Бастард рода Неллеров 1-11 - Серг Усов

Замок Неллер. Герцогиня Мария. В это же время.

Яд агалары, этого дьявольского растения, растущего на далёком южном континенте, не убивал мгновенно, парализуя человека постепенно, от ног до головы. И спасения от него не было.

Имейся в Кранце хоть один одарённый, чей источник мог испускать тёмно-зелёные, почти до водной синевы, магические жгутики, тогда надежда на выздоровление мужа бы появилась. Но такие целители редкость. При дворе виргийского короля проживал один такой, но северяне старинные враги. В империи их почти десяток, только оттуда не пригласишь, не успеешь.

Ей оставалось только держать за руку любимого супруга и смотреть как он угасает.

Виталий был в полном сознании, хотя паралич добрался до шеи. Говорить правитель Неллера ещё мог, а вот самостоятельно повернуть голову уже нет.

— Сейчас все придут. — бесшумно возникший в спальне деверь подошёл к ложу умирающего и сел с противоположной от неё стороны. На нём была надета траурная белоснежная мантия с золотыми вышивками по вороту, как это и полагается у епископов. — Я отменил молебен, брат. Раз уж ты распорядился.

— Благодарю, Рональд. — попытался улыбнуться герцог.

Она видела, как ему тяжело, но её Виталий старался не подавать виду. Жил воином и умирал сейчас им.

Подкатившие к глазам слёзы Мария сдержала. Сейчас не время быть слабой. Она успеет и оплакать самого дорогого ей человека, и отомстить за него. Виконт Генрих, начальник их сыска, уже поднял всех своих людей на поиски подонков, организовавших покушение на герцога Неллерского, да и Рональд написал своему приятелю, одному из прецепторов ордена Наказующих, с просьбой о помощи в определении организаторов и заказчика убийства, раз уж непосредственный исполнитель сумел уйти туда, откуда его никогда не достать.

Замуж Мария выходила по уговору родителей, лишь дважды до этого видевшая своего жениха, и то в раннем детстве. Для дочери захудалого графа с юга королевства, у которой и приданого-то имелось лишь сильный магический источник в груди, это был завидный брак. Она приняла его как необходимость, даже не думая оспаривать родительского решения. Однако, совсем скоро, едва у Виталия и Марии родился Джей, они оба поняли, что полюбили друг друга, и эта любовь сделала их по-настоящему родными людьми.

Два дня и две ночи герцогиня, их дети и брат-епископ почти не отходили от постели мужа и отца. Как могли, оттягивали момент смерти, плетя рисунки целительских заклинаний, которые действовали всё меньше и меньше. Чудо, что баронет, командовавший отрядом охраны, вообще успел доставить Виталия в их замок. Всё равно, Мария решила, что капитана она прогонит со службы, и пусть благодарит герцога, что тот настоял не отдавать его на высокий суд.

Завещание давно составлено, ещё три года назад. Она отказалась от наследственного права в пользу сына. О чём сейчас таком важном хочет сообщить супруг, что потребовал собрать только узкий круг своих родных, выставив за двери охрану и всех слуг, включая своего верного лакея Филиппа, находившегося при нём с самого детства?

— Папа. — не сдержалась дочь от всхлипывания, когда вошла вслед за братом, а сержанты плотно закрыли за собой двери. — Папа.

— Всё хорошо, Агния. — герцог смотрел вверх на полог, поворачивать глаза ему становилось труднее с каждым часом. — Успокойся. Все мы когда-нибудь уходим к Создателю. Напомни ей, Рональд. Вот и моё время пришло. Напутствия я уже все раздал. Осталось лишь одно, о чём я должен вам рассказать. Прежде всего тебе, Мария. Рассказать, попросить твоего прощения и взять обещание выполнить мою последнюю просьбу.

Он замолчал и опустил веки. Вот тут Мария и не выдержала, как позавчера, когда увидела неподвижного, несомого солдатами на руках супруга, и расплакалась. Хорошо, что никого из посторонних сейчас нет. Герцогиня притянула к себе ладонь мужа и поцеловала.

— Тебе не в чем передо мной извиняться. — она с трудом сглотнула образовавшийся в горле комок. — Ты сделал меня по настоящему счастливой. Я…

— Подожди, Мари. — остановил её герцог. — Выслушай меня. Выслушайте меня. Я, я виноват перед вами. Ты помнишь служанку своей кастелянши, дорогая? Нет, откуда? Конечно не помнишь. Это случилось почти пятнадцать лет назад. Ты совершала паломничество в Онскую обитель, а я, я вернулся с охоты. — умирающий надолго замолчал, и в спальне установилась тишина. Родные понимали, как ему сейчас тяжело говорить и не хотели мешать. — Это был матёрый кабан, тот, которого я взял рогатиной. Кровь бурлила, я радовался словно молодой юнец, да мы такими и были тогда. Помнишь? В общем, мне тяжело об этом говорить, но, Мари, у меня есть ребёнок, ещё один. От той служанки. Мальчик. Ему должно скоро быть четырнадцать.

Услышанное оказалось для неё настолько неожиданным и представлялось невозможным, что герцогиня неверяще спросила:

— Ты затащил в нашу постель какую-то служанку?

— Не было никакой постели. Просто, ну, просто так получилось. Не знаю, сможешь ли ты когда-нибудь…

— Отец! — воскликнул Джей.

— У меня есть брат? Ещё один? — Агния пересела со стула на постель отца и положила руку на прикрывавшее его до груди одеяло. — Но, но этого не может быть, папа!

— Виталий. — епископ подался вперёд. — Ты точно понимаешь, что сейчас говоришь?

Нет, наверное у дорогого ей человека помутился разум. Мария не могла поверить его словам. Он же любил её, она это знала, чувствовала. Виталий и сейчас её любит, она видит. Нет, это бред. Тогда почему его взгляд такой серьёзный, и полон вины и боли?

— Да, я в твёрдом уме, не волнуйтесь. — герцог всё-таки смог обвести взглядом всех своих родных. — Степ. Моего второго сына зовут Степ. Степ Ниш. Та служанка, Ланда, она вскоре умерла во время чумы. Его воспитывает Ригер, мой бывший сержант, кажется, Ригер Вилт. Капитан Гарни знает. Я не хотел тебя расстраивать, Мари. Джей, Агни, Рон. Простите меня. Я больше не смогу о нём позаботиться. И прошу вас. Нет, не надо его брать в нашу семью, но принять в род как официального бастарда и позаботиться о нём… Мария, прости, прости, прости, я знаю, какую боль тебе сейчас причиняю, но…

Герцогиня привстала и поцеловала супруга в холодный как лёд лоб.

— Я обещаю позаботиться о нём вместо тебя. Мы все позаботимся.

Она посмотрела на детей и деверя. Те согласно кивнули, хотя в глазах сына она прочитала недоумение и разочарование.

Глава 10

Опекун и тётка хлопотали, наливая мне чай и выкладывая на стол лепёшки. Сметана и варенье трёх видов там находились и до моего возвращения в дом. Почему-то эти двое до сих пор испытывали смущение,