Тренер Гильдии Фамильяров 4 - Сергей Харченко

Ведищев положил свои мясистые руки на стол, нервно потарабанил пальцами-сардельками по столешнице.

— Но выход есть, — продолжил он, вперившись в меня своими слегка выпученными глазёнками. — Корпорации умеют прощать тех, кто готов сотрудничать. Вы принимаете условия «Нео-Синтеза». Они те же, что и в прошлый раз. Вы сажаете зверей на их экспериментальные стимуляторы. Они очень хороши, поверь моему опыту. Животные становятся как машины. Так что гарантированно пройдёте в Бронзовую лигу.

Предложение было старо, как этот мир. И таким же гнилым, как любое слово, исходящее от представителей Синдиката. Так что я ни капли не сомневался в ответе, и внутренне порадовался, как разозлится на мои слова этот наивный пухляш.

— А теперь слушай меня, Ведищев, — мой голос стал ледяным, я смотрел ему прямо в глаза. — Передай своим хозяевам, что «Огненные львы» не продаются. Ни за стимуляторы, ни за места в Лиге. Мы играем честно и чисто, и для нас честь это не пустой звук. А тебе я советую встать и уйти.

— Я буду сидеть здесь столько, сколько захочу, — усмехнулся Ведищев, и его щёки от довольной улыбки раздались вширь. Хотя улыбка эта была печальной.

Неужели он думал, что я соглашусь?

Какое-то время мы смотрели друг другу в глаза, мерялись взглядами.

В итоге я кивнул на Искорку, которая хищно сверлила гостя жёлтыми глазами.

— Я сейчас объясню, чтобы было доступней, — натянул я улыбку, хотя мой взгляд оставался холодным. Аккуратно положил ладонь на горячую подрагивающую Искорку. — Посмотри на эту кроху. Я её пока держу, но она очень, очень сильно хочет сделать из тебя барбекю. Учитывая, что она прожигает тренировочные мешки с лёгкостью, твой спортивный костюм вспыхнет за доли секунды.

Саламандра, словно подтверждая мои слова, угрожающе пыхнула струйкой дыма, который добрался до Ведищева. Он, нависая над столом, отстранился, опираясь на спинку натужно скрипнувшего стула.

И да, Ведищев побледнел. Он опасливо, стараясь не делать резких движений, отодвинулся от стола, грузно поднялся.

— Ты подумай, Горай. Подумай, пока время есть, — проворчал он, стараясь сохранить остатки достоинства. — Я пока посижу неподалёку. Подожду твоего решения.

В чебуречной Нины Сергеевны почти все столы были высокими, без намёка на стулья. Но недалеко от входа располагался уголок, с двумя небольшими низенькими столиками, вроде журнальных и вокруг них табуретки. Вот там обычно ожидали свои заказы пожилые люди.

Именно туда Ведищев и направился, тяжело плюхнувшись на хлипкий табурет и скрестив руки на груди. Затем поймал мой взгляд, демонстративно постучал рукой по своему запястью, на которых блеснули наручные часы. Всем своим видом он показывал, что намерен взять меня измором, но в то же время, что я должен побыстрее принимать решение.

Ведищев сидел у входа, тяжёло посматривая в мою сторону. Я не обращал на него внимания, доедая чебурек.

М-да, судя по всему, угроза была реальной. Что именно «Нео-синтез» приготовил на «Вершину»? Ведищев признался, что дрон на «Столбах», который ослепил Бублика, это их рук дело. Но он упомянул, что новый сюрприз будет «похлеще». Что это может быть?

Снова дроны с электрошокерами? Изменённый маршрут со скрытыми ловушками-сбросами? Вообще все выступы будут осыпаться на нашем маршруте? Вряд ли. Слишком грубо вмешаются в механику испытания, и начнутся вопросы. Рискуют подставиться под проверку службы безопасности Бетонки. А корпораты, хоть и не такие влиятельные как в Лигах, всё же не любят рисковать своей репутацией.

Уличение в какой-нибудь похожей диверсии роняет несмываемое пятно на «Нео-синтез». Зачем им это, чтобы потом отмываться ещё несколько лет?

Значит, диверсия будет более тонкой, раз настолько открыто об этом сказал Ведищев, либо эти слова несут за собой какой-то смысл. Может даже хотят спровоцировать на определённые действия. И мне критически важно выяснить, в чём заключается их подлянка.

Я опустил руку в карман, понимая, что Ведищев не смотрит в мою сторону, лазает в своём телефоне. Незаметно для него и для окружающих, я вытащил барона Сверчанского, который спрыгнул, замер у подноса.

— Барон, — едва слышным шёпотом обратился я к насекомому. — Хватит штаны просиживать на казённых харчах. Пора в разведку.

Сверчанский поёжился, но усами зашевелил активнее.

— Вон тот толстячок у входа. Проберись к нему, только незаметно, — я одними глазами указал в сторону Ведищева. — Разузнай, с кем он там встречается, кому звонит, какие приказы отдаёт. И возвращайся на базу с докладом. Мне нужно всё. Понял?

Барон, почувствовав важность миссии, картинно накрутил длинный ус передней лапкой.

— Дело, конечно, благородное-с, — протянул Сверчанский с лёгкой хитрецой в голосе. — Но, замотивировал бы ты, командир, своего лучшего агента чем-нибудь покрепче. Я бы всё в лучшем виде исполнил. А то на сухую, знаете ли, энтузиазм не тот.

— Могу ремнём замотивировать, — холодно отозвался я.

— Я боевой гусар, и не боюсь никаких ремней! — гордо выпятил грудь барон. — Я, милостивый государь, про другое «покрепче» толкую! Душа горит-с, вместе с трубами!

Я тяжело вздохнул, понимая, что с этим шантажистом иначе не договоришься.

— Ладно. Куплю я тебе пива.

— А вот это уже другой коленкор! — Сверчанский потёр лапки и спрыгнул со стола.

Скрываясь в тени между ножками столов, сверчок ловко, как заправский спецназовец, добрался до входа. В три молниеносных прыжка он оказался под столиком Ведищева. Незаметно, по спинке хлипкого стула, забрался в глубокий карман его спортивной куртки. Агент был внедрён. Теперь осталось дождаться новостей.

Доев чебурек, я поднялся, и с Живчиком на поводке направился к выходу.

Ведищев, увидев, что я иду к дверям, торжествующе вскочил со стула.

— Ну что, Горай, поджилки затряслись? — произнёс он погромче, так как неподалёку общалась шумная компания работяг. — Эй, ты куда!

Я прошёл мимо, проигнорировав его.

— Ты ещё пожалеешь! — услышал я за спиной. — Вспомнишь наш разговор. Когда провалите испытание! А вы его провалите! Даю гарантию!

Живчик, не терпящий, когда на его хозяина повышают голос, угрожающе зарычал. Я посмотрел на щенка, ухмыльнулся, замедляя шаг.

«Можно, но не сильно», — выдал я добро по Сопряжению на небольшую шалость.

Вихревой терьер довольно вильнул хвостом. Завихрения эфира мгновенно скрутились перед ним, затем метнулись к Ведищеву.

Поток воздуха врезался в Ведищева. Грузный мужчина охнул, потерял равновесие и рухнул обратно на хлипкий табурет.

Разумеется, тот