"Фантастика 2026-97". Компиляция. Книги 1-35 - Ольга Кобзева

- Заметь, предпочитает играть она только с тобой, к остальным Син не проявляет такого интереса! - хитро прищурившись, улыбнулся отец.

Его слова ввели меня в ступор, размышляя над ними, я боялся сделать вывод, поэтому переспросил у отца.

- Что ты хочешь этим сказать? – от волнения у меня осип голос.

- Только для тебя она придумывает очередной свой ход и азартно участвует в устраиваемых тобою опасных допросах, полностью доверяя тебе свою жизнь, - пояснил отец. – Подумай, сын, что бы это могло значить?

Мы некоторое время сидели молча, размышляя каждый о своем, затем отец тихо спросил:

- После последнего этапа вашей с Син игры Данейра стала очень замкнутой. Я пока не разобрался в причинах ее состояния. Скажи, а поведение маленькой не показалось тебе странным?

- Еще как показалось! Вчера утром мы с Син попали в небольшую аварию, - во взгляде отца тут же появилась тревога. – Мелкая в порядке, - поспешил я успокоить его.

- Что послужило причиной данного неприятного инцидента?

- Неукротимое любопытство Син!

Брови отца от удивления поползли вверх.

- Она вдруг срочно захотела разузнать о моем магическом даре. Но, вместо того, чтобы просто спросить, решила изучить меня при помощи своей магии. Но мой дар ее не впечатлил! – разведя в стороны руки, хмыкнул я.

- То есть? – не понял моего юмора отец.

- Малышка пыталась найти во мне нечто феноменальное, но, к ее большому разочарованию, ничего подобного обнаружить у меня не смогла, - лицо отца начало дергаться от напряжения, так как он с большим трудом пытался сдержать рвущийся из него смех. – Ее печаль коснулась и тебя, отец! – не удержался я от колкости.

Нечасто мне приходилось видеть изумление на лице грозного генерала Позеванто. Но выходка Син предоставила мне возможность полюбоваться столь редким явлением.

- Как связаны разыскиваемые в тебе Син феноменальные способности и покушение на меня? – соединив оба факта, озадаченно спросил отец.

Заданный им вопрос повис в воздухе. И ответа на него у нас пока не было.

- Нужно покопаться в хрониках нашего рода, может, и отыщем интересовавший Син феноменальный дар нашей семьи, – предложил отец.

- Почему бы тебе не расспросить об этом госпожу Данейру? Это было бы гораздо проще и быстрее, чем копаться в семейных хрониках, - недоумевал я.

- А ты думаешь, только с тобой наши девочки ведут игру? Я, к счастью, тоже нахожусь в зоне их особого внимания! – заметил отец, вид у него при этом был страшно довольный.

Син

В это утро перед началом занятий нас всех выстроили перед зданием школы. Затем директор Ридлей вышел вперед и громко произнес:

- Учащиеся школы имени Картиса, прошу выслушать обращение учителя Престона.

Историк, растеряв всю свою былую напыщенность и важность, вышел вперед. Нервно теребя лацкан своего пиджака, он, слегка запинаясь, начал свою речь:

- Дорогие мои школьники, вчера на уроке мною была совершена непростительная оплошность: я усомнился в правдивости слов своей ученицы Син Позеванто.

Стоявший неподалеку Явуз в окружении своих друзей все это время не сводил с меня напряженного взгляда, буравя в моей голове огромную дырку. Мне стоило больших усилий делать непринужденный вид. Тихо подкравшись, справа от меня встал Керем и в знак поддержки взял за руку. В ответ, я повернулась к нему и благодарно улыбнулась, при этом краем глаза успев зацепить крайне недовольное лицо своего соседа.

Как только учитель произнес мое имя, взгляды всех присутствующих обратились ко мне. Что-то я в последнее время часто стала привлекать к себе внимание! Нужно срочно переходить в режим скромницы!

- Приношу свои искренние извинения! Больше подобного не повторится! – закончил извиняться в своей «оплошности» преподаватель.

Бывший капрал показал высший бал по изворотливости, демонстрируя феноменальное умение использовать множество слов, при этом умело утаивая информацию.

- Надеюсь, ученица Син, примет мои извинения!  - уверенно заявил историк, так и не сумев скрыть чувство превосходства, необоснованно появившееся у него, пока он говорил.

Видимо, мой тихий, послушный вид ввел преподавателя в заблуждение.

- Преклоняюсь перед Вашим, учитель Престон, талантом подменять понятия и уходить от ответственности за свои деяния! – изобразив восхищение, восторженно произнесла я. – Ваш дар, вероятно, отлично срабатывает в ситуациях, когда стороны желают договориться, но замечу, что он стал совершенно бесполезен в допущенной Вами… Как Вы сказали? «Оплошности»?

Выслушав мой ответ, историк побледнел и даже начал медленно отступать назад, в то время, как я продолжала самозабвенно на него скалиться. Но бывший капрал расстрелянного полковника Фразира все же сумел взять себя в руки и задал мне вопрос, в котором слышалась огромная претензия:

- Ученица Син, разве так принимают извинения учителя?

- Учитель, - не осталась я в долгу, - разве так приносят извинения? Думаю, наши разногласия мы сможем выяснить после уроков тет-а-тет! – я растянула губы еще шире, демонстрируя свои белые зубки.

От их вида учителя передернуло, но он сдержался, не посмев ответить. Поняв, что наши пререкания с новым историком закончены, директор отпустил всех учеников на занятия. Очередной урок истории, согласно расписанию, случился у меня сегодня же. Учитель Престон вел его в совершенно неподобающем виде: с огромными синяками под глазами. Причем правый глаз распух так, что не позволял своему хозяину видеть. Престон, чтобы хоть как-то перемещаться в пространстве и исполнять свои непосредственные обязанности, пользовался узкой щелкой, которая зияла в левом глазу. Именно в этом плачевном состоянии историк стойко вел урок, делая вид, что с ним не произошло ничего особенного.

- Ребята, записываем в тетради новую тему урока: «Туриния в смутные времена. Тревожной период правящей династии, восхождение Стерлинга Первого – Великого князя Туринии».

Но новый материал не так сильно заинтересовал меня и моих одноклассников. Все, перешептываясь, обсуждали внешнее преображение преподавателя. На большой перемене, зайдя в столовую, я первым делом нашла Керема.

- Классная работа! – чмокнув в щеку, похвалила я парня. – Роспись по лицу у тебя получается шедеврально!

Мой дружественный жест так ошеломил парня, что он замер, немного растерянно глядя на меня. А вот другой представитель мужского пола среагировал на мое ничего не значевшее лобызание иначе: звериный рык страшного хищника разнесся по столовой. Явуз явно переигрывал, яростно демонстрируя свое негодование, сосед значительно переоценил честь рода Позеванто, если так эмоционировал на невинный поцелуй в щеку.

- Что ты себе позволяешь? –