Князь Медведев. Дело рода - Вячеслав Николаевич Уточкин

class="p1">«Моя не хочет здесь быть, — донеслась до меня мыслеречь жидкого металла. — Возьми с собой. Дай большое место. Много врагов. Буду их разводить и кушать. Кушать и разводить».

— И как мне это сделать? — задал я в воздух риторический вопрос.

«Выйдешь наружу — выйду следом. Буду лежать, где вначале. Как достанешь, начну кушать».

С каждым разом металл всё четче выражал свои мысли.

Фиолетовый спектр тусклого света вокруг начал смещаться в сторону красного. Я решил провести разведку.

Прошёл по тоннелю, выглянул наружу.

Стервятники взмыли вверх и устремились к своим скалам.

Я вернулся в зал. Первым делом перетащил Надежду и её бойцов наружу.

Грохот и дрожание земли заставили меня резко обернуться. На месте покинутой пещеры образовался провал. К ногам подкатился шарик жидкого металла.

Он похудел в два раза. Видимо, удержание потолка от разрушения далось ему непросто.

Прикоснувшись, я убрал его в инвентарь. Убедился, что все живы, но до сих пор без сознания. Двинулся к скале с пещерой. Сразу всех туда перетащить я не мог, но уж точно первой будет Надежда. Взял её на руки.

У скалы стервятники успели сожрать богатый урожай сусличьих шкурок.

Зато там лежал арбалет из арсенала Семёныча. Скорее всего, Потапыч выпустил его, когда я спустился по молекулярной нити.

Эйфория от скорой встречи с любимой, которую я так долго искал, мешала переключиться на решение насущных задач. На губы всё время наползала довольная улыбка, а взгляд постоянно возвращался к Надежде.

Пришлось даже уйти в короткую дыхательную медитацию, чтобы прочистить мозг. Я положил Надежду рядом. На четыре счета вдох носом, на шесть выдох ртом. Через минуту сознание очистилось. Теперь можно заняться нашим спасением.

Арбалет не пострадал. Нажал кнопку сматывания — и гарпун быстро пролетел всё расстояние обратно, ни за что не зацепившись. Вероятно, во время обрушения норы он вылетел из земли.

Пока долина была пуста, я перетащил к скале всех остальных бойцов.

Красный оттенок света поменялся на зелёный.

Фух, успел хотя бы всех собрать около скалы. И спина прикрыта.

Проявившиеся нити энергии, пошарив по поверхности, ушли на глубину. Из многочисленных нор показались мордочки сусликов.

— Ну просто слов нет! — в сердцах ругнулся я.

У меня на грызунов скоро аллергия будет.

Перезарядил арбалет шариками. Суслики продолжали испуганно выглядывать из нор, не делая попыток наброситься на меня.

Только сейчас я обратил внимание на их размеры.

Мелочь пузатая!

Из пещеры надо мной выглянула морда Потапыча.

Я отозвал его и сразу снова призвал. Потапыч распластался рядом со мной в позе морской звезды.

— Ты больше так не делай, — с трудом выталкивая из себя слова, невнятно попросил он. — Я такие качели плохо переношу. Укачивает.

Меж тем дракоша вылетела из пещеры и сделала круг над долиной.

Недалеко от нас из норы вылез суслик-разведчик. Пока он осматривался, дракоша спикировала и вцепилась ему в холку.

Грызун взвизгнул и занырнул в нору, унося в подземелье нашу подругу.

Откуда Потапыч узнал такие заковыристые словосочетания даже знать не хочу. Пришлось срочно отзывать и снова призывать дракошу.

Нашему с медведем изумлению не было предела. Дракоша возникла у моих ног так и не выпустив несчастного суслика из своих коготков.

Он, не выдержав такого издевательства, умер. Дракошу же просто здорово укачало. На нее такие качели с отзывом-призывом, как и на Потапыча, действовали плохо.

— Круто поохотились, — еле пропищала она. — Продолжим?

Решив направить ее рвение в нужное русло, отправил дракошу на полное разорение гнезда погибшего стервятника.

Суслики шебуршились, но к нам не приближались.

Осмотрев предстоящий мне подъём, я пожалел о срезанных когтях химеры. Кончики пальцев прострелило болью. Блестящие коготки в этот раз достигли размера накладных ногтей модницы. Сильно короче, чем обычно. Но идеально для подъёма.

Появились они вовремя. Видимо, я могу на это влиять в проколах, надо только очень захотеть. Вот чем их потом срезать? Верный нож я недавно потерял. Отложил это на потом.

Оставив Потапыча сторожить людей, сам быстро преодолел подъём.

Дракоша, пыхтя как закипающая кастрюля, притащила завязанный хитрым способом узелок. Разбор добычи отложил на потом… похоже, я вышел на бесконечную дорогу отложенных дел.

Достал из инвентаря арбалет, убранный туда на время подъёма. Согнул гарпун крючком. Использовал три составляющие: увеличение мышечного каркаса, принцип рычага и волшебную фразу о чьей-то матери.

Помня о замечательных свойствах своей одежды, представил на себе вместо пиджака спасательную косынку типа Ферра.

В прошлой жизни один раз пришлось воспользоваться такой: нерадивый студент умудрился свалиться в антимагическую шахту и повредить позвоночник. Вот я его и поднимал.

Подозвав дракошу, объяснил ей принцип крепления косынки. Подцепил к крючку гарпуна, переключил катушку в нейтральное положение и отправил всё это вниз.

Потапыч стоял на страже несокрушимой стеной. Свесившись вниз, я дал указание первой поднимать Надю. Если б не дракоша, Потапыч с его лапами вряд ли сумел бы справиться с подвеской.

С замиранием сердца переключил катушку на сматывание. Самый сложный момент — вовремя остановить подъём и затащить «люльку» в пещеру.

Справившись с этой задачей, уложил Надежду.

Неизвестно, когда сменится спектр света и вылезут грифы, но явно надо поторопиться.

Спешка чуть не привела к несчастному случаю.

Поднимая седьмого бойца и перехватывая люльку, да ещё и с когтями химеры, хоть и укороченными, я случайно схватился за саму молекулярную нить. Думал, сейчас руку отрежет. Однако нить только рассекла мясо и застопорилась на кости. Похоже, их укрепление вышло на новый уровень.

Освободив руку от нити, я ругнулся и снял ремень, чтобы наложить повязку. Неожиданно выскочило послание от Слова:

Повреждение: мягкие ткани, поверхностное

Кровотечение: активное

Регенерация: доступна.

Расход: 20 % наноагентов.

Приступить? Да/нет?

Десять процентов Слова — это наноагенты и диагностика. Не энергия чипа, а микроскопическая армия ремонтников. Для полевой хирургии хватит.

Ответив согласием, пронаблюдал, как перестала течь кровь, а кожа стянулась, оставляя чуть заметный шрам. Свет начал терять зелёный оттенок, переходя в фиолетовый спектр. Он сразу выпил силы из моих фамильяров, и они распластались у подножия скалы.

Чтобы спасти их от стервятников, отозвал и снова призвал. Откат у такого действия для фамильяров, конечно, мощный. Они бессильными тушками лежали рядом с бойцами.

Спустившиеся в долину грифы разрывали норки сусликов. Один, самый здоровый, заинтересовался нашей дыркой в скале. Пока гриф планировал к нам, я, разрезая пальцы, делал петлю из молекулярной нити.

Уже 40 % наноагентов непрерывно трудились, залечивая порезы.

Нехорошая птичка, вытянув в нашу сторону голую шею, приземлилась у входа.

Получившееся лассо легло ей на шею. Голова стервятника, щёлкая