Весь Пол Андерсон в одном томе - Пол Андерсон

— Но Вальдес, сеньор…

— Это не имеет значения! Сейчас же вернитесь за ним и принесите сюда. — Внимание Холлистера переключилось на проблему заполнения вакансии. Контролю не понравится, если он так скоро обратится за заменой. Впрочем, ее там не так-то просто найти. Что ж, придется поручить Фернандесу работу с самыми простыми вещами и взять на себя более сложные задачи.

В этот вечер Холлистеру было особенно одиноко сидеть в своей комнате, и он остро ощущал свою отдаленность от подчиненных; землянин слишком устал, чтобы написать еще одну страницу письма к Барбаре и уже собрался было спать. Внезапно в дверь постучали. Холлистер вздрогнул и подумал про себя, что нервы желательно подлечить.

— Войдите!

Это был Диего Фернандес. Холодный белый свет флюоресцентных ламп подчеркивал выражение ужаса в его глазах и трясущиеся губы.

— Добрый вечер, Симон, — сказал ассистент. Он уже называл шефа по имени, хотя в обращении использовал вежливое формальное «вы».

— Здравствуй, Диего. Что случилось?

Фернандес закусил губу и уставился в пол. Холлистер не торопил его. Снаружи бушевал ветер, и причудливые зубцы молний с шипением пересекали темное небо. Однако комната находилась на большой глубине, что обеспечивало относительную тишину.

Наконец Фернандес поднял глаза.

— Есть кое-что такое, чего вы могли не знать. Впрочем, наверное, уже знаете.

— Наверное, все-таки нет, Диего. Не бойся. Здесь нет никаких записывающих устройств.

— Тогда… В общем, Вальдес погиб не случайно. Его убили.

Холлистер замер, потрясенный.

— Вы не смотрели на тело вблизи, не так ли? — продолжал Фернандес, осторожно произнося слова. — Я раньше уже видел костюмы, разорванные от летящих камней, но… Эта дыра была совсем иная. Ее сделали каким-то инструментом, скорее всего, сверлом, работающим на сжатом воздухе.

— И тебе известно, почему это сделали?

— Да. — Лицо Фернандеса передернулось. — Я не могу сказать, что его смерть неожиданна для меня. Вальдес был шпионом. Он работал на правительство.

Холлистер почувствовал холодок внутри.

— Откуда это известно тебе?

— О таких вещах обычно знают все. Когда… венерианцы захватили Альказар, Вальдес с огромной энергией и рвением работал на полицию. Он всегда верил в конфедерацию и независимость планеты. Потом он исчез, как было сказано, по какому-то инженерному назначению. Но у Вальдеса был брат, который гордился тем, что в жилах его течет кровь настоящего идальго. Он захотел смыть позор со своей семьи, предупредив кое-кого о том, что Вальдес-младший заодно с Охранниками. Брат сказал это по секрету, но, как это часто бывает, большинство жителей Альказара узнали обо всем. Тогда людей, которые боролись против захватчиков, спровадили сюда, на другую сторону мира, а мы здесь не очень часто получаем отпуск домой, даже на короткое время. Но мы ПОМНИЛИ и узнали Вальдеса, когда он появился здесь. Поэтому как только у наших людей появился шанс отомстить, они воспользовались им.

Холлистер посмотрел прямо в карие глаза Фернандеса.

— Зачем ты мне все это рассказываешь? — спросил он.

— Я даже… не знаю. Просто вы были хорошим шефом. Будет лучше, если мы сможем уберечь вас от неприятностей, которые могут произойти из-за этого случая.

