Путь Строителя 5 - Алексей Ковтунов

идеально гладкими срезами, будто стволы отсекли одним лезвием. Некоторые молодые деревца повисли на ветвях соседних, некоторые уже упали, и в начале этого коридора разрушений стоял Больд. Стоял у разломанных остатков навеса, в одной руке топорище, на котором больше не было топора. Лезвие улетело куда-то вперёд, срубая всё на своём пути и, судя по результатам, даже больше.

Больд постоял так некоторое время, разглядывая рукоять без топора, потом почесал затылок и повернулся ко мне.

— Само, да? — уточнил я на всякий случай.

— Само… — вздохнул он.

Поднялся, отряхнул колени и пошёл оценивать масштаб стихийного бедствия. Листья железных деревьев уже прекратили сыпаться, деревья перестали заваливаться, и можно было наконец осмотреться без риска получить стволом по голове. Подошёл ближе, попытался проследить траекторию полёта топорища и довольно быстро пришёл к неутешительным выводам.

Нет, сам топор, можно считать, нашелся, ну, вернее его улетевшая голова. Вон она, в самом конце просеки. Мог бы улететь и дальше, если бы не встретил на пути преграду, которая, похоже, не по плечу даже Больду. Здоровенное железное дерево, ствол в три или четыре обхвата, толстенная кора отливает металлом, и прямо в серединке этого ствола зияет оплавленная дыра, внутри которой едва виднеется застрявший топор.

Вот тебе и хорговский инструмент. Как объясняться буду, даже представить страшно. И ведь если рассказать этот бред, все равно поверит, это ж Больд.

— И как выковыривать будем? — поинтересовался у вселенной, просто произнеся вопрос вслух.

— Так это… Давай попробую, может расковыряем, — Больд пожал плечами и полез вперёд по просеке, разламывая под собой всё, что ещё не было разломано.

— Не надо! — поднял обе руки. — Давай этот вопрос я как-нибудь сам решу, хорошо? А то ты сейчас начнёшь ковырять и в дереве ещё больше застрянет, или вообще дерево на нас свалится. — И это… Ты бы не мог помочь дотащить пару брёвнышек до деревни? Ну а дальше мы сами, можешь не переживать.

— Эх… Ну извини, Рей, я ж не знал, что оно такое слабое… — Больд виновато опустил глаза и уставился на рукоять в своей руке.

— Извини? — я совершенно искренне похлопал его по плечу, точнее, по тому месту, до которого смог дотянуться. — Да спасибо тебе! Ты сейчас всю деревню можно сказать спас!

— Спас? — Больд поднял голову и недоверчиво нахмурился.

— Смотри, — обвёл рукой просеку. Повсюду лежали поваленные стволы, от довольно толстых до совсем молодых, бери, собирай и тащи в деревню. Того, что тут навалено, хватит минимум на неделю работы, и это не считая мелочи, которая пойдёт на армирование. — Нам теперь сырья надолго хватит. А потом, как закончится, можно будет тебя ещё раз попросить?

— Правда? — Больд заморгал, и на широком лице проступило выражение настолько неподдельного удивления, что даже немного неловко стало. — Да конечно можно! Мне-то скучно дома сидеть. На охоту староста не пускает, а чем заниматься? Ломается всё!

— Ну, тут хотя бы можно ломать со смыслом, — усмехнулся я. — Ну что, понесли тогда?

* * *

Хорг прошёлся вдоль ямы, упёрся ладонью в крайний щит и надавил. Опалубка стоит плотно, без люфта, ольдовская работа не подвела. Присел, провел пальцами по нижнему стыку, где доски упирались в утрамбованную землю, и не нашел ни единой щели. Хотя все стыки надежно замазаны глиной, так что даже будь щели размером с палец, это бы никак не помешало. Но все равно, если бы все в этой деревне работали как Ольд, стройка давно бы закончилась, а у него самого не болела бы голова от необходимости проверять каждый гвоздь лично.

Поднялся, отряхнул колени и перешёл к арматуре. Прутки железного дерева лежали в опалубке ровной решёткой, перевязанные на каждом пересечении тонким прутком. Потянул за один узел, потом за другой, третий. Прутки держат крепко, не скользят и не ослабляют хватку, сойдет. Хорг несколько раз показывал мужикам, как вязать, и те, видимо, запомнили, потому что ни один узел не болтался и ни один пруток не сдвинулся при нажиме.

По дну ямы арматура шла ровно, в один слой, с промежутками в ладонь между прутками. Но в четырех углах, там, где по задумке встанут столбы, из этой решетки торчали длинные штыри, каждый в рост человека или чуть выше. Хорг обхватил ближайший штырь и покачал вправо-влево. Не шелохнулся, привязан к горизонтальным пруткам в трех точках, и каждая перевязка держит крепко.

Потом обошел остальные три угла и повторил проверку. Везде одно и то же, ровно, туго, без провисаний. Когда зальют фундамент, штыри останутся торчать из камня, и к ним уже навяжут следующий ярус, потом ещё один, и так на всю высоту башни. Но это потом, сначала надо залить и посмотреть, что получится.

Выбрался из ямы и огляделся. Площадка жила своей жизнью, и жизнь эта была шумной, пыльной и суетливой. У дальнего края мужики ссыпали щебень из корыт в общую кучу, рядом двое таскали мешки с песком и укладывали рядком, а чуть поодаль стояли ведра и бочки с водой, штук восемь или десять, уже принесенные с утра.

Хватит на первый замес, а дальше придется бегать к реке, потому что колодезную воду на раствор тратить староста не позволит. Деревня большая, колодцы далеко не в каждом дворе, а бетона лить столько, что никакой воды не напасешься.

— Эй! — рявкнул Хорг на бородатого мужика, который присел у кучи песка и явно собирался перевести дух. — Ты тут отдыхать пришёл или работать? Бери корыто и тащи ещё щебня, вон та куча вполовину меньше нужного!

Бородач вскочил так резво, будто его ужалили, подхватил корыто и припустил к телеге. Хорг проводил его взглядом и переключился на следующую проблему. Кирпичная мука, ее нужно столько же, сколько известкового теста, а значит вёдер восемьдесят с лишним на один только фундамент… А муки осталось от силы на треть, остальное извели на пробные столбики, хотя там ушло не так много.

Подошёл к мешкам, развязал ближайший и зачерпнул горсть. Мелкая, сухая, красноватая пыль, перемолотая из обожжённых черепков и битого кирпича. Нормальная мука, пойдёт, но слишком мало для того объема, который предстоит залить.

— Где остальное? — повернулся к мужику, который складывал мешки.

— Так нету, мастер, — развёл тот руками. — Размололи всё, что было. Ребята пошли по деревне, ищут черепки, горшки битые, всё, что найдут. Но пока негусто.

— Негусто, — повторил Хорг и скрипнул зубами. Вечно чего-нибудь не хватает. То песка мало, то извести, то людей, а теперь вот мука кончилась. Вечная история, затыкаешь одну дыру, а из соседней уже течёт.

— Значит так, —