Фантастика 2026-71 - Юрий Иванович

– Вы меня заинтриговали! Неужели вам приходилось участвовать в сражениях?

– Можно сказать и так. И только по стечению множества удачных обстоятельств я имею счастье беседовать с вами лично.

– Тогда вы, скорее всего, придворный. Умеете льстить и выжили именно в дворцовых баталиях. Угадала?

– Нет, там бы я не выжил и дня. Хотя… Очень скоро, может быть, придется сражаться и в таких местах тоже.

– А с кем это вы переговаривались перед отъездом?

Как ни был в тот момент Зиновий словоохотлив, но на такую уловку не поддался. Загребной четко сказал, как должен представляться каждый из его спутников, если возникнет такая необходимость. Поэтому коротышка заученно отрапортовал:

– Это один из помощников господина торгового атташе.

– Не слишком ли он фамильярно обратился к вам, господин граф?

– Вы знаете, для близких друзей и очень хороших людей я всегда буду оставаться простым человеком, без всяких титулов. Между нами титулы категорически неприемлемы. Ценятся только человеческие качества.

Гали набралась терпения и решила во что бы то ни стало выпытать у графа как можно больше сведений как о графе Фаурсе, так и о его помощнике. Поэтому задала еще один вопрос:

– Какими же качествами обладает этот парень?

Уж тут Зиновий Карралеро мог отвечать смело. И он принялся, не называя имен и с некоторым налетом сказочности, описывать те приключения, которые ему с другом пришлось пережить совсем недавно.

Весь вечер граф Фаурсе провел в делах. Вместе с Люссией он осмотрел строения, которые подобрал для покупки Раст. Простой аптекарь и недавний дезертир выходил на новую высоту. И не только как Шабен – тут он перескочил уже на пятый уровень, и в его возрасте это означало, что будет и дальнейший прогресс. После обсуждения в семейном кругу иномирцев демону предоставили место генерального директора всей зарождающейся медицинской промышленности. Уяснив пользу пенициллина и разобравшись с процессом его создания, он отправился подыскивать подходящие для этого помещения. И отыскал их довольно скоро.

Как и требовалось изначально, строения находились на Платформе, были практически новыми и возле них имелось достаточно свободного места для постройки новых цехов и лабораторий. К тому же удачно получилось, что все это принадлежало одному владельцу, который особенно не торговался. По задумкам отца с сыном, продукция этого мощного комплекса по производству лекарств будет распространяться не только в одном отдельно взятом королевстве, а по всему континенту.

Другие комплексы планировалось создать в четырех частях этого громадного куска суши и использовать их для постоянного притока капитала. Например, в Салламбаюре уже было отменно налажено производство любых химических ингредиентов, а идущее полным ходом развитие машиностроения могло в будущем сделать Салламбаюр монополистом в создании самых разнообразных технических новинок. Со временем можно определить возможности регионов, в которых обосновались Виктор и Федор, и скооперироваться в создании продукции, что впоследствии должно привести к частичному контролю всей производственной сферы континента.

Планы, конечно, грандиозные и во многом пока чисто умозрительные – но почему бы не попробовать действовать и в этом направлении уже сейчас?

А еще Семен, зная о мировом лидерстве королевства Мрак в производстве швейных изделий, решил подгрести под себя, а вернее, под остающегося здесь Алексея и эту многоприбыльную сферу деятельности.

Один из работников посольства уже подобрал для просмотра несколько крупных предприятий, которые буксовали в развитии и не решались быстро сменять ассортимент своих изделий. При небольшом вливании капитала и грамотном руководстве эти пионеры капиталистического мира могли в кратчайшие сроки закидать отличными костюмами половину населения планеты. Это не говоря уже о массе других, еще не засвеченных здесь предметов одежды.

Вначале Семен излазил все цеха и подсобные помещения будущего центра фармакологии. Снующая за ним хвостиком Люссия мешала ему нормально думать, и его мысли все время уходили в нежелательную сторону. Поэтому он просто возрадовался, когда прибыл на территорию, намеченную под швейные предприятия. В демоническом мире там возвышался холм, который сразу же разграничил два мира. И Загребной, предложив демонессе вернуться в замок, поскакал вперед в сопровождении представителя посольства. В подобных случаях, чтобы не отвлекаться на расплывчатые контуры недр демонического мира, Шабены отключали свое умение, оставляя лишь способность разглядеть демонов, которые могли там встретиться.

Семен обходил покупаемые помещения, осматривал дворы и прилегающие участки, а сам нет-нет да и возвращался к своим отношениям с Люссией. В последнее время сама мысль о ней как-то странно будоражила и наполняла тело томящей негой. Или, иначе выражаясь, обыкновенной человеческой страстью. Семен с некоторой грустью понял, что стал забывать об утрате несравненной Нимим, павшей от рук злобных пиратов. И уж совсем редко вспоминал о своей первой жене, матери всех его четверых детей. Он расстраивался, его мучили угрызения совести, но он не мог не думать о маркизе Фаурсе. Это уже стало мешать ему заниматься делами, но поделать с собой он ничего не мог.

Перспективы дальнейших его отношений с Люссией порой приводили Семена в веселый ужас. Он отыскал в посольстве одну редкую книгу и был в шоке, узнав, что подобные отношения между Шабенами обоих миров не так уж сверхъестественны. За обозримую историю это случалось сотни раз и нашло отражение в хрониках. Правда, в хрониках, написанных не для широкого пользования, а, скорее, лишь для тех, кто пытался вести яростную борьбу с подобными, как они говорили, извращениями. И в книге приводились конкретные цифры и факты.

Оказалось, что полноконтактные, со всей гаммой ощущений, отношения между Шабенами из разных миров могли осуществляться лишь при наличии шестидесятого уровня с одной и тридцатого уровня с другой стороны. Или, соответственно, шестидесятого и двадцать пятого, но тогда удовольствие получала лишь высшая сторона. Отдельно указывалось, что более высокие уровни, чем шестидесятый, как правило, не прибавляют ощущениям ничего нового. И делались такие утверждения потому, что в таком зрелом полувековом возрасте, когда приходят подобные умения, ни демонам, ни людям уже не до секса. Тут же всплывала в памяти двадцатилетняя внешность Люссии, которой на самом деле было около пятидесяти лет, и тяга самого Загребного, которому скоро исполнится сорок пять. Выходило, что книги врут, а чтобы в этом убедиться, стоило дождаться возрастания своего уровня, сделать отчаянный шаг к окончательному сближению и доказать или опровергнуть выводы борцов против смешения крови человеческой с демонической. Ждать вроде как оставалось недолго: пятьдесят седьмой уровень уже сейчас давал возможность Загребному расплавить небольшой кусок железа или превратить в ледяную глыбу даже мчащуюся волну объемом несколько кубических метров.

Правда, по поводу рождения потомства сразу давался категорический