Фантастика 2026-102 - Николай Петрович Марчук

до них и не желая оглядываться и проверять, на каком расстоянии до меня волки. Я знала, чувствовала всей своей вампирьей сущностью, что они уже очень близко и я ничего не успею сделать. Я не успею изжарить восьмерых волков и не попасться хоть, кому-то, я не могу залезть на дерево, я не могу левитировать на него, это заклинание слишком энергоемкое, а я уже хорошо потратила силы на фаерболы. Я бессильна. Как и всегда в последнее время. От меня опять ничего не зависит, я не могу ничего решать, а только иду по воле случая. Как же мне надоела эта дурацкая беспомощность! Не собираюсь я становиться ужином для волков, делать мне нечего! Слышите, я и так уже мертва, я не дам убить себя еще раз, даже не надейтесь! И вообще я невкусная, слышите!

Если еще минуту назад я вообще ничего не чувствовала, даже не могла как следует испугаться, то сейчас я была зла, как кошка. Как же они все мне надоели! Почему именно я? Почему именно меня надо превратить в вампира, пригрозить исключением поссорить с лучшим другом, похитить меня саму во имя неведомых темных целей и в конце концов скормить волкам? Что, других идиоток не нашлось? Ну я вам покажу!

Я сосредоточилась, взмахнула рукой, применяя телекинез, и ближайший волк отлетел в сторону, врезавшись в толстенный дуб. Еще одного волка я просто испепелила, но тот, которого я отбросила, и остальные, обиженно взвыв, кинулись на меня.

Я инстинктивно свернулась, загородив руками шею и голову и зажмурив глаза, но ничего не произошло. Меня никто не кусал, не пытался разделить на кусочки и сожрать – меня вообще не трогали.

Я открыла глаза. Волки, злобно рявкая, вились вокруг могучего пегаса и его всадника. Я поняла, что меня, судя по всему, спасают, и решила, что сейчас самое время поизображать нервную даму. От моего визга несколько волков присели на задние лапы, а пегас шарахнулся в сторону, чуть не сбросив своего всадника. Ой… кажется, я перестаралась с магическим усилителем громкости! А что, пусть помучаются… тем более что этот пегас, кажется, Снег, а его закутанный в плащ всадник, которого я опять не могу нормально рассмотреть, соответственно, Вайдер. Так что пусть и мучается вместе с волками. Главное – чтобы он меня все-таки не забыл забрать. Хотя в замок и не хочется… Может, попытаться сбежать?

Пока я решала вопрос «бежать.или не бежать», бежать стало поздно. Волков уже не было. Всадник подъехал ко мне. Я настороженно смотрела на него, опасаясь какой-нибудь пакости, но он всего лишь легко, как маленького ребенка, подхватил меня и посадил перед собой на коня. Я оглянулась на него. Лицо моего спасителя было скрыто капюшоном, но мне показалось, что он смотрит на меня более чем укоризненно, мне даже показалось, что он меня сейчас просто отшлепает. Нет… пронесло. Черный плащ несся на черном коне. Ехал он, судя по всему, к замку. Это не вызвало во мне особого энтузиазма, но мои попытки брыкаться были решительно пресечены. Так и ехала я, вяло шевеля руками-ногами и ругаясь вполголоса, изображая из себя мешок с… ну, вы меня поняли. До замка в сознании я не доехала. Кажется, мой спаситель оглушил меня каким-то заклинанием.

Проснулась. Ох, как же мне это надоело! Постоянное – вырубилась, проснулась, вспоминаю, что было. Пора бросать пить, драться и умирать, полезнее для здоровья будет! Так, где я сейчас нахожусь? Судя по чему-то мягкому подо мной, я снова в своей, уже успевшей мне надоесть комнате. Голова не болит, ничего не болит, судя по всему, то заклинание, которым меня вчера огрели, было безболезненным. Это радует. Значит, моя целость и сохранность Гвиона и как его там… Вайдера все-таки волнует.

Я открыла глаза. Что-то не так… сбоку я заметила какое-то шевеление и резко села, на всякий случай придерживая одеяло.

В кресле справа от моей кровати сидел парень, Я поплотнее прижала к себе одеяло и судорожно вздохнула, подбирая челюсть. Он был воплощением моего представления об идеальной внешности мужчины. Худощавый, высокий, с каштановыми волосами до плеч. Парень был очень незаурядной внешности, непохожий на слащавых придворных умников, которых я, к счастью, видела только на картинках, а действительно по-мужски красивый.

Он смотрел на меня. У него были глаза очень странного цвета. Мне показалось, что они желтые, но я предпочла думать, что просто светло-карие. Я никогда не видела, чтобы карие (нет, все-таки желтые) глаза были настолько холодными, обычно это качество приписывается серым или голубым, но это было так. Мне сразу стало не по себе. Оттого что он выглядел выспавшимся, а я нет, мое настроение только ухудшилось, и я довольно резко спросила:

– Кто вы и что вам здесь надо?

Надо было выбрать другую формулировку, а то это у меня получилось как-то уж совсем по-королевски. Гвион был бы доволен, я думаю. Но парень ничуть не смутился. Кажется, он просто не знал, что это такое, а обо мне и так был не очень высокого мнения. Окинув меня своим ледяным взглядом, он представился:

– Меня зовут Дейр. Я буду твоим учителем магии. Я постараюсь обучить тебя всему, что необходимо знать будущей Повелительнице тьмы. Потому что ваша институтская программа далека от совершенства. – Дейр позволил себе презрительную ухмылку.

Сердитый ответ застрял в горле. Неужели этот учитель магии сможет научить тому, чего не дают в Институте? Неужели мне может так сильно повезти? Я несколько сомневалась в том, что парень старше меня года на три может оказаться хорошим учителем и что я смогу признавать его авторитет, но если он умеет делать что-то лучше меня и может этому научить, то кто я такая, в конце концов, чтобы противиться? Даже если бы ему было пять лет, все равно.

– Хорошо, – сказала я. – И когда же ты собираешься начинать занятия?

– Чем скорее, тем лучше, – спокойно ответил Дейр, который будто не заметил моей иронии.

– А ты не думаешь, что мне сначала стоило бы переодеться и умыться?

– Переодевайся, я не против. Только побыстрее, – все так же равнодушно ответил он.

Не, ну нахал! Он что, намеков не понимает? Или специально? Или действительно не понимает, что парень не самое лучшее дополнение к интерьеру, если девушка переодевается?

– А если ты не против, то будь добр покинуть помещение, – сказала я.

Дейр остался сидеть недвижимо в кресле, как и сидел. Только брови слегка сошлись к переносице, что должно было означать, что он нахмурился. Ох,