ЕЩЕ БЫ! ВО-ПЕРВЫХ, Я УЖЕ ПОЧТИ РАССКАЗАЛ ВАЛЬДЕСУ, ЧТО Я ДУМАЮ О ПРАВИТЕЛЬСТВЕ, ЗНАЧИТ, ОН МОГ СООБЩИТЬ ОБ ЭТОМ В ПОСЛЕДНЕМ РАДИООТЧЕТЕ. А ТЕПЕРЬ ОН МЕРТВ. Холлистер заговорил, тщательно подбирая слова:

— Ты не считаешь, что лучший путь, который я могу выбрать для спасения, это… обвинить тех людей?

— Они тогда будут отправлены на Люцифер, Симон.

— Да, я знаю. — Холлистер взвешивал все за и против, удивляясь своему отрешенному спокойствию. С одной стороны был он сам, Барбара и его собственная миссия; с другой — полдюжины человек, которые доказали бы свою значимость в будущем — для которых становилось все более ясно, что суверенное состояние Венеры должно быть уничтожено, чем скорее, тем лучше.

Холлистер после некоторой заминки сбросил со счетов собственную личность; обучение его как агента ООН было слишком хорошим, чтобы он мог думать о себе. В его голове внезапно пронеслась знакомая мелодия. «ВОТ КАК НУЖНО ПЕ-РЕ-ДЕ-ЛАТЬ». Но речь шла не о нескольких людях, подумал Холлистер; весь экипаж, примерно пятьдесят человек, был под угрозой. Рассчитанный первоначально риск увеличился на порядок.

— Я ничего не слышал от тебя, — сказал землянин вслух. — Никаких подозрений не было. Ясно, что Вальдес погиб случайно — настолько ясно, что вопросов не должно возникнуть.

Вспотевшее лицо Фернандеса осветила улыбка.

— Спасибо, Симон!

— Спасибо ТЕБЕ, Диего! — С этими словами Холлистер протянул ему бутылку с вином — боссу разрешалось иметь небольшой запас выпивки, — и Фернандес ушел.

Боссу также разрешалось владеть автоматическим пистолетом типа «магнум», калибра 0,45. Это было единственное оружие в лагере. Холлистер вытащил его и тщательно проверил. Был ли это классический вердикт жюри коронера[443], выносившегося много лет назад в Штатах? «Деяние Бога при очень подозрительных обстоятельствах». Холлистер усмехнулся сам себе, но усмешка вышла невеселая.

VI

Ракета приземлилась через три дня. Холлистер, которому по радио объявили о прибытии, но не сказали, зачем дежурить, ждал снаружи. Площадка для приземления была гладкой и имела определенные отличительные знаки, и землянин чувствовал присутствие всех своих людей; видел танки и бульдозеры, припаркованные вблизи. Это было предусмотрено на всякий случай, если понадобится подмога: Холлистер надеялся, что все будут на его стороне, если случится беда. Мощные воздуходувки и сварочные аппараты были потенциально грозным оружием, а танки и бульдозеры могли заменить в крайнем случае бронированные машины.

Дул легкий бриз, непривычный для Венеры, но он принес с собой плотную тучу песка на изломанную равнину. Небо покрылось пылью, которая, казалось, похоронила под собой и землю. Даже сквозь шлем и наушники Холлистер слышал завывания ветра и раскаты грома вдали.

Но внезапно в небе появились новые звуки: шум реактивных двигателей, потом быстро нарастающее гудение летящего гладкого металлического предмета. Триммеры ракеты были полностью развернуты для компенсации тяги вверх; угадывались точные резкие команды пилота, направляющего свою слегка отклонившуюся от цели машину к опознавательным знакам посадочной полосы. Колеса ударились о плотно утрамбованный песок, подняв тучу пыли; посадочные закрылки были выпущены, и корпус ракеты задрожал от тормозного импульса в носовом двигателе. Наконец все стихло.

Холлистер быстрым шагом направился к ракете. Даже при малых размерах воздушного шлюза ему пришлось прождать пару минут, пока не появились две облаченные в скафандры фигуры. Конечно, это был сам пилот и…

— Барбара!

Ее изможденное лицо мелькнуло за прозрачной пластиной