Весь Пол Андерсон в одном томе - Пол Андерсон

Наука Ввирдды достигла такого уровня, что ученым удалось выделить то, что составляло личность Дариша. Когда близился час последнего решающего боя, а враг готовился к штурму последних бастионов Ввирдды и было ясно, что цивилизации Ввирдды наступит конец, ученые в лабораториях создали молекулярный сканер, который мог записывать привычки, память, рефлексы, инстинкты, то есть то, что составляет личность в электронном виде, на особые кристаллы. Был взят мозг именно Дариша, а не чей-нибудь другой: он был единственным из Бессмертных, кто захотел этого. Никого не вдохновляла мысль возродиться через столетия после своей смерти, оказаться в мире, давно забывшем о его родной цивилизации. Дариш обладал отвагой, а после того, как умерла Илорна, ему было безразлично, что случится с ним лично.

„Илорна, Илорна!“ — Лэрд уловил в своей памяти ее незабываемый образ: лучистые глаза, улыбающееся лицо, шапка длинных черных волос, ниспадавших на гибкое обворожительное тело. Как же сладок был ее голос и нежны губы! Он любил ее. Прошли миллионы лет, ветер давно развеял пыль, оставшуюся от нее, а он продолжал любить той своей частью, которая была Даришем, и, кажется, эта страсть все сильнее проникала и в сознание Джона Лэрда… Илорна, Илорна!..

И Дариш… Тело его погибло вместе с планетой, но электронная запись его личности на кристалле сохранилась в подземной сокровищнице вместе с другими замечательными творениями цивилизации Ввирдды. Электронная схема ждала своего пробуждения: кто-то обнаружит сокровищницу, наденет на голову шлем и включит устройство воспроизведения разума Дариша, и тогда он, Дариш, расскажет о погибшей цивилизации Ввирдды и постарается возродить традиции пятидесятимиллионной давности. Обет, данный Ввирдде, исполнится через бездну времени…

„Но ведь Ввирдда мертва, — вдруг подумал Лэрд. — Сейчас новое время, новая история… Ты не имеешь права указывать, что нам делать!“

Тут же последовал холодный ответ:

„Я буду поступать так, как сочту нужным. А тебе советую не мешать мне и не спорить со мной“.

„Заткнись, Дариш! — мысленно рявкнул Лэрд. — Не желаю выслушивать приказы от кого-либо, даже от призрака“.

„Сейчас у нас нет выбора, — продолжал увещевать голос Дариша. — За нами охотятся, и если у них есть детекторы жизненной энергии — да, я вижу, они у них есть, — они без особого труда найдут нас по излучению тепла нашего тела. Так что для нас лучше всего мирно сдаться. Они загрузят свой корабль могущественными машинами и устройствами Ввирдды. И вот тогда нам предоставится шанс“.

Лэрд неподвижно лежал и смотрел на приближающихся врагов. Его захлестнуло чувство поражения. Разве по силам ему справиться с Даришем? Стоит ли вообще пытаться?

„Хорошо, — сказал он наконец вслух. — Отлично! Я согласен, но буду продолжать следить за всеми твоими мыслями, понятно? Не думаю, что, если я решу покончить с собой, ты сумеешь помешать мне в этом“.

„А я думаю, мне это удастся. Противоположные команды нейтрализуют друг друга, и тогда тело впадает в паралич. Расслабься, Лэрд; уйди, отдай контроль над телом мне. Я — воин-Дариш, я бывал в более жестоких сражениях, чем это“.

Он встал и начал спускаться с холма с поднятыми руками. По пути Дариш продолжил свою мысль:

„Помимо всего прочего… эта девушка-командир — просто очаровательна… Все может оказаться очень интересным!“

Под луной раздался его нечеловеческий смех.

— Я не понимаю тебя, Джон Лэрд, — сказала Джоанна.

— Порою я и сам не вполне понимаю себя, — легкомысленным тоном ответил Дариш. — И тебя тоже, дорогая.

Она выпрямилась.

— Лейтенант, не забывай, в каком положении ты здесь находишься.

— К дьяволу все звания! Попробуем хоть немного побыть просто живыми людьми.

Она испуганно посмотрела на него.

— Ты ведешь себя и разговариваешь как-то необычно для солнечника.

Дариш мысленно проклял это тело. Какое оно уродливое! В нем нет силы и утонченности, чуткости восприятия, к которым он привык. Грубая структура мозга не соответствовала его способностям. Он утратил ясность мышления, увязнув в трясине неторопливых мыслей, естественно, совершая ошибки, на которые в старом теле он, Дариш, был не способен. И эта молодая леди тотчас же заметила это. Его взяли в плен смертельные враги Джона Лэрда, и мозг землянина связывает мысли его, волей и воспоминаниями… и он, готов сражаться, если появится хоть малейшее подозрение на предательство…

Тут „я“ землянина злорадно ухмыльнулось. „Осторожнее, Дариш, осторожнее!“

„Молчи уж!“ — возразил тот, внезапно осознав, что и его собственная нервная система, как бы тренирована она ни была, тоже устала.

— Теперь я могу признаться, капитан Ростов, — громко сказал он — я вовсе не Лэрд. Теперь уже не Лэрд.

Она не ответила, только опустила глаза и откинулась на спинку кресла. Мимоходом он отметил длину ее ресниц… а может, это сделал разум Лэрда, потрясенный необычайным сходством с Илорной?

Они сидели вдвоем в ее маленькой каюте на борту крейсера дженеров. За дверью стоял охранник, но дверь была заперта. Время от времени до них долетали лязганье и скрежет металла: на корабль грузили тяжелые машины Ввирдды. И если бы не эти звуки, то могло бы показаться, что они — единственные живые существа на этой разрушенной планете.

Спартанскую обстановку каюты приукрасили женские руки: портьеры, маленький цветок в горшке, нарядное платье в полуоткрытом шкафу. И главное украшение — красивая молодая женщина с рыжими волосами, свободно ниспадавшими на плечи, и блестящими глазами. Однако ее изящная рука покоилась на рукоятке пистолета.

— Мне хотелось поговорить с тобой без свидетелей, — откровенно начала она. — Кое-что я никак не могу понять. Но помни: при малейшем подозрении я буду стрелять. И даже если тебе все-таки каким-то образом удастся захватить меня, то я не буду представлять для тебя интерес как заложница. Для нас, дженеров, дело важнее наших жизней.

Она замолчала, ожидая, что теперь он станет говорить.

Он взял сигарету из пачки, лежавшей на столе, — опять-таки дала знать о себе привычка Лэрда, — закурил и медленно выдохнул дым. „Очень хорошо, Дариш, продолжай в том же духе. Думаю, что действуешь ты правильно, если только это к чему-нибудь в итоге приведет. Но не забывай, что я тоже слушаю тебя“.

— Ты видишь перед собой Дариша из Толлога, Бессмертного с Ввирдды, последнего представителя давно погибшей цивилизации, — начал он ровным тоном, — впрочем, в определенном смысле я тоже умер миллионы лет назад.

Джоанна не шевельнулась, но он видел, как напряглись ее руки и дыхание прерывисто вылетало через полураскрытый рот.

Он постарался как можно короче рассказать, каким образом ученым его планеты удалось