"Фантастика 2026-182". Компиляция. Книги 1-31 - Татьяна Петровна Крылова

Людвиг Бесфамильный. Ты вместе с алхимиком и другими павшими в сражении за деревню воинами храбро сражался против превосходящего числом и коварством врага. Да и к тому же, даже несмотря на то посланное тобой письмо, наше войско всё равно не пришло бы раньше, чем ты того желал. Вернув часть моих солдат, ты лишь сократил число наших потерь, одно это уже достойно уважения, — глядя на меня со своего деревянного, укутанного шелками трона, снисходительно вещал дряхлый старик, окружённый придворной разношёрстной аристократической свитой.

— Полностью согласен со здравыми словами нашего великого короля, — чуть ли не облизывая тому пятки, взяв слово, дополнил Мидчел. — Людвиг, ты на посту старосты меньше месяца, к тому же на плечи твои выпало бремя управлять деревней, в которой почти одни бабы. Обидно, конечно, терять крепостных, но и хрен с ними. После того, как разобьём короля Клера Избу, он нам за всё сполна ответит! — подняв кулак и спровоцировав одобряющий мужицкий боевой клич, произнёс Тутлюс. Ему было совершенно плевать на оставшихся в деревне людей. А вот мне наоборот: я жалел именно их, простых и ни в чём не повинных, тех, кого я знал, а это стадо, мнящее себя выше других, лишь только всё больше вызывало у меня отвращение.

— Знали бы вы, господин Мидчел, как способно расцвести поселение в управлении господина Людвига. Представьте только: из ничего он за считанные дни сумел заработать ни много ни мало, а три золотых, к тому же с вычетом налогов! — Барель, сука, ну кто тебя за язык тянул трепаться о наших заработках, да и к тому же мы всё прохерили. — И мне таки удалось спасти сельскую казну от лап налётчиков Клермонда! К тому же вассал господина Людвига заранее сумел поднять тревогу и предупредить местных о подходящем враге, что дало нам немного лишнего времени на бегство.

«Мой Вассал?» — только сейчас я вспомнил о молодом воине по имени Ролан. Что с ним, как он? Задавать эти вопросы, показывать свою озабоченность при других местных аристократах не стал. Из слов того же Блюмонда вывод напрашивался сам собой.

— Потрясающе, Людвиг, три золотых из ничего, ещё и кто-то из крепостных мог избежать рабства. Да ты прирождённый управленец! — игнорируя слова о гибели моего воина и о том, что почти вся деревня могла сгореть к херам собачьим, внезапно заговорил о деньгах молодой лорд.

— Как вам удалось? Не хотите ли после окончания контракта пойти ко мне на службу? Обещаю условия не хуже и финансовую поддержку! — словно войны и вовсе не было, хихикая и поддразнивая молодого Тутлюса, внезапно запели аристократы. Челюсть мою сводило от злобы, да так, что слышался хруст зубов. Их медлительность, отсутствие какой-либо скорби об убитых подопечных. Я просто должен смериться⁈ Дать врагу закрепиться или напасть на ещё одну из деревень? Блять, нет, я хочу драться, хочу убивать и мстить за пролитую кровь служивших мне людей.

— Уважаемый король, смею просить вас об отряде бойцов и праве совершить вылазку в стан врага, — опустив голову, как можно вежливее попросил я.

— Нет, — без раздумий ответил правитель. — Не горячитесь, Людвиг, вижу, вам стал небезразличен люд вашего господина, и это добрая черта греет мои душу и сердце. И именно по этой же причине я не хочу, чтобы такой образованный, предприимчивый и смелый человек, как вы, зря сложили в поле свою голову.

— Мудрый король дело говорит, дайте нам собрать силы, а после… — вторя своему «царьку», начали петь придворные шуты, но, к счастью, и среди них нашлись готовые сражаться воины.

— Поддерживаю предложение уважаемого Людвига. Если ему известны секретные тропы, то мы должны атаковать немедленно. Таким образом мы не позволим ему закрепиться на новых рубежах и заставим откатиться назад. Или вы забыли об оборонительном гении Зазеле? Эта гадюка привыкла наносить удары, когда их не ждут, а после накапливать свои силы и в обороне громить любые армии, любых воинов и героев!

Вышедший вперёд парень всем своим утончённым видом напоминал женщину. Острые черты лица, овальный подбородок, длинные, заплетённый в косу чёрные волосы, что спускались тому аж до самой задницы.

— Простите, а вы вообще кто? — сощурившись, поинтересовался король.

Парень, припав на колено, тотчас представится:

— Лорд Сайрис Силистинский, последний из крови последнего морского короля. Люди Клера Избы предали моего отца, отравили братьев, убили всех женщин рода и их детей. Лишь только я и несколько верных нашему роду лордов сумело чудом выжить в той резне.

— Сайрис… Хм… — задумчиво протянул король. — Все имена родных детей Корстана Силиса начинались на букву «к». Бастард, значит.

— Именно так, ваше величество. — сохраняя полное спокойствие, отозвался лорд Сайрис.

— Пусть король Корстан никогда и не был мне другом, но я рад, что его отпрыски сегодня с нами. — Слабовольный Альфонсо Кардагран не умел противостоять напористым людям, что, даже будучи ниже его по статусу, смели возражать. Я чувствовал его слабость, видел нерешительность и трусость в его глазах. Если ранее этот человек и выигрывал битвы, то достигал побед лишь числом и уж точно никак не мужеством. — Чёрт, только из уважения к вам и светлому имени павшего от предательства короля я вынужденно принимаю его наследника, пусть даже и незаконно рождённого. У короля Клермонда как минимум две тысячи солдат. Сколько вас, Сайрис?

— Пятьдесят, — без раздумий ответил силистинец, отчего по свите Кардаграна прошлась волна недовольства.

— Это не разумно, — теряя решимость и явно жалея, что дал своё разрешение, чуть тише проговаривает король Альфонсо. — Если мы ещё немного подождём, то нас будет около двух с половиной тысяч, и ваши пятьдесят воинов в будущем бою смогут внести куда более весомый вклад, нежели в теперешней самоубийственной вылазке.

— Верно, если они попытаются атаковать в лоб, то безусловно погибнут. Но мы с уважаемым алхимиком Барелем знаем один тайный маршрут, что позволит нам не только ударить врагу в тыл, но и после безопасно отступить, — от моих слов Бареля прошибло в пот.

— Я… что? А, ну да, но… — На лице того проступил испуг, парень точно не хотел участвовать ни в какой вылазке. Пятясь назад, он уже было дело решился на прямую попытаться мне отказать, но…

— Блюмонд, если проведёшь нас и поможешь вернуться, плачу два золотых, твоё жалование за полтора года