса, пусть и не самый лучший. Что шестьдесят лет назад, что сейчас — всегда есть те, кто способней меня. Кто знает больше заклинаний, умеет их лучше использовать. Но всегда ли нужно опираться на знания? Что есть у меня такого, чего нет и не было ни у кого? У меня есть новая оболочка источника, которая вскоре сделает меня магом одиннадцатого ранга! Что мне какая-то тьма, если я есть хаос? Если моя стихия — сильнейшая из всех стихий внешнего контура, чтобы другие не думали о том, насколько хаос слаб? Да мне даже Лунарис не нужен!

Тьма приняла меня в свои объятья, с радостью начав растворять как тело, так и мою магическую структуру. Появились чёрные прожилки заражения, но я не обращал на это никакого внимания, стремительно падая вниз. Туда, где по моим прикидкам должен находиться вход в радужный разлом. Я не видел ничего — заклинание Дорна лишило меня зрения. Но глаза мне и не требовались — я действовал так, как и должен действовать Соло Греймод — на голых ощущениях опасности.

А ещё я постепенно превращался в хаос.

Объяснить, что со мной происходило в этот момент, я не могу. Тьма Дорна прожигала меня со всех сторон, однако что-то ей сопротивлялось. В какой-то момент по темным прожилкам заражения начала бегать не тьма, а что-то серое. Что-то значительно смертоносней, чем какая-то тьма. Что-то, что способно разложить даже тьму! Потому что хаосу было безразлично, с чем иметь дело. Всё, что в него попадало, превращалось в чистую энтропию. Ведь иначе хаос не может!

Я практически по пояс ушёл во что-то мягкое, очутившись рядом с вратами. Причём это мягкое пульсировало и двигалось, пытаясь убраться за мою спину. Туда, где находится вход в радужный разлом. Не сегодня! Дорну требовалась помощь, так что никто никуда не сбежит! Лунарис? Нет, клинок здесь ничего не сделает. Он слишком мал для подобного боя. Здесь поможет только чистый хаос!

Наверно, стоило воплотить какое-то заклинание. Их у меня было уже много, но всё, что я знал, базировалось на принципах малой силы. Ты чуть-чуть черпаешь в своём источнике, создаёшь магическую печать и воплощаешь эту печать путём приложения своих сил. Чем больше энергии в печать вливаешь, тем эффективней результат, но всё равно он ограничивается действием печати. Она может быть сложной, простой, но это всё равно печать. То, что можно обойти, сломать или игнорировать.

Мне же требовалось принципиально иное. Нечто такое, что гарантированно остановит пытающуюся сбежать тварь. И тогда я нашёл решение. Оно давно было у меня в руках. Точнее, я давно работал с похожим принципом. Речь о Лунарис. Клинок из другого мира умел не только поглощать заклинания и записывать их в свою память, но также мог оперировать голой энергией, если на то были основания. Не было никаких заклинаний, контуров или чего-то прочего. Была лишь сила стихии, которая прямо сейчас мне и требовалась. Дорн и отголосок Уга сильнее меня. Это факт, который невозможно оспорить. Но сильнее ли они артефакта иного мира? А вот тут спорный момент! Сейчас, собственно, и проверим!

Сжав рукоять Лунарис, я мысленно потянулся к клинку, выпуская наружу всю накопленную им энергию. Но выпускал я её не просто так, а через себя, формируя своим источником огромную стену чистого хаоса, окружившую вход в радужный разлом. Мягкая плоть, на которой я стоял, резко исчезла — хаос пожрал отголосок Уга с той же лёгкостью, с которой пожирал тьму Дорна. Хаосу было безразлично, что превращать в «ничто». Он просто делал свою работу.

Мой источник вспыхнул пламенем, угрожая перегреться и заблокироваться на несколько лет, но сдаваться я не собирался. Ведь пламя, раздирающее источник — это тоже энергия. Это тоже нечто, что хаос может преобразовать и использовать по своему усмотрению. Значит, никаких поблажек привыкшему к слабости организму. Сгорит первый источник, всегда есть второй. Зря я его, что ли, создавал? А вообще, вся энергия должна поглощаться новой оболочкой! Потом что для этого она и существует!

Сколько так продолжалось, сказать я не берусь. Я боролся не столько с магией Дорна и аурой отголоска Уга, сколько с самим собой, пытаясь остаться на ногах. В какой-то момент хаос поглотил меня целиком, окутав серым «ничто». Причём это не было что-то плохое. Лунарис, например, никак не отреагировал на подобное, продолжая вливать в меня энергию. Я просто стал серым факелом, сжигающим даже камни, на которых стоял. Пришлось левитировать, защищая проход в радужный разлом.

Мимо меня хотели пролететь личи, размахивая чёрными косами. Бегали варготы, пытаясь ударить дубинкой. Даже разумные порождения разлома, игнорируя поглотившую всех тьму, старались пройти мимо хаоса. Но не вышло. То, что я создал, вообще слабо походило на магию. Это была воля всепоглощающей стихии, решившей показать, чего она на самом деле стоит.

А потом тьма ушла. Причём так резко, что я даже сощурился от яркого света. Башен больше не было — Дорн превратил их в руины. Не осталось и огромного отголоска Уга, занимавшего всё пространство между башнями. Не было никого и ничего! Только радужный разлом, моя стена чистого хаоса, Дорн и, собственно, я с Лунарис.

— Вот теперь я вижу результат, — кивнул древний маг, внимательно глядя на меня. — Обычно в таких случаях говорят: «Добро пожаловать в этот непростой мир, маг одиннадцатого ранга», но говорить я так не стану. Скажу иначе. Ученик, какого хрена ты тут творишь? Ты едва не испортил мне всю мою магию! Вот поэтому я с магами хаоса и терпеть не могу работать! Всё у вас не как у людей! Всё, вырубай давай! Будем разбираться, что ты тут устроил! Ты же в курсе, что только что открыл новый вид магии, ученик? То, над чем мы с Халгой бились почти пятьдесят лет! И почему всё происходит именно тогда, когда времени на полноценное изучение этого явления