Фантастика 2026-71 - Юрий Иванович

недовольно поморщившись, прошипела Сцилла. — Это почти всегда смертельно, а потому требует крайней осторожности. Но вот этот поток, эта неостановимая власть над всем сущим — они ослепляют, делают тебя самоуверенным и торопливым. А магия не терпит ни того, ни другого. Даже исполни ты все правильно, но вложи слишком много — и поседевшие волосы станут самой малой проблемой из возможных.

— Как Имаджин, — догадался я, вспомнив, как плохо было неко после ее захвата. Она ведь тогда чуть не умерла, стоило бы чуть промедлить, и результат оказался бы предрешен. — Что ж, понятно. А что с потоками? Как научиться их чувствовать? Как видеть?

— Это либо есть, либо нет. Такому не научишь, — сочувственно покачали головами кошки.

— Ну нет. Так просто вы не отделаетесь. Даже если я слепой, но стою по колено в воде — я могу ее зачерпнуть и испить. Глухой не оценит пения птицы, но, если ее хорошо приготовить, вполне восхитится вкусом. Даже если у меня отнимут зрение, слух, обоняние и вкус разом — у меня останется осязание и чувствительность к Ци.

— Простите, господин Гуанг Валор, но мы не знаем, как вам еще объяснить. Мы с рождения владеем этим даром. В первые годы жизни он не так заметен, но, регулярно стоя в потоках энергии, к шести годам девочки уже накапливают достаточный ее запас, чтобы появились первые проявления способностей. Рядом с особенно одаренными детьми с рождения меняются сами законы природы, хоть и понемногу.

Рядом с одними воздух чуть холоднее, другие оставляют рядом с собой капли воды на стенах, на третьих пеленки всегда высыхают еще до того, как их успевают постирать, — увлеченно рассказывала Сцилла. — Умелые учителя и воспитатели способны найти таких по малейшим признакам. По дуновению ветерка в закрытой комнате, по колышущейся в бутылочке с соской воде.

— Я слышал о подобном и на поверхности, — кивнул я, воскрешая воспоминания. — Маги Природы, джины, дриады и друиды — владеющие своим даром с рождения. В большинстве стран принято убивать их в первые часы, чтобы не допустить гибели десятков и сотен других людей. Рождаются только в семьях эльфов, что мне всегда казалось странным, но, возможно, это их защитный механизм или особая чувствительность к Хаосу.

Это же объясняет резкий рост раскрывшихся после прорыва талантов. Выходит, максимум через шесть лет нас ждет появление огромного числа младенцев, обладающих стихийной магией и при этом совершенно не умеющими ею владеть? Это сродни катастрофе, куда худшей, чем нашествие демонических тварей. На острове сто тысяч жителей. Больше десяти тысяч детей, которые могут впитать в себя эти… — я жестикулировал, пытаясь подобрать слово.

— Силы? — хором подсказали сразу несколько глав Сциллы.

— Верно. Сколько у вас воспитателей нужно на одного такого младенца?

— От трех до пяти, — начала было отвечать одна из кошек, но затем ее зрачки расширились, как и у других глав. — У нас нет столько воспитателей, никогда в нашем народе столько детей не рождалось. Подготовить нужное количество тоже не выйдет, ведь нам нужно тридцать тысяч учителей, а это работа не одного года.

— Для этого и служит академия: найти самых одаренных и опасных. Обезопасить, отдав их на обучение. А затем из детей сделать полезных членов общества, — рассуждал я, одновременно ища выход из сложившейся ситуации. План приходилось менять на ходу, опять. — Если хоть у десятой части проявятся способности, нам понадобится три тысячи воспитателей. Колоссальная армия.

Но если научить родителей, направить их, сделав помощниками… Показать, что способности несут не только угрозу, но и возможности — для многих это станет вторым шансом. Если нет денег на эликсиры или таланта к техникам — всегда можно надеяться на проявление стихийного дара. Население острова воспитано на культе труженика, они такому только обрадуются.

— А если мы этого не сделаем, скорее всего, через несколько лет потеряем и этот дом, — поняв размер грядущей катастрофы, сказали Сциллы единым хором. — Хорошо. Через день наши отряды присоединятся к вашей армии, мы заключим союз — ради всех нас.

— Сделаем это сейчас, именем бога Януса и перед его взором, — апеллировал я к высшей силе, и, взявшись за руки, мы произнесли слова клятвы, дополненной ранее озвученными условиями. — Благодарю, сегодняшний разговор оказался очень полезен, надеюсь, вам в той же степени, что и мне. Завтра утром собрание глав кланов, собирающихся вступить в Гуанг, буду рад, если одна из вас сядет рядом со мной на стороне встречающих.

— Это большая честь и ответственность, господин Валор. Мы выберем достойнейшую, чтобы она помогла вам справиться с любыми трудностями в пути, — сказали Сциллы, чуть поклонившись, но, когда я уже встал, чтобы уйти, заметил хитрый взгляд старшей из глав. — Вы приходили не за этим, господин. Хотя видно, что вас радует результат переговоров, все же ваша цель была в ином. Достигли ли вы ее?

— В полной мере, — улыбнулся я в ответ, внутренним взором отметив чуть возросшее количество Воплощения. — В полной.

Глава 24

— Господин Гуанг Валор, зятек, что вас так задержало в кварталах удовольствий? — хитро прищурившись, спросил Гуанюй, встречая меня у общего дома собраний, рядом с которым уже собралась целая толпа. У здания лежал почти полный скелет шестилапа, опоясывающий половину стены. — Неко — правильный выбор, киски нежные и влюбчивые, к тому же не владеют техниками Души. Можно не беспокоиться, что в порыве страсти выболтаешь секреты клана. Так что можешь вдоволь поучиться, чтобы удивить свою жену в первую брачную ночь.

— Спасибо, господин Гуанюй, я обязательно подумаю над вашим предложением. Полагаю, Совет уже в сборе?

— Все верно, несколько часов ждем, успели перекусить и обсудить все по нескольку раз, — усмехнулся гигант в бархатном кафтане. — Не станем остальных заставлять ждать еще больше, тем более настроение у всех крайне нервное. Что говорить об остальных, если Джен Ли начал ходить в компании телохранителей?

— Они ждут атаки от меня? — чуть не споткнулся я от удивления. — Но это же бред!

— После всего произошедшего? Разумная предосторожность, — усмехнулся Гуанюй, хлопнув меня по плечу. — Ты поработил Гуй Шена и у них на глазах прикончил легендарного монстра, которого не смогли одолеть Пинг Ченг, Джен Ли и глава академии вместе. Теперь ты самый страшный, пусть и однорукий,