Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

class="p1">Он подскочил в темноте, не понимая, сколько проспал. Осторожно выглянул за дверь раздевалки - вроде в коридоре никого. Глупо, конечно, ожидать тут народ, но вдруг кому приспичит заявиться на шахту? Побродил по этажу, разминая затекшее тело. Глянул на время – часы у лифта показывали полтретьего дня. Ничего себе он поспал… Проверил наличие воды в душевых, немного освежился. Достал из рюкзака пакет сухарей и бутыль воды, уже наполовину пустую. Наспех позавтракал, набрал в опустевшую бутылку воду из-под крана.

Вытряхнул на пол содержимое рюкзака и принялся перекладывать все по-новому. Сейчас Дину ни к чему светить оружием, поэтому его было необходимо убрать. Он предусмотрел такой вариант, поэтому в рюкзаке был аккуратно сложенный вещмешок. В него-то и ушел автомат. Предварительно сложив приклад, майор засунул автомат в вещмешок, а вокруг напихал всяких шмоток, чтобы контуры не просматривались. Мало ли кого в пути встретит. Да, в случае необходимости теперь ствол так быстро не достанешь… Зато это поможет не лишиться его при ближайшей же встрече вообще с кем-либо. Некоторым только повод дай… Увидят халявный ствол – стукнут по башке, ограбят.

Остальные вещи вновь ушли в рюкзак. Дин заодно проверил свои запасы: питьевой воды оставалось не так уж и много, всего пару литров, зато была еще целая полуторка с водой из-под крана. Не ахти, но сойдет. Три банки консервов: перловка с тушенкой, гречка с тушенкой и сардины. Еще пакет сухарей. Орешки и леденцы. Горсть цукатов. Рыбная соломка, мясная соломка. Не тронутая пока аптечка. Ну, и по мелочи: парочка зажигалок, фонарик, респиратор, солнечные очки – не столько от солнца, сколько от песка. Запасной комплект одежды, кепка, бандана, коврик и спальник на случай непредвиденной ночевки. Негусто – но пойдет. Если Дин быстро доберется до нормального населенного пункта, все будет зашибись. И запасы провизии пополнит, и отдохнет, и может даже одежду постирает.

Спускался на проходную по лестнице: вдруг все же охранник здесь иногда бывает? Но за столом никого не было. Перемахнул через турникеты. Вышел из здания. Солнце уже не так сильно припекало. Завтрак и сборы заняли не меньше полутора часов, так что можно было скоро ожидать закат. Темнота была бы даже на руку Дину: гораздо спокойнее передвигаться по шоссе, где нет ни единого кустика на обочине, если тебя не заметит патруль. А то ведь в этой местности бродягу с рюкзаком за километр видно.

Немного поразмыслив, Дин принял решение выходить в полной темноте. Самый опасный патрулируемый участок был уже позади, но предосторожность никогда не помешает.

С наступлением сумерек Дин покинул территорию шахты через ту же дыру в заборе, через которую сюда и проник. Сухой ветер гнал мелкие песчинки по земле, иногда поднимая облачка пыли. Пришлось нацепить очки и респиратор. Не желая привлекать к себе внимание лучом фонарика, Дин подождал, пока глаза адаптируются к темноте, и побрел к шоссе. Он мысленно пожелал себе удачи и выдержки, понимая, какой долгий путь ему предстоит.

Теперь оставалось только идти. Идти осторожно, желательно не попадая ногами во всевозможные ямы, которые здесь встречались чуть ли не на каждом шагу. Прислушиваться к малейшему шороху. Почаще оборачиваться и проверять, не приближается ли автомобиль. Кстати о шорохах… Дин понял, что сильно лоханулся. С чего он решил, что здесь, за городом, не будет этих агрессивных тварей – и он не про вооруженных психов? А он спрятал ружье… Впрочем, ладно. Вздохнув, Дин решил надеяться на удачу. Нервы уже потихоньку сдавали. Безуспешные поиски, смерть начальника и Тохи, перестрелки с военными, с гражданскими. Нападения ящеров. Перебежка до шахты с высоким риском попасться патрулю. Просмотр записей с камер. И все это в полном непонимании происходящего.

«Может, надо было остаться с ребятами? – спросил себя Дин, представляя, как они сейчас там сидят и уже считают его мертвым, - Впрочем, они не остались без присмотра. Они остались с двумя взрослыми дядьками, с охранниками. У них куча припасов и оружия. У них безопасная база вдали от возможных центров притяжения ненужного контингента… У них все есть!»

Нет, точно никак нельзя было оставаться там. Да, по идее, надо было бы отсидеться, переждать – да и жить спокойно себе дальше. Сейчас там военные наведут относительный порядок, кого надо – накажут, кого надо – пристрелят. Пройдет некоторое время, и снимут режим ЧС. Верону откроют. В городе вновь появятся автомобили. Вернется администрация, заработают предприятия, рынок, школы, сады. Раненых постепенно выходят. Ну или…помрут без необходимых лекарств. Тут уж нельзя быть таким оптимистом. Впрочем, важно одно: у Дина точно был шанс остаться в живых. И даже в относительной сохранности. Вновь занять свою позицию на службе. Или даже выше – хотя тут он сильно сомневался. Скорее всего, новое начальство ему тоже пришлют из столицы.

Может, его бы понизили или оштрафовали за тот побег в Китеж и самоуправство. Может, даже сняли бы с должности. Ну и что? Пошел бы тогда Дин в Распредотдел, подал бы свою анкету, немного подождал – делов-то! Ему бы нашли местечко. Не факт, что в Вероне, но, может, отправили бы куда-куда-то еще. Какая ему теперь разница? В общем, если бы он просто засел на базе и немного подождал, жизнь бы точно наладилась. Только какая теперь ему жизнь? Он же ненавидит себя. Он ненавидит свою оплошность, из-за которой навсегда лишен столичной прописки. И дети его были бы лишены – если бы они у него были. Он ненавидит рабочие городки, он ненавидит беженцев, он ненавидит свое промедление в поиске жены, он ненавидит необходимость пресмыкаться перед этой гнидой Демченко… А должен ли он пресмыкаться?

От неожиданности Дин даже остановился. Почему ему никогда раньше не приходило это в голову? Ведь он мог покинуть службу, сдать удостоверение и навсегда вычеркнуть этих неприятных людей из своей жизни! Да… Но тогда он бы встал на одну ступень со всякой веронской швалью. Нет, такого позволить Дин себе не мог. Он должен был быть хоть чуточку выше – даже если приходилось много чего терпеть. И все же… кажется, он уже дотерпелся. И больше он уже не может.

Дин остановился у обочины, где в небольшом овражке была то ли огромная лужа, то ли небольшое болотце, и принялся остервенело рыскать по карманам. Наконец, найдя свой идентификатор, он со злостью скинул рюкзак, достал из него полиэтиленовый пакет и сунул документ внутрь. Нагнувшись, поискал немного камней среднего размера и тоже закинул их в пакет. Завязал. Взвесил на