Фантастика 2026-97 - Ольга Кобзева

Вот и засуетился «друг директора». Первые дни после разоблачения он еще хорохорился, рассказывал знакомым, что он ничего не боится, что он сейчас как «порешает все вопросики»… Только для решения возникших со стороны следствия вопросов надо или вариться в этом адском котле, под названием «правоохранительные органы», либо обладать обширными связями или… В любом случае, наш главный строитель не имел ни того, ни другого, только гипертрофированное самомнение, которое внезапно сдулось.

По моей просьбе, озвученной героическим опером Брагиным, следователь, при каждой встрече с начальником ОКСа рассказывала ему, что только погашение до суда причиненного ущерба может спасти его от реального срока заключения. И вот, подергавшись немного и убедившись, что равнодушная машина государственного следственного аппарата потихоньку подтягивает его к краю, чтобы безжалостно перемолоть, в мгновение ока превратив из преуспевающего, самодостаточного мужчины в лагерную пыль, человек задергался и начал паниковать.

— Мне с этого какая выгода? Зачем мне с вами о чем-то договариваться?

— Ну это… Я бы мог…- бывший начальник ОКСа замялся, не зная, чем меня можно заинтересовать: — Я мог бы… денег…немного, но есть.

— Вы смешной. — я криво улыбнулся: — Там вам насчитали…

Я закатил глаза к небу, показывая, какой ущерб насчитала бухгалтерия и продолжил:

— А к суду сумма, в виду инфляции, еще больше возрастет. А директор хочет вашей крови и ему будет приятно, что вас лет на пять отправят в места, не столь отдаленные. Я просто вижу, как он ваш приговор на доске объявлений повесит…

— Может быть можно что-то сделать?

— Можно. — отрезал я.

— Что вы сказали? — не поверил своим ушам мой недоброжелатель.

— Я сказал, что можно. Для начала вам надо устроиться на работу. Настоятельно рекомендую пойти работать в…- я назвал организацию –застройщика, с которой у меня был конфликт по поводу сдачи дома: — Меня интересует, что у них вообще творится и почему они не могут сдать готовый дом, да и вообще, любая компрометирующая информация.

— Но там же требуют рекомендации…

— Слушайте, мне без разницы, кем вы туда устроитесь, хоть землекопом, от которых вряд ли рекомендации требуют. — я сбавил тон: — Но, если требуется хорошая характеристика, завтра, в это же время, подходите, вы ее получите. Насколько я помню, вас уволили «по собственному»? Поэтому, проблем с трудоустройством на новом месте быть не должно.

Увольнять расхитителей «по статье» генерального директора отговорил я лично, без всякой задней мысли, просто не хотел возится с оформлением лишних документов. Вот теперь и эта недоработка могла мне пригодиться. Сухо кивнув взбодрившемуся собеседнику, я сел в машину и поехал домой, где меня ждал сюрприз, достаточно неприятный.

Центральный район Города. Частный дом.

За окошками знакомо заскрипели тормоза и подвеска санитарной «буханки», потом хлопнула калитка, возбужденно залаяли, гуляющие во дворе, собаки, и я бросился к плите, греть тушеную картошку с мясом. Ирина очень редко вырывалась домой на ужин во время дежурства, и было у нее на все-про все, всего полчаса.

— Мой руки, сейчас все будет готово…- я щелкнул кнопкой электрического чайника и внезапно замер — что-то было не то. Ира молча сидела за столом, низко опустив голову. И глаза у девушки были красные и опухшие.

— Что случилось? — я присел за стол напротив девушки.

— Ничего…

— Ира, солнце мое, давай, я тебя пытать не буду, а ты просто мне все расскажешь, как взрослые люди. У тебя времени мало, тебе еще поесть надо успеть.

Как оказалось, собрание трудового коллектива прошло на ура, вел его председатель профсоюзного комитета, так как руководство было на очередном совещании в департаменте. Все проголосовали единогласно, после чего поздравляли Иру, желая ей избрания, чтобы во время депутатства не забывала, откуда она и о своих коллегах. А после обеда, после возвращения с очередного выезда, доктор Кросовская заскочила к главному врачу, чтобы он, как руководитель, подписал протокол общего собрания и поставил печать…

— Он меня как девчонку…- одинокая слезинка скатилась с щеки Иры и упала в тарелку: — Бумагу порвал, сказал, что я малолетняя дура и не понимаю, куда лезу, а потом выгнал из кабинета. Я, наверное, завтра уволюсь…

— Даже не вздумай…- я положил руку на тонкое запястье: — Сейчас ты все доешь, потом хорошенько умоешься, и после этого поедешь на работу. И будешь улыбаться, улыбаться, как дура и хихикать, как птичка. Ты никому не покажешь своих слез. А с рекомендацией я вопрос решу. У нас три дня осталось, чтобы сдать бумагу, вот послезавтра я ее и оформлю. Не вешай нос, любимая, все будет хорошо.

— Правда? — Ира подняла на меня опухшие глаза.

— Правда, правда, даже не задумывайся об этом. Кушай скорее. А то за тобой уже скоро приедут.

Причина поведения главного врача лежала на поверхности — медиков, в обязательном порядке, призвали голосовать за кандидата от провластной партии, главного врача городской клинической больницы, и никаких других кандидатов здесь быть не должно.

Я подумал, не стоит ли поднять по этому поводу скандал, тем более, что порвав протокол общего собрания, главный врач подстанции «скорой помощи» забыл о наличии прошитого журнала с решениями таких общих собраний. Но, по здравому рассуждению, я понял, что одного журнала будет мало, а коллеги Иры все живые люди и в этом противостоянии администрации и молодой докторши они, безусловно, поддержат начальство, а значит, скандал не имеет никакого практического смысла.

Завод. Здание заводоуправления. Кабинет генерального директора.

— Ну и зачем нам это надо? — Григорий Андреевич оттолкнул от себя скрепленные листы с проектом решения общего собрания.

— Вам лично, возможно, и незачем, но большинство наших работников прикреплены к поликлинике номер… — я уставился прямо в глаза шефа: — А туда просто войти страшно. И этот кандидат в депутаты обязуется улучшить работу, как поликлиники, так и больницы.

— Паша, но я, лично, как бы, и не против…- шеф видимо не хотел со мной ссориться и аккуратно подбирал слова: — Но послезавтра у нас встреча с директором завода шоссейных машин, который выдвигается от партии президента…

— Григорий Андреевич, если вам интересно, то вы не на того кандидата ставите. В ближайшие десять лет у нас в Городе при власти будут, в основном, депутаты от оппозиции.

— Ты сейчас пошутил так?

— Абсолютно серьезен. — я пожал плечами: — В Москве решили проводить эксперимент,