Фантастика 2026-4 - Артемий Скабер

ухода графа Ормса и леди Арельс, в столовой на время воцарилась тишина. Лианна молча рассматривала свое отражение в чашке, так и не решаясь поднять головы. Морес сидел напротив. Такой красивый, такой спокойный. От одного его присутствия, девочку бросало в жар.

Ей отчаянно хотелось заговорить, но все слова, что приходили на ум, казались такими глупыми и нескладными. Зато Джер, судя по всему, не испытывал никаких неудобств. Взяв с блюда очередной блин, он первым нарушил молчание.

— Знаешь, Мор, почему эти лепешки такие тонкие? — в серых глазах блеснула насмешка, — Да чтобы виконтесса могла их есть, не раскрывая рта.

Вздрогнув, как от пощечины, Лианна прикусила губу. Алесия бы сейчас сразу нашлась, что ответить. Ей же на ум не приходило ни слова.

К счастью, Морес, как и положено благородному человеку, поспешил вмешаться.

— Джер, перестань.

Мальчишка хмыкнул и весело встряхнул головой.

— Но ведь я прав. Виконтесса ни разу не произнесла ни слова. Может она такая же немая, как карпы в отцовском пруду?

— Джер!

Лианна неслышно набрала в грудь воздух.

— Что вы хотите от меня услышать, виконт?

— Что-нибудь умное. — Джер подпер щеки руками и в ожидании уставился на девочку. — Ну же, Ляля, удиви меня.

Лия крепче вцепилась в чашку, жалея, что не может выплеснуть ее содержимое нахалу в лицо. Ляля! Когда же Джер уже забудет это детское нелепое прозвище? Да, десять лет назад она представлялась всем именно так. Но ведь столько лет уже прошло!

Не дождавшись ответа, паренек весело фыркнул.

— Не можешь ничего придумать, Ляля? Все потому, что у тебя глупое, лошадиное лицо!

— У лошадей не бывает глупых лиц. — буркнула девочка первое, что пришло на ум. — Зато у тебя лицо ослиное.

К ее разочарованию, Джер совершенно не обиделся. Напротив, он чуть подался вперед и расплылся в своей извечной, дурацкой улыбке.

— Ну-ну, Ляля, не надо обижать ослов.

— Перестань меня так называть!

— А то что? — ухмыльнулся мальчишка. — Кстати, почему сегодня в твоих волосах нет цветка? Тебя забыли с утра повозить головой по клумбе?

Морес, видя, что его оклики не доходят до адресата, ухватил брата за плечо.

— Мор, ты чего?

— Забыл кое-что сказать тебе по пути. — он повернулся к Лианне. — Виконтесса, вы не возражаете, если мы ненадолго выйдем?

— Н-нет. — пискнула Лианна, прижав ладони к щекам.

Ей определенно нужна была передышка. А Морес… Морес в очередной раз поступил как герой.

* * *

Оказавшись в коридоре, Морес несильно толкнул брата к стене и склонил голову так, чтобы их глаза оказались примерно на одном уровне.

— Ну и что это сейчас было? — тихо спросил он.

— Где? Я ничего не замет…

— Джер, если ты не прекратишь, я буду вынужден рассказать обо всем твоему отцу.

Презрительно фыркнув, мальчишка отвел взгляд.

— Ну и говори. Кто я такой, чтобы что-то тебе запрещать?

Морес только тяжело вздохнул.

— Вот объясни, чего ты добиваешься?

— А разве я чего-то добиваюсь? — наигранно удивился Джер. — Ну подумаешь, сказал пару фраз. На такую ерунду может обидеться только Ляля.

Мимо тихо прошмыгнула служанка. Дождавшись, пока она скроется вдалеке, юноша легонько встряхнул брата за плечо.

— Послушай, с юными леди… вообще с любой леди, так вести себя нельзя. А виконтесса всего лишь маленькая девочка, которую твои слова ранят до глубины души.

— А чего она? — начал Джер и прикусил язык. — Почему она вечно ведет себя так глупо?

— А ты ведешь себя умнее? — невесело усмехнулся Морес. — Я тебе уже говорил, повторю еще раз. Если не отбросишь свои штучки, то рано или поздно ты горько пожалеешь о каждом грубом слове в адрес виконтессы. Только вот изменить ничего уже будет нельзя.

— Она меня раздражает, — пожаловался паренек. — И если бы мне пришлось на ней жениться, я бы лучше сбежал из королевства.

Морес ничего не ответил. Но взгляд его стал таким красноречивым, что Джеру захотелось лягнуть брата по ноге. Останавливало только осознание, что можно крепко получить в ответ.

И одно дело, если Мор надрал бы уши дома, без свидетелей. Но здесь лучше не рисковать. Поэтому паренек ограничился еще одной выразительной гримасой.

— Да! Я бы точно сбежал из королевства. Потому что она мне не нравится. Глупая, замкнутая, самодовольная гусыня.

— Все сказал? — в карих глазах мелькнула едва заметная насмешка.

— Мне надо подумать.

— Подумай. — разрешил Морес. — А потом мы вернемся в столовую, и ты будешь вести себя, как достойный наследник своего отца, а не как всеми обиженный ребенок.

Джеральсон-младший сердито засопел. В целом, у них с братом были замечательные отношения. Но иногда Мор вел себя как самый последний зануда. И мальчишка ненавидел такие моменты всей душой.

Хотя он хорошо знал, что Морес никогда не пожалуется отцу. Потому что не хочет того огорчать.

— Я никогда не вел себя как ребенок. — пробурчал паренек, просто чтобы оставить последнее слово за собой. — Но если ты так хочешь — пожалуйста! Я больше не издам ни звука, пока мы находимся здесь.

Морес окинул его долгим испытующим взглядом и, улыбнувшись одними уголками губ, кивнул.

* * *

Алес и не подозревала о драме, которая разворачивалась в столовой. Выйдя из замка в компании старого Ормса, она была озадачена куда более серьезной проблемой. А именно — пыталась сообразить, что из заброшенных зарослей вокруг замка, и есть тот самый старый сад?

Садовника среди оставшихся слуг не водилось. Кусты по утрам тоже никто вроде бы не подрезал. Даже на дрова для кухни. Вот и куда вести гостя? Мужчина смотрел с ожиданием, не торопясь проявлять инициативу, и Алес, мысленно чертыхнувшись, решила пойти более коротким путем.

Граф же хотел поговорить? Значит локация для него — дело вторичное. Просто предлог, чтобы остаться наедине. А для этого вполне подойдет и двор. Свернув на первую попавшуюся дорожку, девушка повернулась к спутнику.

— Ваше сиятельство, вы желали что-то мне сказать? Здесь нас тоже никто не услышит.

Ормс поднял брови и с повышенным интересом оглядел выкрошившиеся камни, которыми некогда была вымощена дорожка. Затем он перевел взгляд на рыхлую землю, где еще вчера торчали сорняки, и покачал головой.

— Нет, Алесия, я действительно хотел взглянуть на сад.

— Боюсь, сейчас он