Эхо твоих мыслей - Селестина Даро

О, Боги. Он задал лишь первые вопросы, но уже одни мои ответы на них, несомненно, вызовут его гнев.

— Я думаю, кто-то другой владел мной в этот момент, — я постаралась избегать слов: «Не знаю», учитывая, как они могут вывести из равновесия некоторых людей, а уж короля фейри и подавно.

Руан сложил руки треугольником и закрыл глаза. Он сидел неподвижно минут пять, а потом резко хлопнул в ладоши, и я подпрыгнула. Пытаясь не разгневать его, я положила себе кусочек курицы.

— Итак, мой филактерий теперь подчиняется тебе. А ты — подчиняешься мне. Видишь, как все удачно сложилось? Теперь ты станешь моей женой. Если, конечно, выдержишь три небольших испытания. Ведь мои подданные должны убедиться в том, что ты будешь достойной королевой, — глаза Руана сверкнули, он хищно улыбнулся.

Что ещё за испытания? Ни о каких испытаниях разговора не было! Поперхнувшись едой, я попыталась подавить кашель, в уголках глаз выступили слезы. Если честно, у меня совсем не было желания становиться его женой, но мне нужно выжить. Смогу ли я сбежать до этих испытаний?

— Но не волнуйся, моя хорошая, я же не зверь. Я дам тебе время освоиться, немного привыкнуть к нашей жизни, нашим особенностям, нашему быту. А чтобы тебе было понятно, сколько времени осталось до испытаний, я оставлю на противоположной стене небольшое напоминание, — Руан махнул рукой, и грузные двери столового зала распахнулись, пропуская внутрь около пятидесяти крупных крыс, я призвала себе на помощь все свое самообладание, чтобы не закричать и остаться на месте. Он вновь махнул рукой, и крысы стали карабкаться на стену. Когда они были близки к лепнине, предваряющей сводчатые потолки, раздался ужасающий многоголосый крысиный визг. Они верещали, потому что оказались пригвожденными к стене стрелами.

— Полюбуйся, какой оригинальный календарь получился. Крыски будут отсчитывать дни. Тридцать девять крыс. Каждый день одна стрела будет исчезать, и крыса будет падать вниз. Когда стена окажется чистой, а внизу возникнет гора из их трупов, это будет означать, что пора, милая, тебе показать себя. Я тебе ясно все объяснил?

Я начала понимать, почему Вирджиния заикается.

— Д-да, — ответила я.

— Видишь, я самый милосердный из королей Аркадии. Не то, что Фенрис Белая Лошадь. Его тебе нужно опасаться. Он яростный, словно кинжал, жаждущий крови. Безжалостный, белый и холодный. Как сама смерть. Говорят, что его предками были эти грязные урду. Удивительно, что он не перенял от них ничего. Ко времени его рождения вся их кровь до капли была разбавлена благородными видами, — прошептал мне на ухо король.

И я в очередной раз вспомнила Софию, которая предупреждала меня об этих ужасных фейри. Предупреждала, но собственноручно отвела меня к барьеру. Я никогда этого ей не забуду.

Глава 7

Между тем, Руан продолжил:

— Моя сердечная доброта не знает границ. Может так случиться, что тебе придется не по душе наш мир. И тогда после испытаний ты сможешь выбрать: стать моей женой или же уйти к людям.

Я удивленно выдохнула.

— И я даже не перестану благоволить твоей матери и брату. Но