Возвращение России - Влад Тарханов

— Великолепная мысль. Уговорить монарха я беру на себя. Что-то еще?

— Есть один человек, который имеет на царя влияние. И которого нам к себе расположить не получится. Это начальник Тайной канцелярии, верный пёс Михаила — генерал Вандам.

— И что ты предлагаешь?

— Мы изучили его биографию, искали подходы к нему — напрасно… но… он воевал с бурами против нас. Можно попытаться от этого оттолкнутся.

— Каким образом? — заинтересовано спросил премьер-министр.

— Ну, например, деревня ойтлендеров, которую буры вырезали и сожгли, насиловали женщин и мужчин. И эти м отрядом командовал некто Вандам. И свидетели его, несомненно, опознают.

— Недурно, Уинстон! Ей Богу, недурно! Подберите надежных исполнителей. Вряд ли мы умеем этого бурского подпевалу убрать за один прием, но постепенно будем расшатывать его влияние, это игра в долгую, и в такой игре нас еще никто не переиграл!

[1] Николай Николаевич Младший был оно время главнокомандующим Русской императорской армией.

[2] Михаил Николаевич, его дети так называемые «Михайловичи» приходятся царю дядьями.

Глава первая

Петр меняет командование армиями накануне зимнего наступления

Глава первая

В которой Пётр меняет командование армиями накануне зимнего наступления

Винница. Гостиница Савой. Ставка Верховного командования.

11 января 1918 года

К январю восемнадцатого года боевые действия застыли на всех направлениях. В Винницу съехались все командующие фронтами и армиями. Северный — под началом генерала от кавалерии Василия Иосифовича Гурко (Ромейко-Гурко, если быть абсолютно точным) включал в себя три полевые армии и несколько отдельных частей. Всего насчитывал чуть более восьмисот тысяч штыков и сабель, имел неплохой авиаотряд и отряд броневиков (большей частью производства Путиловского завода, который блиндировал машины самых разных марок.

В состав этого фронта входила Первая армия из трех пехотных и одного кавалерийского корпуса. Вместо довольно безынициативного командующего генерал-лейтенанта фон Нотбека, Пётр поставил на эту должность генерала от инфантерии Василия Егоровича Флуга, инициативного, храброго и весьма компетентного военачальника, который успешно командовал 10-й армией, но был снят комфронта Рузским, который откровенно ревновал к его успехам. Но Рузский пребывал в заточении по делу о заговоре генералов, а император искал инициативных и толковых командиров. В Пятой армии в состав входило пять армейских и один кавалерийский корпуса, ею командовал генерал-лейтенант Василий Георгиевич Болдырев, которого Пётр решил не менять: он неплохо проявил себя во время Рижской операции, когда удалось отбить город у германца. Кроме того, командовать Двенадцатой армией вместо не слишком удачного генерал-лейтенанта Парского «по старой памяти» император поставил генерал-лейтенанта Якова Давидовича Юзефовича. Почему по старой памяти? Так они вместе воевали в Дикой туземной дивизии, кстати, Юзефович был мусульманином, из белорусских татар!

Господа командующие армий Северного фронта вместе со своими начальниками штабов заняли крайний левый стол и выбрали из напитков лафит, которым сей час подкрепляли истощенные длительной дорогой организмы. Рядом с ними, почти напротив небольшого императорского стола, расположилась делегация Западного фронта, которым командовал генерал от инфантерии Лавр Георгиевич Корнилов. Под его началом находились три армии и несколько отдельных корпусов, в общей численности до миллиона штыков и сабель. Командовать Второй армией (три армейских и один гренадерский корпуса) по настоянию императора и, настоянием того же Корнилова, вернули генерал-лейтенанта Антония Андреевича Веселовского, деятельного и удачного полководца, отличившегося в боях под Красником, в Люблин-Холмском сражении и при Брусиловском прорыве. Он сменил довольно талантливого, но ленивого и безынициативного генерала Николая Александровича Данилова. Командовать частями Третьей армией Пётр назначил генерал-лейтенанта Павла Антоновича Парчевского, отправленного в отставку в силу интриг, коих в императорской армии было с избытком, даже в годы Мировой войны (а уж насколько эти интриги повлияли на ход трагической русско-японской — это тема для отдельной книги!). Энергичный Парчевский сменил рыхлого и безвольного генерала Одишелидзе. Десятой армией (три армейских корпуса) командовал Сергей Михайдович Шейдеман, генерал от кавалерии, в свое время конфликтовавший с Рузским. Тем не менее, он оставался одним из самых жестких, умелых и принципиальных командармов, и его Пётр решил не менять, тот был хорош именно на своем месте.

Юго-Западный фронт возглавлял генерал от кавалерии Алексей Максимович Каледин, которому перешло после смерти Келлера (ака Брюс) звание «первой шашки России». В состав фронта входили три армии и отдельные соединения, в том числе Чехословацкий корпус, чуть более полутора миллионов человек. Седьмая армия в своем составе имела семь армейских и один кавалерийский корпуса, вместо не слишком благонадежного командарма Януария Казимировича Цеховича ею стал командовать опытнейший военачальник, участник еще русско-турецкой войны, генерал от инфантерии Владимир Аполлонович Олохов. Одиннадцатая армия состояла из пяти армейских и одного кавалерийского корпуса, ею командовал еще один ветеран войны за освобождение Болгарии — Михаил Александрович Промтов, вместо него Петр поставил командовать храброго и энергичного генерала от инфантерии Николая Михайловича Воронова. Особой армией (пять армейских и два кавалерийских корпуса) командовал генерал-лейтенант Фёдор Сергеевич Рерберг, один из героев этой войны, довольно успешно действовавший против германских войск.

Особая ситуация сложилась с Румынским фронтом, которым официально командовал король Фердинанд, что характерно, монарх возглавлял туже Румынию. Но фактически боевыми действиями руководил генерал от инфантерии Дмитрий Григорьевич Щербачёв, сместивший несколько безынициативного генерала Сахарова. Кроме двух весьма потрепанных румынских армий в состав фронта вошли четыре русских армии, общее число штыков и сабель составляло порядка миллиона двухсот тысяч штыков и сабель. Четвертой армией (четыре армейских корпуса) командовал генерал-лейтенант Петр Николаевич Ломновский, который сменил далеко не самого успешного командарма Александра Францевича Рагозу. Шестая армия состояла из трех армейских корпусов, ею вместо неопытного и слишком горячего генерал Пержхайло (простите за фамилию, но из биографии буквы не выкинешь) Пётр поставил командовать одного из самых стойких генералов — Владимира Ивановича Соколова. Если бы император знал будущее, то назвал бы Соколова «русским Моделем». Оборону тот держать умел как никто другой. Восьмая армия (Брусиловская) включала в себя четыре армейских и один кавалерийский корпуса, ею остался управлять генерал от инфантерии Владимир Андреевич Черемисов. Девятая армия из шести армейских и одного кавалерийского корпусов оказалась под командованием генерал-лейтенанта Михаила Андреевича Свечина, весьма неординарного военачальника. Надо сказать, что все командармы Румынского фронта получили от императора команду в начале нового наступления, руководится приказами исключительно генерала Щербачева и главкома Брусилова.

Самыми свежими были два фронта: Кавказский (преобразован из Кавказской армии) и Персидский (выделен из неё же). Кавказским фронтом командовал генерал от инфантерии Николай Николаевич Юденич. Части фронта была