"Фантастика 2026-97". Компиляция. Книги 1-35 - Ольга Кобзева

хмырей, бросив машину с заведенным двигателем и трубу, висящую на талях. Хочу спросить, если труба выпадет и кого-нибудь придавит, вы следователю тоже будете рассказывать эту хрень, или скажете, что я, якобы, за все отвечаю? Мне кажется, что ваш бред никто слушать не будет. Просто посадят водителя, если его машиной кого-то задавило, крановщика, ответственного за технику безопасности, и тебя, Мириам Степановна…

— И что сейчас делать? — растерялась директор, которая ситуацию рассматривала только под углом «Громов втянул меня в какой-то блудняк».

— Давай, собирай этих двух и «стропалей», только дай им чистую тряпку, а то они своими масляными штанами мне все чехлы изгадят, и присылай туда сварщиков и трактор, чтобы сегодня все закончили, а то у вас трубы и бетонные лотки кто-нибудь умудрится отобрать.

Уставший по жизни «ЗИЛок-Труман» с ржавым полуприцепом на хвосте мы нашли на соседней улице, слава Богу, еще с трубами.

Больше времени у меня ушло, чтобы выгнать водителя из салона, а вскрыл свою кабину и завел, соединив провода «напрямую» он за пять минут. Пока крановщик раскочегаривал свою бандуру, а выскочивший на рев дизеля, сторож стройки, очевидно, звонил своей крыше или сообщникам, я позвонил с уличного таксофона в кабинет Максима.

— Ты сегодня говорил, что твои сотрудники готовы на выполнение любого задания?

— Ну… и в чем вопрос?

— Бери всех и приезжай. — я назвал адрес.

— Зачем?

— Ты сегодня сам плакал мне в жилетку, что начальство давит, требует результат. Или тебе результат не нужен?

— А он будет, результат то?

— Все в ваших руках, товарищ начальник. Только приезжайте скоренько, а то будете мне на лечение деньги собирать.

Я не стал слушать вопли начальника отделения, что он на меня ни копейки не сдаст, а положил трубку. Будем считать, что я этого не слышал, а в нашем коллективе царит атмосфера дружбы, взаимовыручки, уважения и товарищества.

Честно говоря, когда из двух подъехавших машин — «копейки» и «двойки», полезли сбитые хлопчики в «кожанках» и слаксах, я не сразу узнал своих коллег, успел испугаться за состояние своего здоровья, решив, что бандиты приехали первыми. Но видимо, судьба мне сегодня благоволила, и когда ко мне подошел, с самой кислой мордой мой непосредственный начальник, я улыбался ему во все тридцать два зуба.

— Ну что у тебя тут?

— Смотри. — я шагнул за угол и кивнул в сторону разрытой траншеи. К этому времени полуприцеп успели загрузить, выкладывая трубы вдоль траншеи, и тягач уехал за новой партией, а одинокий крановщик, потеряв меня из виду, испуганно выглядывал из своей кабины.

— Здесь работают рабочие из конторы Мириам. Сегодня утром на них наехали четверо бандитов, немного поугражали, разбили стекло в кабине у крана и угнали "ЗИЛок', который бросили на соседней улице. Сейчас, по идее, они должны снова приехать, так как сторож на стройке, который, как я думаю, у них на связи, должен был уже дозвониться…

— Громов, ты сам себя то слышишь? Я ничего не понял из того, что ты мне рассказываешь.

— Видишь кран? Сейчас к нему приедут несколько бандитов и начнут щемить крановщика. Их прислал кто-то, что третий месяц не дает сдать вот этот прекрасный дом государственной комиссии. Мы должны задержать бандосов, привезти их в нашу замечательную контору, расколоть, на кого они работают и облегчить карманы их хозяина. Теперь понял?

— Вот так бы сразу и сказал. Парни, рассредоточиваемся.

Тихий центр. Улица Красного переворота.

Вообще, получилось очень красиво, я даже, сам себе, поаплодировал. Ленивые бандиты приехали минут через двадцать, бросили свою «девятку» поперек дороги и самого крана, лениво выбирались из тесного для пятерых салона и долго окружали кран, из которого, ни жив, ни мертв, наблюдал за ними, полуобморочный крановщик. А тут еще, для полноты картины, из-за угла вырулил наш «ЗИЛ» с новой партией труб в полуприцепе, чей водитель, разглядев эту безобразную картину, принялся отчаянно тормозить, отчего прицеп пошел юзом, чуть не зацепив, припаркованные вдоль тротуара, автомобили.

Пока «бандосы», сплёвывая шелуху от жаренных семечек, пальчиком выманивали крановщика из кабины, количество присутствующих критически возросло.

— Берем их! — гаркнул Максим, и началась короткая, но яростная схватка — написал бы я, но яростного там ничего не было. Жуликов ошеломили возникшие за их спинами фигуры, да и двукратное преимущество сил правопорядка сыграло свою роль.

— В отдел их везите и колите до жо…ы. И «девятку» их приберите и пробейте, я очень сомневаюсь, что они ее купили.

— Э, козлы, это моя машина! — из снега вынырнуло круглое лицо одного из жуликов, зло глядящего на нас: — Даже не вздумайте ее трогать!

— Ладно, я здесь останусь, надо проконтролировать, чтобы сегодня закончили. — я благодушно хлопнул Макса по плечу, на что он недовольно поморщился: — Только не вздумайте их отпускать.

Тихий центр. Улица Красного переворота.

Как не спешили, закончили очень поздно. Подвели сварщики, которые неторопливо разворачивали свой аппарат, неторопливо зачищали и варили трубы, но когда-нибудь и это свистопляска должна была закончится.

Около полуночи я зацепил последний металлические проушины за стропы (стропальщики технично испарились, как только на землю спустилась ночная темень), взобрался на блок и помог крановщику ровно закрыть теплотрассу последней плитой, на радостях, дал мужику «десятку», помог поднять упоры, и через двадцать минут кран покатил по притихшим улицам в сторону своей базы, а я, кое как оттерев салфеткой руки, завел машину и покатил… Покатил к офису, где квартировало отделение «О» ОУР Дорожного ОВД. Жаль, что Мириам кинула меня с трактором, который должен был закопать. траншею с трубой, чтобы я мог считать дело законченным, но она и так расстаралась, Бог с ней, простим ей долги наши… или как там правильно, ейные?

Охранник на входе в офисное здание посмотрел на меня с плохо скрываемой неприязнью. Совсем недавно страж дверей запирал их на «клюшку» в семь часов вечера, после чего предавался сладкому ничегонеделанью, а сейчас, ночь-полночь, мимо бегают заполошные менты в штатском, водят каких-то подозрительных людей в наручниках, ну где тут спокойно сварить пельмени и почитать книжку Хейли в мягком переплете.

На нашем этаже, за металлическими воротами я обнаружил идиллическую картину: — стоя в классической позе пойманных «бандосов», упершись лбами в стены, стояли четыре крепких парня и громко декламировали частушку, что-то про девок и конную милицию. Помогал им в этом парень в СОБРовском комбезе и маске