Князь из картины. Том 16 - Борис Владимирович Романовский

Миранда — Паладин четвёртого Шага, в то время как я всего лишь второго, так мы ещё и находимся в Императорском Дворце, где всё пропитано защитной магией. Печать Дворца тут же среагирует. Я ведь не Кошмар, против которого практически ничего нельзя сделать, — защита Дворца сможет меня скрутить. И это не говоря о том, что сюда тут же прибудет Гавриил, который, скорее всего, встанет на защиту Миранды.

Нет, атака тут невозможна.

— Это и правда я, — вздохнула Миранда. — Не знаю, как ты об этом узнал и каким образом смог спасти Анастасию. Раньше микросущества Картоса не давали осечек. Но ты меня поймал.

Она вдруг приподняла ладонь.

— Я, Миранда из Дома Хилвервайс, клянусь своей магией и своим источником, что отныне не буду прямо или косвенно, действием, словом или помыслом угрожать жизни, здоровью и благополучию Анастасии Второй Рюрикович. Да покарает меня моя же сила, если я нарушу эту клятву.

Над головой Миранды заструился свет — магия приняла клятву.

Я слегка растерялся, хоть и не подал виду.

— Раз ты уже узнал об этом, мне больше нет смысла действовать тем же способом, — Миранда виновато опустила взгляд.

Я тихо спросил:

— Для чего ты хотела её убить?

Хотя я и знал ответ, мне хотелось услышать его от неё.

— Чтобы остаться с тобой, — весьма спокойно ответила Миранда.

У меня внутри всё похолодело. А ведь её план, скорее всего, сработал бы. Если бы Анастасия умерла, а я бы не смог найти убийцу, то весьма вероятно, что при выборе следующего партнёра я бы не стал довольствоваться эмоциями. А с точки зрения прагматизма Миранда идеально подходит на роль моей жены.

И лишь случайное стечение обстоятельств — тот факт, что смерть Анастасии влекла за собой гибель всего народа Гипно-Титанов, — помогло мне избежать этого варианта будущего.

— Не сердись на Картоса, — попросила Миранда. — Он был мне должен, и я забрала этот долг его тайным артефактом, о котором практически никто не знает. Картос понятия не имел, для чего мне нужен этот артефакт, и не хотел этого знать. Он лишь отдал свой долг.

Я медленно кивнул. В голове продолжали крутиться мысли о дальнейших действиях. Мне хотелось просто встать и уйти. Хотелось нагрубить ей, сказать что-то жёсткое, обидное, а потом быстро покинуть это место. Раз я не могу её атаковать — какой смысл оставаться?

Но я понимал, что в таком случае поведу себя как ребёнок. И это вряд ли решит главную проблему. Раз Миранда пошла на убийство ради своих целей — значит, она может это повторить.

Поняв, что пауза затянулась, я спросил:

— Ты ведь уже поступала так раньше? Убирала других ради своих целей?

— Да, — вздохнула она. — Я этим не горжусь. Но пойми — всю свою жизнь я добивалась того, чего хотела. А когда стала Высшей Магиней, эта черта гипертрофировалась и превратилась в причуду. После прорыва я не могла её сдерживать, и тогда впервые убила конкурентку ради своей выгоды.

Миранда говорила прямо, глядя мне в глаза.

— Я всегда добивалась того, чего хотела. И всегда защищала не только свои интересы, но и тех, кого люблю. Если мы с тобой будем вместе, моя причуда поможет тебе возвыситься ещё сильнее.

Я не ответил. Мои мысли всё ещё крутились вокруг произошедшего. Мне уже удалось подавить злость и более-менее охладить разум — в этом помогли Русо с Русиком, которые комментировали происходящее.

Сейчас я размышлял над следующим ходом. Самое пугающее — то, что Миранда, похоже, не собирается отступать. Раз у неё не получился один способ, она, возможно, придумает второй, а затем и третий. И кто знает, что взбредёт ей в голову. Это опасно.

— Я могу помочь тебе родить от Филиппа, — тихо произнёс я.

Миранда прищурилась.

— Ты тогда правильно сказала — у меня есть способ. С пятыми Шагами он не сработает, как и со стариками, но с тобой — вполне. Я могу подавить твою силу до первого Шага и очистить организм так, чтобы ты смогла зачать ребёнка. И тогда ты добьёшься своей цели — получишь дитя от Любимчика Мира.

Я внимательно смотрел на Миранду. На самом деле ещё после приёма, когда некоторые Высшие Маги узнали Дом Хилвервайс, в котором состояла Миранда, мои клоны решили раскопать побольше о нём. И Дед нашёл весьма подробное описание этого Дома в книгах Тюдоров.

Вообще, Тюдоры считали себя летописцами Аэтерна — они скрупулёзно записывали историю его становления, а позже и падения. В их архивах хранились описания многих известных магов и магических семей — и о Доме Хилвервайс там нашлось немало интересного. Например — то, что их основатель был Любимчиком Мира.

— Знаешь, Руслан, — заговорила Миранда. — Ты очень двуличный человек.

Я приподнял брови.

— Ты позиционируешь себя как тот, кто в первую очередь думает о своём Роде. Но твои поступки противоположны твоим словам, — она чуть наклонила голову. — Мой предок, Аргуст Хилвервайс, тоже был Любимчиком Мира. Ему не повезло родиться в обычной семье, но позже он стал Высшим Магом и основал свой род. И вот он, в отличие от тебя, горел желанием возвысить свой новый род. У него было десять официальных жён и неизвестно сколько наложниц. У него было сорок детей, из которых двенадцать стали Высшими Магами. Дом Хилвервайс возвысился и какое-то время считался сильнейшим во всём Аэтерне.

Миранда пригубила чай.

— То же самое можешь сделать и ты. Однако вместо того чтобы по-настоящему думать о своём Роде, ты выбираешь удовлетворение эгоистичных желаний. Любой другой на твоём месте сразу бы уцепился за возможность получить в семью Высшую Магиню Света четвёртого Шага и ребёнка от неё. Ты знаешь мою силу, знаешь мой характер и понимаешь, что я никому не дам в обиду ни своё дитя, ни своего мужа. Поэтому я и говорю — ты двуличный человек, Руслан. Ты не заботишься о благополучии своего Рода — ты лишь говоришь об этом.

Я усмехнулся. Пока Миранда говорила, Русо пролистал ту самую книгу Тюдоров, которую нашёл Дед.

Мне было что ответить Миранде.

— Ты правильно сказала, — я откинулся в кресле. — Твой предок был Любимчиком Мира и основал Дом Хилвервайс. Но кое о чём ты умолчала. У Аргуста Хилвервайса было куда больше сорока детей, но своими он признавал лишь тех, кто обладал высоким потенциалом. Он не различал детей по происхождению матерей — только по их личному таланту.

Миранда прищурилась.

— Как ты и сказала, двенадцать из этих