Фантастика 2026-49 - Ирина Николаевна Пименова

Бабушка происходила из старинного рода, от которого еще остались некоторые раритеты вроде не самых дорогих, но изысканных украшений. В детстве Алекса обожала возиться с ними, надевая на себя все, что могла, из шкатулки.

— Но не в качестве украшений, — предупредила мама. — Есть небольшой набор, подходящий к твоему платью. Набор из аквамарина. Серьги, кольцо и подвеска. Твоя задача: пока ты с Кареем, сделай так, чтобы он хоть раз дотронулся до камня.

— Но… зачем?

— Судя по всему, он все-таки испытывает к тебе какие-то чувства, но в чем-то колеблется, явно чему-то уступая. Если тебе хотят причинить зло, аквамарин поможет ему стать решительнее и помочь тебе.

Алекса промолчала, хотя ей не понравилось, что родители так говорят о происходящем между нею и Кареем. Мелькнула странная мысль: не значит ли ее недовольство, что и она, как выразился папа, испытывает к Карею какие-то чувства? Но пока эти чувства перевешивало радостное ожидание: завтра она будет не просто в платье, но и с украшениями к нему!..

А наказ отца… Что ж, выполнить нетрудно: Карей постоянно предлагает ей руку для опоры. Скользнуть камнем кольца по его коже легко.

— …Прошу, — сказал Карей и протянул ей руку, помогая подняться с сиденья.

Она словно неловко ткнулась в его ладонь тыльной стороной своей кисти, кольцом, опустила глаза, чтобы он не заметил победной улыбки («Есть!»), и быстро встала.

Он остановил машину прямо у крыльца в за́мок, и Алекса, крепко держась за его руку, простецки открыла рот, глядя на вычурно вырезанные мраморные колонны, на декоративно отделанные громадные окна в пол. Карей взял ее руку и осторожно положил себе на сгиб локтя. Она оглянулась на движение, встречая его улыбку.

— Тебе нравится?

— Очень!

Он кивнул и повел ее к открытым входным дверям. Вот теперь Алекса прочувствовала, что ее привезли на бал! Если сначала она еще сомневалась насчет своего платья (не слишком ли оно роскошно?), то теперь с облегчением поняла, что и платье, и украшения к нему, как говорят в университете, в тему.

И вот это Карей назвал вечеринкой?

Мужчины — некоторые во фраках, большинство — в смокингах, как Карей. Дамы в вечерних нарядах, которые разнятся от платьев, где открытый лиф продолжается пышной, на фижмах, юбкой в пол, до кусочка ткани, еле держащейся на единственной бретели через плечо. И уж драгоценностями усыпаны так, что Алекса возблагодарила родителей, которые разрешили надеть прабабушкин гарнитур!..

Громадная и просторная гостиная, которую Алекса помнила по снимкам, превратилась в праздничный зал. Блеск дамских драгоценностей, отражавших бесчисленное количество огней, освещавших зал, создавал сказочную атмосферу.

Карей слегка сжал ее руку и спокойно сказал:

— Ничего не бойся. Просто ходим и со всеми здороваемся.

— Хорошо, — послушно сказала Алекса, растерявшаяся было, куда идти и на что смотреть в первую очередь.

— Сначала подойдем к моим родителям поздороваться. Потом будем свободны.

Он сказал это спокойно, но, поневоле настороженная, девушка вслушивалась в его голос и ощутила сильное напряжение. Он боится за нее? Или за себя?

Родители Карея приняли ее благожелательно, если не радостно. Такое впечатление, что они опасались — вдруг она не придет, и теперь чуть не с умилением смотрели на нее.

После короткого разговора о погоде и об университете мать Карея сказала:

— Гуляйте и не обращайте внимания на гостей. Я поняла, что вам нравится за́мок. Если хотите, могу показать его, да и вообще провести экскурсию.

Алекса вопросительно взглянула на Карея и с трудом удержала улыбку на губах: он побледнел так, словно его мать предложила спуститься в подвал с привидениями.

— Спасибо, — звонко сказала девушка. — Но и здесь столько интересного! Пока весь зал обойду, мне Карей, наверное, расскажет немного, что здесь и как.

Локоть парня, чуть не до боли прижавший ее руку, расслабился.

А Алекса мрачно, продолжая улыбаться, подумала: «Ведет себя так, как будто у него родители — людоеды».

Несмотря на невеселое настроение Карея, Алекса была очарована происходящим. Где еще увидишь такие интерьеры, где современность непринужденно вписана в архаику? И все это было очень интересно разглядывать под негромкий оживленный разговор присутствующих, под ненавязчивую музыку струнного оркестра, расположившегося в одном из углов зала. Алекса быстро освоилась, тем более Карей будто взял ее под свое крылышко, ни на секунду не отпуская от себя. А уж рядом с ним девушка чувствовала себя защищенной.

Из ниоткуда появился официант, и Карей снял с его подноса бокал.

— Держи.

— Спасибо.

Девушка взяла бокал, пригляделась к прозрачной жидкости и поняла, что это шампанское.

— А ты?

— Мне нельзя.

Он наконец пусть и виновато, но улыбнулся.

Но Алексе стало любопытно.

— Из-за того, что ты огневик?

А когда он кивнул, она пожала плечами:

— Может, и мне тогда не пить? За компанию?

— Хотя бы попробуй. Говорят, наше вино — одно из лучших.

Она успела пригубить бокал, когда к ним подлетела хорошенькая девушка, в которой Алекса не сразу узнала кузину Карея — Маргот. Но узнала, сразу насторожилась и взглянула на парня. Карей словно закаменел, глядя на Маргот.

— Карей, тебя ищет мама! — Маргот очаровательно улыбнулась Алексе и весело сказала ей: — Я заберу вашего кавалера на минутку! Если не хотите скучать — загляните сюда, — она кивнула в сторону широкого, ярко освещенного коридора поблизости. — И вы неплохо проведете время в компании достопочтенных предков Тиарнаков.

— Там портреты? — заинтересовалась девушка.

— Точно! — расхохоталась Маргот, чем привела Алексу в некоторое недоумение: вроде ничего такого смешного она не спросила.

Алекса попыталась высвободить руку, крепко прижатую Кареем к себе.

— Карей, — внезапно жестко сказала Маргот. Будто напоминала о чем-то.

Парень опустил руку, но продолжал стоять на месте, не глядя на Алексу. Ничего не понимая, девушка смотрела, как Маргот буквально тянет и толкает его в сторону, где, как она сказала, ждет его мать. Странно. Почему он так не хочет оставлять ее, Алексу, в одиночестве? Да и какое тут одиночество, если она немного побродит, посмотрит картины, а потом и он вернется?.. Оглядевшись, девушка поставила на приступок стены бокал с недопитым шампанским и с любопытством переступила порог коридора.

И все тело пронзила странная сладкая судорога. Она замерла, внезапно отрезанная от шума за спиной. Прислушалась. Полное впечатление, что ее позвали — и она должна бежать туда, где ждет ее счастье.

И будто в голове что-то раздвоилось. «Вот оно, — настороженно сказала Алекса-наблюдатель. — Приворот активизировался. Будь осторожна!»

«Буду, — пообещала взволнованная радостным предчувствием Алекса-влюбленная. — Только ты мне не мешай. Мне так хочется насладиться…»

«Чем? Дуреха, — проворчала Алекса-наблюдатель. — Сама еще не знаешь, что тебя ждет, а уже прям таешь! Еще раз: не торопись! Мало ли что там — впереди!»

Она шла по коридору, чувствуя, что идет несколько комично, потому что две ипостаси заставляли тело то двигаться быстро,