С няней шутки плохи - Лесана Мун

так… Однажды три поросенка, которых звали Наф-наф, Ниф-ниф и Нуф-нуф, решили уйти из дома. Захотелось им вольной жизни, понимаешь ли. Мама им говорила, чтобы не занимались ерундой, а шли лучше на поле, помогали папе, но разве же дети слушаю своих родителей? Конечно, нет. И зря! Правда, двое поросят пошли вперед, а старший Наф-наф задержался. Ему-то их старая нянюшка и сказала, что если будут они где устраивать свою жизнь, то пусть не думает, что он дикий кабан, нет! Он как был домашней свиньей, так и остался, поэтому должен думать, прежде всего, о безопасности! Наф-наф внимательно выслушал нянюшку и побежал догонять братьев.

И вот шли наши свинки, шли. Пока не вышли на полянку и не решили, что, пожалуй, тут можно будет жить. Рядом бежала речка, в лесу было полно ягод и желудей. В общем, Нуф-нуф собрал где-то на поле соломы и принялся мастерить свой дом. Старший брат хотел-было вразумить, поделиться нянюшкиными мудрыми словами, но никто его не слушал. То же произошло и со средним братом, с той только разницей, что он, бестолковая свинина, построил дом из веток деревьев. Один только Наф-наф помнил завет няни и построил дом каменный, надежный. А тем временем, неподалеку бродил волк…

— У-у-у, — подает голос уже очень сонная Лия.

— Еще какой у-у-у-у. И пришел хищник на запах бекона в первый дом. Который из соломы. Дунул разок, да и развалил все жилище младшего поросенка.

— У-у-у… — уже сквозь сон повторяет Лия, сладко улегшись на мою ладонь.

— Вот так поросята и смогли победить злого волка, — заканчиваю сказку, спустя несколько минут, когда ребенок уже спит. — А все почему? Потому что Наф-наф был хорошим мальчиком и слушался нянюшку. Поняла, Лия? Няню нужно слушать, тогда не попадешь злому волку в рот.

— Очень поучительная сказка, — подает голос ни разу не спавший Эвер.

— А то. Других не держим, — хмыкаю в ответ и, наконец-то, закрываю глаза. Все. Спим.

— У-у-у, — сквозь сон выдает Лия.

Спим, я сказала!

Удивительно, но давно я так хорошо не спала. И просыпаюсь даже не от того, что кто-то тычется мокрым подгузником мне в лицо, или жует мой нос, а от ощущения взгляда. Открываю глаза.

— Где Лия? — спрашиваю у Эвера, пристально меня рассматривающего.

— Завтракаем вместе со всеми внизу, в таверне, — делает вид, что смотрит куда-то на стену за моей спиной, но похоже, сейчас заработает косоглазие.

— Ей дадут нормальную еду, не какой-то гуталин?

— Что такое гуталин? Племянница будет есть полезную и богатую на питательные вещества еду.

— Понятно! — слезаю с кровати и топаю к столу, чтобы вылить последний кипяток и сделать ребенку нормальной каши.

— Ох! — раздается позади меня.

Ну да, я пошла к столу в тонкой нижней сорочке и этих самых, ужасных панталонах. Они что-то типа наших бриджей на мне. Ниже колена, завязанные на талии, пузырятся сзади, словно я наложила в них, а не ходила нормально в туалет. Короче, печальное зрелище. Оглядываюсь через плечо, Эвер там не плачет от жалости? Нет. Стоит. Прикипел взглядом к моей заднице.

— Это панталоны такие. Я в штаны в туалет давно не хожу, — сообщаю ему, встряхивая хорошенько бутылочку, чтобы размешались надоедливые комочки.

Эвер, словно вор, пойманный с поличным, сразу же переводит взгляд выше, потом стискивает зубы, еще выше и, в конце концов — опять смотрит куда-то в стену. Что там такого интересного? Пауки воюют за территорию?

— Я принес тебе поесть. А как подкрепишься, то помогу вылезти обратно тем же ходом, каким вчера залезла. И будем ехать. И так задержались сильно.

— А что ты так спешишь? Тебя ждет кто? Ну, дома? Невеста что ли? — ухмыляюсь. Видала я его почти невесту.

— У меня есть определенные обязанности, конечно же. И в силу того, что я отсутствовал продолжительное время, количество их сильно выросло.

— Слушай, капитан Очевидность, не надо мне, управленцу, объяснять такие элементарные вещи. Хочешь научу, как все быстро разгрести? Делай только то, что действительно важно, остальное — игнорируй. Само отвалится.

— Благодарю, попробую твою методу, когда в конце концов доедем домой, — выражает свое фе в очень культурной манере Эвер.

— Доедем, куда мы денемся. Пусть и задержались чуток, зато какого няня классного нашли, а?

— Ну это пока еще спорное утверждение.

— Бесспорное, поверь. Да, Шурик слабоват на женщин, ну а кто не слабоват? Ты вон тоже с утра пялился на мои очень даже скромные штаны. Или все-таки на задницу?

Эвер фыркает.

— Это было удивление твоим… непосредственным поведением.

— Да ты что? А ты меня, наверное, из монастыря похитил, поэтому ждешь зажатости и скованности? — ехидно интересуюсь, усевшись за стол и уминая завтрак.

— Нет, конечно. Я знаю, откуда ты пришла. И тем не менее… ты бываешь шокирующей.

— Придется потерпеть, — пожимаю плечами, отметив, что чувствую себя просто отлично, а кожа на руках выглядит белой и уж очень молодой. Я даже не помню ее такой.

Внезапная догадка заставляет меня бросит завтрак и перепуганным зайцем шугнуть к зеркалу. Блин! Ёжкин кот! Вот так и знала! Гадство!

— Что ты там шипишь? — спрашивает Эвер.

Подбегаю к нему, горя праведным негодованием.

— Вот ты бы лучше вместо того, чтобы рассказывать про свои обязанности, сообщил мне о том, что я помолодела. И сильно!

— Ты не рада? — Эвер очень удивлен.

— Не рада! Я надеялась, что на тридцати мое активное омоложение замрет и я останусь такой! Это был расцвет моей физической формы! Я была хороша до невозможности! Кубики на прессе, стальные мышцы. Огонь!

— И? — Эвер явно не понимает всей проблемы.

— А мне сколько по-твоему?

— Двадцать восемь? — пытается юлить мужчина.

— Не угадал, попробуй еще.

— Двадцать шесть? — спрашивает.

— Что ты прикидываешься? Специально меня злишь?

— Ни в коем случае, — отнекивается Эвер. — Двадцать четыре.

— Не зли меня, — почти рычу.

— Ла-а-адно. Я почти уверен, что тебе где-то… двадцать два?

— Укушу!

— Ладно. Двадцать. Может, девятнадцать.

— Да, блин! Двадцать! Знаешь, на что я была похожа в этом возрасте? — психую громогласно.

— На красивую девушку? — уточняет Эвер совершенно невозмутимо.

— Нет! На переваренную макаронину! Ни одной мышцы! Ни капли силы в руках! Ни-че-го! Мы попали, красавчик. С меня теперь такая защитница, как с тебя — учитель по вязанию макраме.

Глава 11

— Софья, присядь, пожалуйста, — Эвер берет меня за руки и усаживает на кровать, присаживается передо мной на корточки и спокойно продолжает. — Я понимаю, ты переволновалась и, возможно, немного испугалась… чего-то, но все хорошо, не волнуйся. Сделай глубокий вдох и спокойный выдох.

Пихаю его рукой,