Американский вояж - Алекс Русских

Сан-Франциско в Ричмонде, там большая русская община неподалеку. У меня и друзья там были, но некоторые уже только по-английски говорят, русский почти не знают. А еще я читал много, у нас дома знаешь, какая библиотека? Дед — большой книголюб.

Пока разговаривали, такси к гостинице подъехало. Багаж все втроем таскали. Сначала перенесли в холл, чтобы машину отпустить, а оттуда уже в номер. Три раза ходить пришлось. Думал, в гостинице возмущаться начнут тем, что номер в склад превращаем, но нет, ухом не повели. Думаю, администрацию предупредили заранее. Коробки мы в свободном углу комнаты сложили так, чтобы они нам не мешались.

С Андреем договорились, что завтра с утра встретимся, он сказал, что его на пару дней освободили от занятий, так что он в нашем полном распоряжении. Пожали ему руку, и парень побежал в свою общагу, тем более что время уже позднее — десятый час на дворе.

Комнату американец одобрил. Сказал, что у него в студенческом кампусе поменьше, он в ней с еще одним парнем живет. Кухня них тоже общая на этаже, прямо как у нас. Интересно, где его поселят в Магадане — в нашем общежитии на общих основаниях или предпочтут номер в гостинице выделить? Ладно, там посмотрим.

Поинтересовался, вдруг гость голодный. Майкл признался, что в самолете кормили, но сейчас в желудке совсем пусто. Ресторан в гостинице уже не работает, поздно слишком. Куда-нибудь ехать на ночь глядя тоже не вариант, это надо заранее столик бронировать. А вот чайку организовать — самое оно. Смотался к дежурной по этажу, взял электрочайник. Заварка у меня своя есть, плюс домашние гостинцы, что Пяткин передал. Вот голова садовая, у меня же еще половина торта в холодильнике стоит и там же колбаса копченая и сыр. Да у нас сейчас пир горой будет.

У меня и посуда есть, я небольшой чайный сервис купил специально для Алисы в «Лейпциге». Так что тарелки с чашками на стол. Колбаску с сыром подрезал, пирожки и ватрушки от жены Пяткина выложил, торт поставил, чай разлил. Что еще студентам для счастья надо? Разве что студенток, но нельзя — русо принимающая сторона, облико морале. Тут шаг влево, шаг вправо и все — облико уже обморале, пожалуйте на комсомольское собрание. Меня уже раз разбирали, не понравилось. А тут гостиница, любой загул пресекут, не «Интурист» чай с его интердевочками. Тут люди солидные останавливаются, профессора с академиками. Хотя знаю я этих профессоров, иные тоже на студенток с интересом поглядывают, хотя и не признаются.

— Очень вкусно, — оценил Майкл пирожки, — У меня мама такие же печет.

— А пельмени лепите?

— А как же! У моего деда — это самое желанное блюдо, он их обожает. Бабушка делает их совсем малюсенькими, да сноровисто так. А еще в крепком бульоне отваривает, тогда вообще объедение. И блины мама часто печет, не американские, а тонкие, русские. Мне со сметаной и с вареньем они нравятся, с медом тоже славно.

Смотрю, практически наш человек. Понимает толк в национальной кухне. Нормально, я смотрю, они там на Аляске традиции сохранили, даже удивительно, все же сотня лет прошла, как земля к американцам перешла. Короче, правильно через несколько лет Любэ петь будет: «Отдавай нам землицу Алясочку, отдавай-ка родимую взад».

— А сам-то ты, как? Ну… — я как-то затруднился с вопросом.

— Ты напрямую спрашивай, без дальних околичностей.

Хм, а все же проскакивают у парня в разговоре слова, которые нынче хоть и знают, но в повседневной речи уже давно не используют.

— Ладно, прямо спрошу. Сам-то ты кем себя считаешь — русским или американцем?

— И тем и другим. Я родился и вырос в США, даже поездил с отцом по разным штатам. Но душа у меня русская. Я в русской культуре вырос, но и американскую впитал. Так что нет у меня простого ответа.

— Понятно, — ладно будем посмотреть, мне с ним два месяца общаться.

Кстати, надо провентилировать, зачем он вообще приехал.

— А ты учишься, получается?

— Да, в университете в Анкоридже. У меня там дядя уже лет десять живет. Он даже хотел, чтобы я у него в доме жил, но в кампусе веселее, хотя я часто у него бываю, на охоту, рыбалку ездим.

О, вот это тема, интересно, как там у них, вроде на Аляске оружие практически свободно можно покупать. Не только гладкоствол, а даже нарезное, вплоть до пистолетов. Майкл, кажется, почувствовал мою заинтересованность, сам спросил:

— Алекс, а ты где учишься?

— В Магадане, в ВУЗе на геологическом факультете.

— ВУЗ — это что?

— Высшее учебное заведение, у нас еще говорят институт. Ну, как у вас колледж, — расшифровал я наше понятие.

— Да, я понял.

— А ты на кого учишься? — я в свою очередь поинтересовался.

— Специалист по компьютерам, обслуживание, конфигурирование, немного программирование.

— А, это ты по своей специальности приехал, — дошло до меня.

— О, нет. Хотя, да, но не совсем, — начал объяснять Майкл, — Я еще работаю в магазине RadioShack. Это такая сеть, их много в разных городах, в других странах тоже есть, но на Аляске один. Мы продаем радиотовары марки Tandy по всему штату, в основном по почте. Ну, как тебе объяснить, человек на месте выбирает по каталогу товар, делает заказ, а мы присылаем. Еще обслуживанием занимаемся, починкой, модернизацией. Сами товар не выделываем… как у вас говорят, не производим, компьютеры не главный наш бизнес, основные продажи — радиостанции, большие и маленькие для охотников, рыболовов, туристов. Магазин моему дяде принадлежит, работаем, не знаю, как по-русски, франшиз.

— Знаю, это когда по соглашению используют чужое название, а работают самостоятельно, но по правилам владельца названия.

— Примерно так, это называется бренд.

Да знаю я, знаю. У меня в том прошлом еще и вышка по экономике за спиной осталась. Уж что-что, а всякие бренды и франшизы — это не то, что может поставить меня в тупик.

— А, ты как, только учишься? — мяч снова на стороне американца.

— Нет, как и ты, учусь и работаю. У нас говорят в таких случаях «подрабатываю». Лаборантом в компьютерном классе. Еще пишу, я журналист в местной газете и в общежитии, это кампус по-вашему, сантехником и электриком тружусь.

— О! Как это, «наш пострел везде поспел». А лаборант — это кто?

Ишь, шутник какой с Аляски.