Фантастика 2026-112 - Арлен Аир

спустя час или два. Разбудили горны, предупреждающие о нападении. У нас были пожарные отряды, которые уже вступили в бой, но, видимо, их не хватит, чтобы сдержать противника. Поэтому я вскочил, быстро снарядился, отдал мысленный приказ всем своим на сбор возле северо-восточного выхода из лагеря, после чего сам рванул туда.

Прибыл я последним, что неудивительно, ибо спал только я. Остальные или проснулись раньше, или решили не ложиться вовсе. Выглядели они все, конечно, помятыми и уставшими. Мысленные ответы были примерно такими же, так что была опасность «промахов». Несколько волн самоисцеления помогли взбодриться, но это эффект временный.

Сама стычка оказалась весьма масштабной. Нет, понятное дело, что противник просто просчитался со временем и ударил позже запланированного, но всё же многие бойцы не были готовы к сражению: в броне, но без оружия. Время завтрака — оно такое. Но даже так три сотни человек пожарной команды из нашего Легиона и примерно столько же из соседних смогли сдержать первый удар неприятеля, а потом начали подтягиваться остальные. В частности, и мы.

В бой вступили буквально с ходу, проскочили между нашими отрядами и устроили резню. Даже план не продумывали, просто делали всё, лишь бы сократить численность противника на том или ином участке. Когда кто-то оказывался ранен, применялось самоисцеление мной или Никой, я систематически использовал клич, мы хоть и не теснили врага, сами немного проседали под его натиском, но о нас убивались многие. И вообще мы отступали только из-за того, чтобы не сражаться на трупах. Сложно, рискованно, можно навернуться и подставиться под удар.

Но всё происходило словно на автомате, я был как замысловатый механизм, цель которого одна — убивать. И я это делал. Даже не задумывался. Кромсал, рубил, прокалывал. Один раз сдуру умудрился разрубить человека буквально пополам, осознал это уже спустя ещё несколько убийств, глянув в ту сторону. Подметил, удивился, кинулся в бой дальше.

То, что враг будет пользоваться городом как плацдармом, было понятно с самого начала. Нужно было его взять, занять и уже самим атаковать дальше, опираясь на него. К слову, те несколько осадных орудий, которые ночью умудрились подтянуть к другим Легионам, уже начали отрабатывать по максимуму, засыпая врагов то ёмкостями с воспламеняемыми смесями, то банально камнями. И целились примерно в край города, блокируя выходы из него в нашу сторону. Сначала это оказывало слабый эффект, но потом количество противников сократилось разительно.

И в этот момент прозвучал горн с другой стороны. Видимо, афиняне слишком долго собирались с силами в Элевсине, долго думали, нужно ли нападать, но всё же решились. Пришлось отправлять туда Нику со своим отрядом, чтобы они помогли сдержать натиск с той стороны. Наш Легион сейчас оказался между молотом и наковальней. Могло быть худо.

Нам на помощь начали подходить и другие отряды. Нас не бросали, но им приходилось оголять свои фланги, чтобы помочь. Ибо было даже непонятно, сколько именно бойцов бросил на нас противник. То, что пока так можно делать, мы знали. Но вот если начнётся наступление кавалерии, которой у нас особо-то и нет… как минимум — будет неприятно. Десять километров для них — вопрос десяти-пятнадцати минут, пехота может не успеть вернуться.

Но пока всё складывалось достаточно хорошо: мы держались, незначительно отступали в обоих направлениях, но продолжали уничтожать противника. Да, болезненно, мы тоже несли потери, но не такие большие, как враг. Можно было продолжать.

И в какой-то момент всё закончилось. Враг протрубил в свои горны, простучал в барабаны… и их отряды отступили в обоих направлениях. Просто взяли… и бежали, завалив нас трупами. Ну а мы не стали гнаться. Это могла быть ловушка, попав в которую мы могли потерять многих и очень многих. Плюс, нужно было сделать подготовку к ночи — сжечь или обезглавить трупы.

Это была уже рутина, к которой привык даже я. Каждый боец ходил и с почти полным спокойствием делал это. Тела наших забирали и оттаскивали в лагерь, чтобы обеспечить им достойное погребение, противника же просто бросали в кучи и сжигали. Ничего ценного на них не было, иногда встречалось магическое снаряжение, которое я передавал дальше на оценку и склады. Благо, таких бойцов было достаточно.

Но сейчас становилось понятно: нам нужен элитный прорывной отряд. Нам нужна была десятка Легенд, у которых в подчинении свои десятки бойцов. Нам нужна была полноценная сотня видящих, которые способны видеть свойства своего снаряжения, а потом, основываясь на этом, взаимодействовать грамотно в бою.

И надо будет именно этим в ближайшее время заняться. После Элевсина — гарантированно. И плевать, что скажут царь или его сын. Мне нужна была сотня бойцов, мне нужен был отряд, чтобы спокойно в будущем штурмовать противника, уничтожать разбойников. Поднять на ноги, если повреждения не критичные, я смогу, а Ника тем более. Она даже мёртвого поднимет, если тот умер не так давно. Буквально.

— Если на будущее… то идея достаточно хорошая, — хмыкнул Мелл, которому перепало стать старшим всей ставки. — Желающих на самом деле много. Сможешь устроить отбор.

— Хорошая? — удивился я. — Честно, ожидал, что ты будешь против.

— Бойцы устали, скажу тебе так, — уселся он на свою койку, протерев глаза. — Нужен символ. Причём в качестве символа нужен не полубог, а обычный боец. И, думаю, сотня под твоим началом будет отличным показателем. Но это я так думаю. Как остальные решат — не могу сказать. Вообще, можно с каждого Легиона по десять человек выделить для отборов, на общей боеспособности не скажется вообще.

— Спасибо, — улыбнулся я.

— Пока не за что, — пожал он плечами. — Всё равно после взятия этих двух городов.

— План пока не выработан? — посмотрел я на карту, которая висела у него в палатке. — Или пока всё так же, буксуете, думаете, как сражаться?

— Букс… что? — нахмурился он. — Хотя примерно понял. Да, думаем пока. Чёткого виденья нет, полученная информация от пленников хороша, но её слишком мало. Что внутри Элевсина — вообще непонятно. Нам бы туда кого-то своего заслать да проверить.

— У меня есть подходящий человек, — мысленно я тут же связался с ней.

— Дочь Гермеса? — удивлённо уточнил он, а потом более спокойно продолжил: — Может сработать. Особенно если она проберётся в город незамеченной, украдёт одеяния жриц Деметры, а потом в таком виде побродит и соберёт всю информацию.

— Тогда я сделаю это, — материализовалась она буквально