Фантастика 2026-49 - Ирина Николаевна Пименова

Ферди сделал последний шаг и очутился за пределами пентаграммы. Теперь он мог оглядеться, не выпуская из поля зрения Брэда, чуть левее от него.

В гостиной Дома Отшельника уже горело и дымилось всё, что только могло: опрокинутые чашки с зельями и заговорными маслами дали щедрую пищу для огня поваленных свечей. Прямо напротив стоял чёрный маг, который словно чего-то выжидал. Чуть левее Брэд ссутулился над Ларой — кажется, ножом срезал верёвки. Дван больше не бегал на цыпочках, пытаясь в обход добраться до Ферди. А Ферди старался не глядеть на двух парнишек возле внутреннего круга: а если Камп сообразит их или собаку поранить с расстояния? Достаточно крови, пролившейся внутри самой пентаграммы, чтобы ручонки оживившегося демона сумели напрячься и выбросить тельце хозяина на поверхность реального мира.

Сознаёт ли Камп, что границы пентаграммы порваны и что опасность грозит теперь всем? И ему самому в том числе? Что демон теперь спокойно может сбежать из пентаграммы, которая была рассчитана именно для того, чтобы удержать его?

Странное движение началось в гостиной Дома Отшельника, пока Ферди соображал, как можно «утопить» вора-могильщика. Двумя группами одиннадцать Плёточников медленно с обеих сторон от пентаграммы подходили к чёрному магу.

Внезапно Ферди сообразил, почему чёрный маг не подумал о том, чтобы ранить оставшихся в пентаграмме деревенских ребят или сенбернара. Камп смотрел прямо на него — с ненавистью. И парень знал — почему. С мгновения, как он встал и «представился» полным именем, Камп просто исходил к нему злобой и чувством мести. Карея управляющий вынужденно проводил до замка, когда тот нечаянно попал во владения де Виндов и его узнал один из лесничих. А теперь появился второй внук! Не просто внук богатого землевладельца, но единственный человек, который мог легко сорвать ритуал! А ведь, наверное, чёрный маг так надеялся уже сегодня найти наруч!

Да что в нём такого, в этом наруче, если чёрный маг ради него может себе позволить пожертвовать своими друзьями?!

Контролируемые чёрным магом одиннадцать человек остановились по сторонам от Кампа — и он что-то повелительно им бросил. Двое направились к Брэду. Тот поднял голову взглянуть, что за движение, и заторопился. Вскрикнула Лара. Кажется, второпях Плёточник нечаянно порезал ей руку… Ферди резко подтолкнул Рика:

— Помоги ребятам выйти из круга! Быстро!

Парнишка оказался сообразительным. На вскрик Лары отвлеклись все — и Рик бросился снова в пентаграмму, где схватил за подмышки Варда, который, уже освобождённый Региной от верёвок на руках, сражался с тряпкой на лице, пытаясь стащить её. Сенбернар оглянулся на Рика, но продолжал грызть верёвки на Колдере. Ферди, забывшись, шагнул было к ним помочь, но саднящая боль, до мурашек полыхнувшая пламенем по всей руке, немедленно напомнила, что ему-то в пентаграмму строго запрещено!

Рубаха на животе намокла от крови. Огненный маг хоть и прижимал руку к себе, но зажать порез был не в силах. Точней — ему пока не давали это сделать.

Раздался скрежет. Плюнув на всё, Брэд потащил Лару вместе со стулом к Ферди, под его защиту от направленного воздействия чёрного мага. Рядом теребил верёвки на ногах Варда Рик. А из пентаграммы, помогая себе руками и то и дело цепляясь за шкуру Регины, быстро-быстро полз Колдер.

Когда Брэд дотащил стул с девушкой, которой оставалось лишь освободить ноги, привязанные к ножкам стула, одиннадцать Плёточников получили новую порцию паутины покорности от чёрного мага и, подгоняемые воплями Двана, пошли на маленькую группу, сплотившуюся вокруг Ферди.

Огненный маг стремительно нагнулся и поднял, сколько сумел взять, уцелевшие чашки с маслом от ритуала, готовый швырнуть их, если понадобится — с расплёскивающим повсюду огнём. «Что у меня… — сумрачно подумал Ферди, стараясь не обращать внимания на боль и трезво рассчитать свои силы. — У меня один Плёточник, который держится в здравом уме лишь за счёт того, что я его прикрываю. У меня собака, которая не понимает, что от меня отходить нельзя. Но за Региной проследит Рик. У меня девушка, у которой затекли руки и ноги, — и она пока не может даже подняться со стула. У меня три деревенских мага — или, как они себя называют, три ведуна. И у меня мои обереги…»

«И мы…» — опахнуло холодком его разгорячённое, будто запекшееся от близкого огня, лицо. В следующий момент горящую от боли руку перестало сильно дёргать, хотя кровь продолжала довольно сильно сочиться, и Ферди выдохнул… Армия, конечно, нехилая собралась, но ведь…

Плёточники нерешительно остановились с обеих сторон, шагах в шести-семи от него, предупреждающе державшего в руках, поднятых в стороны, чашки с горящим огнём. Напротив, через пентаграмму, закрывая путь к входной двери, встал чёрный маг. Глядя на Ферди, он тяжело ухмыльнулся.

— Выйти из дома никто не сможет, — хрипло сказал он, и Ферди только сейчас почувствовал, что нос щекочет смрадный дым, поднимающийся от разлившихся зелий. — Но… Мне всего лишь надо, чтобы ты вошёл в пентаграмму. И тогда я отпущу всех.

Огненный маг опустил глаза на руку, прижатую к животу. Кровь медленными тяжеловесными каплями падала с локтя, просачиваясь сквозь пальцы, зажимающие порез. Понятно, почему именно он должен войти… Взгляд поднял вовремя, чтобы заметить, как жадно смотрит на эти капли чёрный маг.

— Камп, ты ничего не сможешь сделать, потому что этот дом — чужая для тебя территория. А в магическом ритуале это обстоятельство имеет огромное значение.

— Недоучка, — с превосходством сказал Камп. — Мы уже внутри дома, так что это обстоятельство не имеет абсолютно никакого значения… Дин. Или как тебя там — Фердинанд… Мне всего лишь нужен этот демон. Как только я получу его, меня на землях де Виндов больше никто и никогда не увидит. Обещаю.

— Демон, накормленный памятью твоих недавних друзей?

— Тиарнак, — покачал головой чёрный маг, — уж ты-то, недавний изгой в обществе, должен сознавать, что они мне никакие не друзья. Великосветские болваны, которые много говорят о том, что они маги, но ничего не умеют — даже сплести обычной защиты! Но зато как они умеют говорить сверху вниз с тем, кто волей судьбы стал нищим! — сквозь зубы процедил Камп, с ненавистью оглядывая своих послушных исполнителей. — Иди, Тиарнак, в пентаграмму. Случай или судьба, но именно твоя кровь, как понимаю, станет главным элементом, который подарит мне демона. Войди в круг!

— Зачем тебе этот наруч? — отчаянно спросил Ферди.

Чёрный маг замер, вглядываясь в него.

— Ты добрался и до наруча? Ты знаешь про наруч? — переспросил он. И чисто символически сплюнул: